Рейтинг@Mail.ru
Долинго- критик, Аэлита

Пустошинская О. – Ларочка – испр-47

Лидочка ела медленно, отщипывала от хлеба крохотные кусочки и отправляла в рот, запивая ложкой бульона, лишь напоследок позволила себе съесть гущу. Потом пили кипяток и долькой шоколада.

Разглядывая обёртку, Лиза заметила:

— Здесь какая-то ошибка с датой. Написано, что он изготовлен восемнадцатого декабря девятнадцатого года.

— Где?

— А вот, смотри. Цифры восемнадцать, двенадцать и девятнадцать, — указала она на чёрные цифры.

— Выходит, что этому шоколаду двадцать два года, — фыркнула я. — А на вкус — свежий.

— А, может, его ещё и не существует, — проговорила вдруг Лида.

— Как это?

— Ну как... вдруг шоколад две тысячи девятнадцатого года?

— Фантазёрка ты, Лидка, — сказала я, посмеиваясь.

Всерьёз подружкину версию мы принимать не стали, уж слишком невероятной она была. Поговорили и забыли.

Вечером пришёл Виктор. Упал на стул и долго сидел, отогреваясь. Мама захлопотала, подсунула чашку со сладким кипятком. Каким стал худым и бледным мой брат! Военные получали гораздо большие пайки из-за тяжёлой нагрузки, но сейчас им тоже урезали нормы хлеба. Уменьшать наши сто двадцать пять грамм было уже некуда.

Продукты мы растянули, насколько смогли. Варили жидкие каши, чтобы надольше хватило, добавляя по капельке масла. Из сухого бульона — супы с крупой или лапшой. Шоколад расходовали по дольке в день, порезав её на крохотные части, мандарины — по кусочку. Лук, который мы ели сырым, лимоны и витамины из баночек позволили нам избежать цинги. И ещё, конечно, хвойный настой.

Мама говорила, что Роман и Вика спасли наши жизни, и это были не просто слова. Таблетки угля и рисовый отвар сотворили чудо: папа пошёл на поправку, его состояние уже не было угрожающим.

А двадцать пятого декабря, когда я пришла в булочную, объявили, что прибавили нормы хлеба. Мне отвесили целых семьсот пятьдесят грамм! Люди в очереди плакали и поздравляли друг друга. Появилась надежда, только и разговоров было, что о хлебе и скором прорыве блокады.

 Несмотря на прибавку, люди продолжали умирать тысячами, слишком долго ждали её. Ленинградцев не напугать адом, потому что Гитлер устроил для нас самый настоящий ад на земле. Разве можно такое прощать? Я не смогу.

Ночами меня мучили кошмары. Снилось, что умер папа, и мы с мамой тащим его в другую комнату, где холодно, как на улице, чтобы получать хлеб по его карточке. Что маму убило осколком снаряда, когда она стояла в очереди, и что замёрз мой брат, присев отдохнуть, не дойдя до дома всего сто метров. Может, это подсознательный страх потерять близких воплощался в кошмарах? Пусть так, лучше во сне, чем наяву.


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    Рецензия повторная.

    Автор хорошо поработала и сделала предложенные изменения. Рассказ, естественно, остался неким «попаданческим» рассказом, но он приобрёл вполне  логичное объяснение имевшему место явлению: феномен перемещения Ларочки в будущее (ну и возвращения назад) обрёл под собой определённое хоть и абсолютно гипотетическое, но уже достаточно удовлетворительное объяснение. То есть – появилась в двух словах, но уже – гипотеза, чего не было в первой версии.

    С учётом всего остального рассказ вполне годится для нашего журнала. Принято.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru