Рейтинг@Mail.ru
Долинго- критик, Аэлита

Виноградов Н. – Божий посланник – 47

Произведение поступило в редакцию журнала "Уральский следопыт" .   Работа получила предварительную оценку редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго  и выложена в блок "в отдел фантастики АЭЛИТА" с рецензией.  По согласию автора произведение и рецензия выставляются на сайте www.uralstalker.com

-----------------------------------------------------------------------------------------  

"Только одна фантазия может дать человеческому уму тот первый необходимый толчок, без которого летаргический сон человеческой мысли навсегда остался бы ненарушенным..."

Дмитрий Писарев.

1.

    Есть люди, верящие в возможность создания когда-нибудь так называемой Машины Времени, с помощью которой можно будет перемещаться по желанию хоть в прошлое, хоть в будущее. При этом, некоторые из них совсем не верят в Бога, а это явное противоречие.

    Если ты веришь в возможность перемещения в будущее, значит, веришь и в то, что жизнь людей кем-то уже запланирована, и что твоя личная жизнь тоже кем-то уже расписана по часам на это будущее. А кем же ещё, если не Богом?

    Кто бы отказался посмотреть на себя со стороны, каким он будет лет так через пять? Посмотреть хочется, конечно, но как-то страшновато. А вдруг ты и вовсе не обнаружишь себя там через эти тысячу восемьсот дней. Будущее-то может и без тебя легко обойтись.

   К счастью, мы никогда не сможем физически переместиться ни в будущее, ни в прошлое. Мысленно, виртуально - это, пожалуйста, сколько угодно. Именно такой мир создан для нас. Может быть, оно и к лучшему? Какой интерес жить, если знаешь, что завтра умрёшь? А когда не знаешь, можно планы строить и на год, и на десять лет вперёд.

  Лично я с раннего детства знал, что есть люди, которым Бог даровал способность предугадывать будущее. Не перемещаться туда материально, а именно предвещать...

 

***

 

 -   Не тронь его, он не нарочно!

 -   Ничего себе, не нарочно! Он мне камнем прямо в плечо попал. Ещё бы немного и в лицо бы заехал. Если он дурак, значит, ему всё прощать надо?

 -   Он не дурак, понял? И заруби себе это на носу! Хоть его и обзывают все Ванькой-дурачком, а он посланник Божий!

 -   Что же этот посланник камни в людей бросает? И даже не извиняется.

 -   Ваня, ты за что в Кольку камнем кинул?

 -   Он плохой! Он не из нашей деревни.

 -   Он к бабе Ольге Виноградовой на каникулы приехал. Он наш, свой! Понял? Он наш друг! Извинись и больше так не делай, а то я тебя на велосипеде катать не буду...


Комментарии:
  1. Картинка профиля Борис Долинго

    В тексте должно быть словам тесно, а мыслям – просторно

    Прежде всего, хочу заметить, что писать название файла в таком виде очень странно и, мягко говоря, неправильно: «Николай Виноградов – отправил рассказ Божий посланник». Название файла – не текстовое сообщение, можно было и не принять текст к рассмотрению. Насчёт размера рассказа – вообще достаточно написать «47», без нулей (в Условиях приёма указано, что пишутся только разряды тысяч, нули не нужны).

    Далее – советы по набору текста. Во-первых, как уже не раз писал в рецензиях, не нужно в русскоязычных художественных текстах делать увеличенные отступы между отдельными абзацами, тем более, если автор использует (совершенно правильно!) красные строки. Во-вторых, набирать пробелами сами красные строки – исключительный моветон (для этого существует функция «Отступ» в редакторе WORD). Авторам следует это помнить (верстальщики текстов за такое готовы руки отрывать, поскольку часто авторы набирают разное число пробелов, и чистить такие тексты при вёрстке становится очень неудобно даже в режиме автозамены).

    В-третьих, необходимо помнить, то тире и дефисы – разные знаки пунктуации и не стоит их путать (а автор почти везде использует дефисы вместо тире.

    Всё это, конечно, не фатально для принятия редакторских решений, но является элементом культуры набора текста.

    Что касается проблемы большинства авторов – написания сочетаний прямой и косвенной речи, то судить сложно – автор пишет прямую речь персонажей почти всегда совершенно без вкраплений речи косвенной (то есть использует самый простой ей вариант). Это заставляет думать, что проблема такая есть и в данном тексте, так что советую автору посмотреть нашу методичку: http://iaelita.ru/blog/novel/78545.html

    В целом текст написан вполне грамотно – грамматических ошибок практически нет. Но куда хуже со стилистикой. Нет, всё не так плохо и в этом смысле – видно, что у автора есть определённое «чутьё» на построение слов в предложения. Однако видно, что опыта литературной работы немного, и, похоже, автор не пересекался с хорошими редакторами (да таких сегодня и мало встречается вообще), которые могли бы автора с «чутьём» наставить на верные рельсы стилистики.

    Прежде всего, стилистические недостатки проявляются в не вполне удачном применении таких вспомогательных глаголов как «быть», личных местоимений и производных от таких местоимений прилагательных. Я называю такие огрехи «излишними повторами слов». Почему плохи повторы одинаковых или схожих слов? А потому, что это обедняет авторскую речь, вызывает ощущение, что автор не может выражаться более разнообразно. Нередко такие повторы создают даже определённую «тавтологичность» в тексте. В русском языке – в отличие от многих других языков! – достаточно синонимов и разнообразных речевых оборотов, позволяющих не допускать повторы одинаковых, однокоренных или просто схоже звучащих слов. Всё в руках автора (точнее – в его голове), чтобы пользоваться всем арсеналом нашего поистине великого языка.

    Конечно, повторы одного и того же слова вполне допустимы в прямой речи персонажей – мы ведь часто повторяем одни и те же слова в «живом» разговоре. Но в косвенной авторской речи повторов даже двух одинаковых или однокоренных слов подряд следует избегать и заменять повторяющиеся слова синонимами или какими-то развёрнутыми речевыми оборотами соответствующего смысла. Исключения – случаи, когда автор использует повторы для усиления или подчёркивания некой мысли или идеи.

    В данном тексте, например, на странице 2 глагол «быть» в разных производных в первых двух абзацах встречается аж 9 раз – явно много.

    Вообще, что касается стилистики, видно, что автор плохо пользуется знаками пунктуации: в тексте много мест, когда просится, скажем, тире или двоеточие, но автор ставит точку и создаёт несколько коротких простых предложений вместо одного более сложного. Да, когда авторы городят слишком сложные предложения, нередко возникают стилистические ляпы иного порядка, и это отдельная тема, но правильное соединение фраз через знаки пунктуации делает текст более выразительным и ярким в эмоциональном отношении. И, значит, делает текст более внятным для читателя.

    Рассмотрим отрывок, цельный абзац:

    «…Как-то мы пошли на озеро ловить рыбу на удочку. Ванька, понятное дело, увязался за нами. Вовка дал и ему одну из своих удочек, но тот быстро её запутал так, что от неё можно было взять только крючок с поплавком. Клевало у нас вяло. Я поймал за целый час только двух маленьких ершей. На середине озера, довольно широкого и, как говорят, очень глубокого в некоторых местах, на моторной лодке рыбачил дядя Витя Курочкин, приходящийся нам каким-то дальним родственником. Вообще, вся деревня у нас – одни дальние родственники…»

    Что мы тут имеем? (Подчёркнуты проблемные» места). Сразу бросаются в глаза «нами–нас–нас», «удочки–удочек»,  «её–неё» – многовато однокоренных  слов. Во-вторых, зачем уточнять, что пошли ловить рыбу «на удочку»? Ну не с бреднем же пошли ребята. А зачем уточнять что вяло клевало «у нас»? И так понятно, что не у дяди Вити.

    Далее, плохо использованы знаки пунктуации: там, где просто просятся тире или двоеточие, сделаны отдельные короткие предложения – но при этом наворочено громоздкое и весьма неудобочитаемое предложение про параметры озера и дядю Витю. Правда, справедливости ради надо отметить, что в одном месте автор поставил очень нужное тире, правда, в виде дефиса, но, значит, «чутьё» всё же есть).

    Что касается «параметров озера». Возможно, сказать что-то про глубину и ширину, наверное, стоило бы, но лучше это сделать в другом месте, поскольку информация о данных озера вкупе с информацией о родственных связях дяди Вити и его моторке в этом объёмном предложении делает его элементарно громоздким. Тут же проглядываются тяга автора к ненужным вкрапления причастий и деепричастий (частая беда авторов-новичков).

    Да и нужна ли в этом абзаце информация об обширных родственных связях у жителей деревни? Кстати, желание нагородить в тексте много совершенно лишней информации тоже часто выдаёт авторов-новичков: им кажется, что множество данных сделают текст ярче и богаче, но почти всегда получается обратный эффект.

    Кроме того, повествование в абзаце построено так, что абзац этот стоит разделить его на два (абзацы ведь нужны, прежде всего, для создания определённой «ритмики» повествования, выделения мест, когда чуть-чуть меняется «вектор» мысли).

    Вот, например, как можно отредактировать данный отрывок:

    «…Как-то мы пошли на озеро ловить рыбу. Ванька, понятное дело, увязался за нами. Вовка дал и ему одну из своих удочек, но Иван быстро запутал снасть и остался ни с чем.

    Клевало вяло: я поймал за целый час только двух маленьких ершей. На середине этого довольно широкого и глубокого озера на моторной лодке рыбачил дядя Витя Курочкин, вроде как какой-то наш дальний родственник…» – Заметьте: текст при этом ещё и сократился почти на 30%! А, вообще, информация о том, что Ваньке дали удочку, а он запутал снасть – тоже явно излишняя. В тексте должно быть словам тесно, а вот мыслям – просторно (мыслям, нужным по делу, а не «вообще мыслям»).

    Ну и т.п., и т.д.  –  в общем, в тексте немало мест, которые нужно бы вычитать на предмет стилистики изложения. При этом следует отметить, что несмотря на указанные замечания, текст в стилистическом плане совсем не ужасен – по крайней мере, даже при указанных недостатках рассказ читается довольно легко и не вызывает раздражения от какой-то «корявой стилистики», как нередко случается, особенно у авторов без большого опыта. Но автору есть, над чем работать в стилистическом отношении, чтобы сделать свои произведения не просто «неплохими» в этом смысле, а элементарно качественными.

    По сюжету. Есть моменты, вызывающие некоторое недоумение. Например, описано, как чётко Иван выдаёт прогноз по дяде Вите, хотя несколькими абзацами ранее было сказано, что Ванька говорит так, что его понять сложно – а тут вот такая чёткая (и довольно сложная!) фраза: «…–   На винт мотора водоросли намотались. Он скоро станет поднимать мотор в лодку и упадёт в воду вместе с ним. Его опутают водоросли, и он утонет…» – И это сказал Ванька-дурачок?! Автор, похоже, в угоду сюжетному решению (ведь ему требуется, чтобы Ваня выдал понятную информацию!) забывает то, что сказал ранее. И возникает смысловой диссонанс.

    Случай у потухшего костра. Герой описывает, что минут через пятнадцать он, оставшись один, был уже «зарёванный», что очень странно. Герою в этом эпизоде сколько лет? Неужели 5-6? Никак нет – судя по описаниям, он где-то уже классе в 3-4, не меньше (а то и более0, И он – зарёванный?! С чего бы? Он первый раз ночью в деревне? Не похоже. В общем, какое-то нелепое описание, которое автор сделал явно для «пущего эффекту». А, к сожалению, непродуманные и искусственные попытки «пущего эффекта» всегда работают со знаком «минус», т.к. очень часто в таких случаях возникают нестыковки «логики».

    Вовка, став студентом, увлёкся физикой. И у этого студента на чердаке деревенского дома сделана «целая лаборатория» с таким невероятным количеством «осциллографов и генераторов». Вот примерно тот же, что с зарёванным школьником получилось: автор перегибает палку для создания «яркого описания». Скажите мне, откуда у советского студента, у кого папа – конюх в деревне, может быть такая лаборатория? В СССР, несмотря на сравнительную дешевизну жизни в сравнении с нынешними временами, физические приборы уровня осциллографов и генераторов стоило совершенно неподъёмно для средней советской семьи. К чему эта совершенно нелогичная мишура в тексте?! Нет, она не фатальная для сюжета как таковая, но она является совершенно нереальным штрихом. А любой нереалистичный момент вызывает недоверие.

    Что касается базовой идее сюжета. По сути рассказ – это сюжет для для ТВ-передач типа «Тайны Чапман» или «Территория заблуждений». То есть, попытка заставить поверить в несуществующее. Но дело даже не в этом – а в логическом противоречии, которое открытым текстом выдано в сюжете. В самом начале автор заявляет: «…К счастью, мы никогда не сможем физически переместиться ни в будущее, ни в прошлое…». При этом он, не повергая сомнению утверждение, что информация – материальна как определённый вид энергии, заявляет, что можно получать информацию из будущего (получает же он данные о выигрыше!). А физически мы в будущее, видите ли, переместиться не сможем, да? Но информацию оттуда переместить можно – ведь автору так хочется в это верить! То есть, налицо взаимоисключающие утверждения, делающие сюжет в базовой своей мысли противоречащим сам себе. И вот это плохо, а даже не увлечение сомнительным теориями.

    К сожалению, так случается, когда о спинорно-торсионных полях начинают рассуждать, черпая информацию если из «жёлтого интернета», где 90% все подобных статей выставляется дилетантами-недоучками.

    В целом у рассказа есть хороший посыл –его можно выразить словами автора «Кажется, ничего интереснее не бывает, чем познавать устройство мира». С этим нельзя не согласиться – так оно и есть. Но сегодня рубежи науки, чтобы рассуждать об открытиях, возможных на этих рубежах, требуют всё-таки более системных знаний в области естественных наук. Иначе будут получаться произведения лишь на уровне «Тайн Чапман».

    А у данного рассказа, тем не менее, потенциал есть: если автор поработает над текстом, то может получиться неплохой фантастическо-юмористический рассказ про выигрыш в «Столото». Нужно только отсечь всю лишнюю часть с «серьёзными» научными рассуждениями и сконцентрироваться на плетении антенны на чердаке дачи и билете с цифрами. Я говорю это без иронии – совершенно серьёзно.

    Кстати, и название неудачное – ведь под «Божьим посланником» имеется в виду Ванька, так? Про Ваньку же всё в тексте заканчивается где-то в первой трети рассказа. А название произведения, особенно рассказа, должно чётко «резонировать» по смыслу с сутью сюжета. А тут – никак, ведь ГГ, на историю которого тема переключается, на «божьего посланника» никак не тянет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Рейтинг@Mail.ru