Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Полищук А. – Кое-что о параллельных мирах – 27

Произведение поступило в редакцию журнала "Уральский следопыт" .   Работа получила предварительную оценку редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго  и выложена в блок "в отдел фантастики АЭЛИТА" с рецензией.  По согласию автора произведение и рецензия выставляются на сайте www.uralstalker.com

—————————————————————————————–

На форум по актуальным вопросам физики собрались практически все ведущие и заслуженные специалисты страны, которые могли оторваться от своих неотложных дел хотя бы на пару дней. Форум широко распиарили в средствах массовой информации, ярко освещали на радио и телевидении. Открывала программу конференция в эпическом здании столичной оперы. Огромный зал забили до отказа заумными профессорами и академиками. Чтобы получить слово на общем собрании, требовалось добиться действительно значимого результата в какой-либо отрасли. На презентацию выступающим отвели всего по семь минут. Смехотворно мало, чтобы подробно рассказать о чём-то серьёзном. Большинство из спикеров занудно делились успехами, рассказывая об инновациях, которые заметно улучшили конкретные показатели промышленников. Ничего особенного Клифф Шеффорд не услышал. Никаких прорывных открытий. Какие-то новости в робототехнике, какие-то разработки в IT-технологиях – вот и всё существенное.

Шеффорд в нетерпении томился в кресле, ожидая нескончаемой очереди более полутора часов. Можно заснуть, слушая заученные тексты скучных докладчиков, модернизирующих очередной велосипед. Затем следовала порция дежурных аплодисментов “слава богу, что закончил”, и через пять минут уже никто не вспоминал, о чём шла речь. Он знал, что своё долгожданное выступление сделает не похожим ни на одно другое. Грандиозное открытие требовало красочной незабываемой презентации. И Клифф заготовил яркое выступление, соответствующее его огромным амбициям.

Шеффорд жаждал великой славы. Четырнадцать долгих изнурительных лет потратил он на свою тяжёлую работу. Ему пришлось пережить всё: от искреннего сочувствия коллег, до откровенных насмешек и саркастических издевательств конкурентов и недоброжелателей. А уж последних у бунтаря Шеффорда набралось в избытке. Ещё бы! Ведь с самого начала он поставил под сомнение тождественность классической теории. Сбросил с пьедестала незыблимые каноны, будто средневековый еретик отвергший священство церкви. И инквизиция, в лице стоявших у руля науки седовласых профессоров, с особой радостью потирала руки при каждом неудачном эксперименте амбициозного исследователя. Дошло до того, что в какой-то момент затравленный Шеффорд не выдержал и перестал публиковать промежуточные результаты трудов. Но о нём не забыли. И каждый раз при встрече напоминали об отсутствии значимых успехов.

Кто-нибудь другой на его месте давно бы сломался, но только не Шеффорд. Клифф, твёрдо убеждённый в своей окончательной абсолютной правоте, стойко сносил все нападки. Будучи фанатично одержимым работой, Шеффорд непрестанно верил, что когда-нибудь сможет доказать научному миру, верность, правильность своих взглядов. Его настойчивость и энтузиазм помогли убедить кое-кого из старых проверенных друзей, добившихся на государственной службе определённого положения, что работа эта крайне важна и перспективна. В конце концов ему даже выделили скромные средства на продолжение исследований, и Клифф смог продолжить свой неблагодарный труд. Но тянулись годы без существенных подвижек, и постепенно терпение его благодетелей стало иссякать. Они и сами находились под мощным давлением, так как недруги Шеффорда по поводу и без заявляли о, якобы, астрономических финансированиях его бесперспективных усилий, противоречащим основополагающим устоям и канонам физики. В конце концов спонсоры поставили условие: для дальнейшего продолжения денежных вливаний в его туманный проект, учёный обязан предоставить конкретные осязаемые результаты.

В тот злополучный момент, когда после четырнадцати напряжённых лет, его титаническая работа находилась на полпути в мусорный ящик, удача наконец-то улыбнулась Клиффу. Он добился настоящего прорывного успеха и готовился сообщить об этом вопреки всем писаным правилам прямо на общей конференции.

Он не сумел… Даже вернее сказать, – не успел получить стопроцентно желаемый результат. Осталась недорешённой одна проблема. Но всё равно опыты, которые уже успешно провёл учёный, позволяли сделать категоричный однозначный вывод об уникальности открытия, сделанного Шеффордом. Полномасштабное завершение трудов Клиффа становилось теперь просто вопросом времени. Но заявить о своих успехах, он решил уже сейчас. Нельзя было допустить, чтобы кто-то из возможных конкурентов, пронюхав об экспериментах Шеффорда, опубликовал тезисы и принципы его работы под собственным именем, присвоив лавры и славу первооткрывателя.

Лучшего момента представить товар лицом не придумать. Если уж нарушать законы и основы физики, то с помпой! Вписывать своё имя в историю науки красивее всего именно на таком форуме! Харизматичный Шеффорд чувствовал такие моменты нутром.

Докладчики продолжали сменять друг друга перед уставшим от миллиона ненужных слов микрофоном. Когда даже самые терпеливые из присутствующих в зале стали в ожидании неумолимо приближающегося обеда всё чаще украдкой поглядывать на часы, очередь выступать наконец дошла и до Клиффа. Председательствующий в президиуме академик Пшишковский, давний оппонент Шеффорда, за долгие годы изрядно попортивший ему нервы, своими нелестными высказываниями о работе исследователя, заглянул в список выступающих и подчёркнуто небрежным тоном позёвывая произнёс.

– Дамы и господа, я приглашаю к микрофону профессора нашего столичного государственного университета Клиффа Шеффорда, с выступлением, посвящённым его давним… можно даже сказать очень давним исследованиям в области квантовой физики. С докладом “О перемещении физических тел через энергетические поля”.

Клифф сорвался со своего места и почти выскочил на сцену. Слишком долго времени ждал он этого момента. Как часто он представлял это выступление за последние две недели. Всё или ничего! Настал самый подходящий момент утереть нос всем этим стариканам вроде Пшишковского! И он знал, как сделать это наиболее эффектно. Поприветствовав публику, он начал выступление.

– Я прошу прощения у присутствующих, что позволю себе немного отступить от прописанного регламентом сценария. Я не стану читать вам занудной лекции на тему, смысл которой почти никому, кроме немногих узких специалистов, не будет точно понятен. Позвольте показать некоторый любопытный эксперимент, который, уверен, окружающие оценят по достоинству. Прошу моих любезных ассистентов установить аппаратуру возле меня на сцене.

Слушатели в зале оживились и заволновались. Начало у Шеффорда получилось как надо. Порядком заскучавшие от утомительных однообразных докладов физики с интересом обратили своё внимание на Клиффа. Почти заснувшие начали просыпаться. Телевизионщики прекратили зевать и защёлкали камерами, предвкушая возможное оживление. Президиум недовольно зашушукался, больше всего надулся Пшишковский, который почувствовал, что запахло жареным, и появилась прекрасная возможность в очередной раз знатно насолить Клиффу.

– Уважаемый мистер Шеффорд, – Пшишковский даже слегка привстал, оторвав жирную мясистую задницу от сиденья. Кресло радостно скрипнуло почувствовав облегчение. – Отступления от регламента не допускаются. А также хочу напомнить Вам, что проведение любых экспериментов во время ознакомительного доклада категорически запрещено правилами конференции.

Ага, сейчас! Он думает, что Клифф ограничится размытой непонятной никому лекцией, а основы фундаментальной науки останутся нерушимыми. Как и авторитет этого самодовольного кретина. А потом, когда Шеффорд сокрушит научные идеи Пшишковского, в свидетелях окажется от силы человек десять – узкие специалисты, которые просто пожмут плечами. И этот жирный мешок, называющий себя учёным, останется во главе структуры, которую он по своим интеллектуальным и человеческим способностям возглавлять не должен.

– Я хорошо знаю регламент, уважаемый коллега, – улыбнулся Шеффорд, глядя как трое его ассистентов начали выносить и устанавливать аппаратуру. – Я уложусь в положенные для презентации семь минут. Никто не собирается ставить здесь химические опыты или расщеплять атомы. Это всего лишь формулировка для тех, кто не считает себя специалистом в квантовой физике. Для Вас, друг мой, я назову это демонстрационным пособием.

Телеоператор, работавший на сцене, и, снимавший крупным планом лица во время их диалога, направил камеру на Пшишковского и не смог сдержать улыбку. Председатель аж побагровел.

– Я продолжу, чтобы уложиться в регламент. Собственно говоря, последние четырнадцать лет я сосредоточился на исследовании электромагнитных волн, возникающих на квантовом уровне, и неравномерности распределения энергии при нарушении атомных связей. Я опубликовал несколько  работ в соответствующих журналах. Но поскольку данные тезисы в некоторой степени противоречили принципам традиционной теории, приверженцем которой является господин Пшишковский, разбивавший мои доводы в пух и прах, до последнего времени не представлялось реальной возможности донести широкой общественности аргументы в защиту концептуально новой гипотезы.

Однако, мы с группой единомышленников не опускали руки и напряжённо трудились в поте лица. Полученные в итоге результаты в корне отличаются от выводов господина Пшишковского. Но в отличие от событий трёхлетней давности, теперь появилась возможность предоставить вполне осязаемые доказательства, которые можно предъявить здесь почтенной публике.

Первые свидетельства того, что атомы вещества при определённом воздействии на него способны пребывать более чем в одном состоянии, получены около года назад, при бомбардировке сверхскоростными электронами тяжёлых элементов. Мы смогли создать условия получения большей массы вещества, нежели в начале эксперимента. Не более тяжёлые изотопы или другие вещества. Речь идёт о том же самом веществе в большей массе. Это было чрезвычайно кратковременное явление, после чего излишняя масса исчезала. И мы вновь имели дело с начальным количеством вещества.

– Простите, – с плохо скрываемым раздражением произнёс со своего места Пшишковский. – Вы намерены нам сейчас продемонстрировать бомбардировку электронами тяжёлых элементов?

Пшишковский совершенно наглым образом, нарушая все рамки приличия, пытался помешать Клиффу выступать. Пусть это останутся его проблемы. Шеффорд полностью проигнорировал реплику оппонента. Здесь и сейчас его шоу, а не этого самодовольного хама.

– Мы продолжили работать в выбранном направлении и в конце концов установили природу этого явления. Благодаря этому, на следующем этапе спустя удалось создать условия, при которых вещество полностью исчезало из лабораторной установки, не оставляя следа.

– Так вот как было освоено очень даже не маленькое финансирование Вашей сомнительной работы? – снова забасил под всеобщий смех Пшишковский. – Вы верно, запершись в лаборатории, бомбардировали деньги, пока они не исчезали, не оставляя следов? Любопытно.

Сторонники председателя реагировали достаточно шумно. Со стороны перепалка действительно выглядела смешно. Пшишковский умело бил в самое больное место. Сколько же времени Шеффорд не мог выдать на гора значимых результатов! Ну, ничего. Сегодня он поставит на место этого неповоротливого тюленя, вечно вставлявшего палки в колёса. Главное, не сбиваться на взаимные оскорбления. Клифф еле сдерживался, чтобы не нагрубить в ответ. Но ведь председатель только этого и ждёт.

– В конце концов эксперименты полностью подтвердили изложенную мной теорию на практике. Итак по существу. Во-первых, любое физическое тело может существовать одновременно в количестве, более чем одном. Я даже скажу в большом количестве. И даже уточню – в бесконечно огромном. Можно сказать, что существует вероятно неисчислимое множество параллельных миров. И в каждом из них существует каждое тело.

– Мистер Шеффорд, – Ничего не подозревающий Пшишковский казалось начал торжествовать. – Вы не первый, кто начитался фантастики. Ради озвучивания последнего тезиса не стоило утомлять нас такой длинной историей и просить помощников сооружать баррикаду из приборов за Вашей спиной. Но поскольку нет ни единого доказательства перемещения тел именно в параллельные миры, кроме освоения колоссальных бюджетных средств на Ваши совсем не дешёвые опыты…

– Мы получили эти доказательства! И я намерен их предъявить! – Зал ахнул. Вечер перестал быть томным. Все объективы в мгновение ока нацелились на Клиффа. И вот теперь он окончательно взял инициативу в свои руки. Сначала мы смогли выяснить точные условия перемещения предмета в параллельный мир. Затем максимально упростить процесс и сделать его безопасным. Он больше не требует ни колоссальных затрат энергии, ни использования радиоактивных элементов. Портал готов, он уже собран на сцене.

Зал снова ахнул. Возле нескольких ящиков аппаратуры стояла небольшая прозрачная – это именно Шеффорд настоял на том, чтобы было хорошо видно снаружи, что произойдёт внутри – кабинка, похожая примерно на куб со стороной около метра.

– Всё уже готово к использованию. Портал активирован. Достаточно нажать пару кнопок, и то, что будет находиться внутри этой транспространственной камеры, перенесётся в параллельный мир. Давайте, например, отправим вот такой предмет. Он вынул из-за пазухи голубенькую авторучку.

Клифф поместил авторучку внутрь прозрачного куба. Пшишковский начал что-то возражать на счёт безопасности и фокусов, но присутствующие в зале его заглушили. Люди повскакивали со своих мест, чтобы получше рассмотреть, что произойдёт.  Шеффорд нажал пару кнопок на одном из приборов, и ручка у всех на глазах стала ярко синей. Новый выдох в зале.

– Прошу заметить, что при отправлении предмета в параллельный мир, назад возвращается его аналог – близнец. Есть предположение, что массы каждой реальности должны оставаться без изменений. В результате мы получаем аналог предмета “взамен” оттуда, – махнул вдаль рукой Шеффорд.

– А Вы пробовали отправлять живые существа? – посыпались вопросы из зала.

– Давайте повторим наш опыт с мышью, – поддержал Клифф. Он извлёк из заранее припасённой банки небольшую мышку и проделал с ней тот же фокус, что и с авторучкой. Мышь в одно мгновение поменяла масть. Характерные желтоватые пятна на животике переместились на лапки, шерсть стала очевидно темнее. Сомнений, что мышь поменялась на точно такую же, но очевидно – другую, не возникло. Зал был в восторге! Пшишковский зашёлся всеми оттенками красного и надулся будто жаба.

– Какие-то дешёвые фокусы! С точки зрения теории неразрывности пространства, такое невозможно в принципе. Всё это похоже всего лишь на хитрый трюк. Признайтесь, Вы попросту дурите нас! Откуда у Вас уверенность в том, что авторучка и мышь материализовались в другом мире? Может быть они вообще аннигилировали? С чего Вы взяли, что всё происходит именно так,  как описано?

Шеффорд чуть дар речи не потерял. Председатель предъявил ему обвинения в мошенничестве. Какая наглость! Клифф почти взорвался:

– Какие к чёрту фокусы! Я что, из рукава новую мышь вынимаю? Портал полноценно работает двусторонней связью. Это видно каждому, кроме Пшишковского! Мы имеем чёткую связь с одним из параллельных миров. Возникает другая проблема – до сих пор ни один предмет не вернулся обратно. Реально поменять предметы на “близнецов” из другой реальности, но пока нет механизма возвращения нашего оригинала назад.

– Пусть даже так. В таком случае объясните, какой смысл отправлять куда-то предметы, животных, людей? – Показалось, что Пшишковский искренне недоумевает. – Даже если всё происходит так, как Вы рассказываете. Если это – путь в одну сторону! Если никто не вернётся назад и не расскажет, как там хорошо или плохо! Может вашу бедную мышку в другом мире только что съел динозавр? И будет жрать людей, которые отправятся после! Вы ведь не отправляли ещё человека?

– Нет. К сожалению, мы действительно не можем сейчас проконтролировать, в какие именно миры попали и авторучка, и мышка. И к сожалению, пока не можем вернуть наши предметы обратно. Но думаю, что это – только вопрос времени. Полагаю, рано или поздно и эту задачу удастся решить.

– Полагаете? Да кого вы будете отправлять чёрт знает куда, если человек будет знать, что уже никогда не вернётся в наш мир обратно?! Это снова ваше безумие! Давайте вернёмся к регламенту, Вы уже израсходовали свои семь минут…

Но куда там. Регламент теперь никого не интересовал. Все ждали развязки.

– А вот мы это сейчас узнаем, – в запале парировал Шеффорд. Понимая, что полностью завладел вниманием огромной аудитории, харизматичный Клифф распалялся всё сильнее. – Есть ли в этом зале желающие стать первыми путешественниками в параллельные реальности?

В наступившей тишине все стали с опаской озираться друг на друга. Добровольцев из числа присутствующих не нашлось. Это было не удивительно. Глядя на размахивающего во все стороны руками взъерошенного профессора, каждому любопытствующему хотелось наблюдать происходящее на сцене с относительно безопасного расстояния. Пшишковский, воспользовавшись всеобщей заминкой, вновь перехватил инициативу.

– Я настолько уверен, что параллельных миров, согласно принципам классической теории не существует, что с радостью согласился бы поучаствовать в эксперименте, чтобы доказать вам и всем присутствующим это на наглядном примере, – Он не мог сдержать сарказм. – Но, боюсь, что мои нескромные телеса элементарно не влезут в установленную здесь ёмкость. Жаль, что Вы не заготовили куб раза в два больше…

Зал зашёлся от смеха. Он говорил чистую правду. В куб, стоявший на сцене, председательствующий не помещался по всем трём параметрам.

– Даже если хоть на секунду допустить, что всё так и есть, мой дорогой Клифф, нужно быть действительно таким же безумцем как Вы сами, чтобы согласиться отправиться туда, откуда уже не вернуться! – торжествовал Пшишковский. – А главное никакого проку в этом нет. Здесь человек просто исчезнет. А если он где-нибудь появится, то в другом мире ему придётся совсем не сладко. А если Вы где-то ошиблись в своих дурацких расчётах, то должно быть сейчас камикадзе ищете. Оставьте свои дурацкие амбиции. Почитайте мои труды, профессор. Такие перемещения не возможны в принципе. Мир единственный, и никаких параллельных измерений в реальности нет. А значит и гипотетические перемещения между несуществующими параллельными мирами в принципе не возможны!

В зале многие откровенно и с некоторым облегчением смеялись над Шеффордом. Аргументы Пшишковского многим пришлись по душе. Тем более, что авторитет председателя в глазах учёного сообщества не вызывал сомнений. А завершение перепалки двух учёных именно таким образом, означало, что тот, который выглядел слегка сумасшедшим, перестанет искать жертву для опытов из числа присутствующих.

– Я ни в каких расчётах не ошибался, – окончательно разозлился Клифф. – Я вам всем докажу! Я отправлюсь в другой мир сам! Готовьте аппарат, – скомандовал он ассистентам.

– Зачем это нужно, профессор? – обратился к нему один из помощников. Вы действительно ничего никому не докажете, покинув этот мир. Поскольку существует бесконечное множество других реальностей, мы Вас никогда потом не найдём, даже если когда-нибудь усовершенствуем систему, чтобы возвращать путешественника. А самое главное – для чего? Ну появитесь Вы в другом мире. Что там делать? Ваше место наверняка кем-то занято…

– С таким изобретением, как это, я найду признание в любом мире, кроме того, где наукой руководит господин Пшишковский! – Клифф с трудом залезал в прозрачный метровый куб, скрючившись в три погибели. Совсем не этого ждал он от сегодняшнего вечера. Но отступать уже некуда, да и решимости у Шеффорда с лихвой.

– Я четырнадцать лет трудился над этой темой. Не для того, чтобы отступить в последнюю минуту. Я уверен в своей правоте,  и намерен это доказать. Это символично и правильно, что я сам должен стать первым путешественником в параллельные миры. Прощайте, коллеги! – обратился он в последний раз к учёному сообществу. Все напряжённо повытягивали шеи, чтобы получше рассмотреть, что случится в следующий момент. – Запускай!

Профессор зажмурился, ассистент пожал плечами, нажал кнопку и… Внешне ничего не случилось. Он не почувствовал никаких изменений, перегрузок, чего либо, свидетельствующем о переходе в другую реальность. Клифф открыл  глаза и увидел тот же зал, полный народу, те же лица вокруг. А может и не совсем так. Транспарант на сцене, приветствующий участников конференции, был очевидно выполнен другим шрифтом. Театральный занавес сменил красный окрас на зелёный. По другому были расставлены кресла в президиуме. Телеоператор, работающий на сцене, теперь был темнокожим. Только…

Присутствующие вскочили со своих мест и приветствовали его появление бурной овацией. Готовый к всемирной славе Шеффорд начал выбираться из куба. Посреди сцены стоял радостный, улыбающийся во все тридцать два зуба Пшишковский, Удовлетворённо оценив взглядом путешественника, председатель обратился к залу:

– Таким образом, мы получили ещё одно неопровержимое подтверждение нашей теории, что перемещения в параллельные миры абсолютно реальны. Также находит подтверждение тезис о том, что при перемещении физического объекта из одного мира в другой, в обратном направлении будет перемещён точно такой же. Сейчас мистер Шеффорд из параллельного мира немного придёт в себя, и мы сможем задать ему несколько важных вопросов.

Крики “Браво!”, “Великолепно!”, “Фантастика!” неслись со всех сторон. Пшишковский аж прямо светился от счастья:

– Ну как, Клифф, и Вы здесь намерены отрицать возможности перемещения в другие миры?

Шеффорда всего аж передёрнуло:

– Я?! Отрицать?!

– Вы верно не знаете, с какой настойчивостью Ваш близнец в этом мире отвергал саму возможность существования параллельных миров, – задумчиво произнёс Пшишковский.

Зал просто взорвался от смеха. Седовласые светила науки покатывались со смеху, показывая на Шеффорда. Они обнимались как дети и поздравляли друг друга с тем, что стали свидетелями первого в истории подобного эксперимента. А потом принялись восхвалять Пшишковского. Пшишковского! Клифф растерянно взирал на эту картину. Кто-то поинтересовался, в порядке ли он, и всё. Пшишковского между тем уже качали на руках.

– Мне в некоторой степени любопытно, – игриво подтрунивал Пшишковский, – Там где только что находились, Вы тоже стояли на защите ортодоксальной классической теории о невозможности перемещения в другие реальности?

– То есть как? – до Шеффорда начала доходить суровая реальность этого мира. – Я защищал классическую теорию? А кто же тогда всё это создал? – он кивнул в сторону куба и нескольких приборов позади.

– Вы знаете кто я? – спросил Пшишковский. И, получив положительный ответ, объяснил. – Ваш, находившийся здесь физический близнец, если позволите, настолько рьяно доказывал мне и всем присутствующим, что подобные перемещения невозможны, что вызвался провести эксперимент внутри кабины перемещения. Собственно говоря, так Вы здесь и оказались… С Вами всё хорошо? Как Вы себя чувствуете? Понимаю, что Вам сейчас немного не по себе.

– У меня голова слегка закружилась, – произнёс Шеффорд. – Можно я просто посижу несколько минут?

Он присел на предоставленное кем-то любезно кресло и попытался собраться с мыслями. Ему действительно потребовалось на несколько минут отрешиться от уже наступившего празднования удачно состоявшегося эксперимента. Пшишковского окружили плотным кольцом высыпавшие на сцену профессора и академики. Каждый пытался пожать ему руку и высказать восхищение смелостью теории и эксперимента. Друзья и знакомые хотели с ним сфотографироваться. Все камеры пытались выхватить счастливое лицо председателя. Кто-то из телевизионщиков, тыкая в нос Пшишковскому микрофоном, пытался взять у него интервью “прямо с места событий”. В атмосфере всеобщего ликования, о Шеффорде на время забыли. 

Путешествия в параллельные миры возможны. Клифф это доказал. В первую очередь самому себе. Спустя четырнадцать лет напряжённой работы. Но при этом Шеффорд оказался в мире, где вся слава, вся заслуга этого потрясающего открытия принадлежит не ему. А кому? Господи прости, Пшишковскому! Этому типу, которого терпеть невозможно! И хоть Шеффорд понимал, что в этом мире именно Пшишковский создал портал, у него возникло ощущение, что его разыграли, обманули. Жаждущий всемирной славы учёный, оказался здесь всего навсего подопытной мышкой, отправленной в чужую реальность в качестве эксперимента. Радость от свершившегося открытия, от осознания того, что вся долгая, тяжёлая, изнурительная работа на протяжении всех этих лет завершилась фантастическим успехом, уступала нестерпимому, колоссальному разочарованию от понимания факта, что все лавры достаются Пшишковскому. Мир, в котором портал открыл Пшишковский, вызвал у Клиффа отвращение. Амбиции в голове учёного теперь преобладали над здравым мышлением.

Шеффорд пребывал в полном смятении. В страшном сне он не мог представить такой ситуации. Что с того, что он изобрёл портал в своём первоначальном мире? Он не испытывал ни малейшей радости от самого факта открытия, когда вся слава доставалась тому, кого он на дух не переносил. Столько понапрасну потраченных усилий, нервов, времени! Ни в той реальности, ни в этой не получил он того, что заслуживал. Разве справедливо, что Пшишковский всё время обходил его, вне зависимости от того, кто из них какую роль исполнял? Даже если председатель ведёт себя здесь в тысячу раз воспитаннее, чем там, откуда Клифф только что появился, у Шеффорда было определённое предубеждение к извечному оппоненту.

Внезапно его охватил приступ негодования. Он сжал руки и приготовился броситься на Пшишковского. Живо представил, как собственные кулаки входят в челюсть противника, и тот падает на пол. Нет! В последний момент разум взял верх, и Клифф снова тихо погрузился в глубину кресла. Так он всё равно ничего никому здесь не докажет.

Шеффорд никак не хотел мириться с тем, что всё, чем он занимался последние годы, ничего ему не даст. Он жаждал славы. Он заслуживал славы! А потом к нему пришло и верное решение. Миров бесконечное множество. Теперь он это точно знал. Найдётся где-нибудь ещё один, в котором всё встанет на свои места, и ему воздадут должное. Он подошёл быстрыми шагами к Пшишковскому и твёрдо, не допускающим возражения тоном произнёс:

– Теперь я точно знаю, что мне нужно! Мне необходимо повторить этот переход ещё раз.

Пшишковский удивлённо вытаращил на Шеффорда глаза:

– Для чего? Зачем Вам это, коллега? Наш мир, я уверен, не менее прекрасен, чем тот, откуда Вы прибыли. Какими бы ни были намерения, Вы уже не сможете вернуться в тот самый мир, из которого переместились. Вероятность этого ничтожна.

– Это не важно. Мне просто нужно переместиться ещё раз, – выдохнул Шеффорд, залезая на глазах ничего не понимающей почтенной публики в прозрачный куб.

– Поверьте, Клифф, у нас здесь лучшая реальность! – Добродушно попытался уговорить председатель. – Совсем не факт, что в другом мире Вас встретят также доброжелательно. А когда тут освоитесь…

Изобретатель не удостоил вниманием увещевания Пшишковского. Любая реплика сейчас только раздражала Шеффорда. Лучшая вселенная та, где в принципе нет председателя. Вот только существует ли такая?

– Куда угодно, – процедил он сквозь зубы так тихо, что никто не услышал. – Только не в такую реальность, как эта…

– Запускай! – Громко и уверенно скомандовал он сам ассистентам.

________________________________________________________________________________

каждое произведение после оценки
редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго 
выложено в блок отдела фантастики АЭЛИТА с рецензией.

По заявке автора текст произведения может быть удален, но останется название, имя автора и рецензия.
Текст также удаляется после публикации со ссылкой на произведение в журнале

Поделиться 

Комментарии

  1. Название звучало довольно интригующе, но интрига не состоялась

    Автор использует красные строки (хотя на их глубине модно было бы и не так уж сильно экономить). А вот для чего автор применил альбомную ориентацию страниц текста –совершенно непонятно. Так же ни к чему делать увеличенные интервалы между абзацами, коли используются красные строки.

    Ну и традиционная проблема у 99% авторов – неправильная запись сочетаний прямой и косвенной речи. Очень советую почитать нашу методичку по данному вопросу.

    Так же автор не видит разницы между тире и дефисами – а надо бы знать, что это разные знаки пунктуации. Не очень хорошо автор (как, увы, большинство) пользуется и другими знаками пунктуации: например, есть места, где вместо просто необходимых тире или двоеточия стоят запятые! А для правильной постановки подобных знаков нужно даже не какие-р правила знать, а просто чувствовать собственный текст и ту эмоциональную окраску, которую сам автор в текст вкладывает. Например: «…В конце концов спонсоры поставили условие: для дальнейшего продолжения денежных вливаний в его туманный проект, учёный обязан предоставить конкретные осязаемые результаты…» –На подчёркнутом участке вместо запятой перед словом «учёный» просто просится двоеточие, но стоит почему-то запятая. Из-за этого смысл предложения даже не сразу доходит до читающего.

    Попадаются и не очень хорошие в стилистическом отношении фразы (главным образом, из-за порядка слов). Например: «…Он добился настоящего прорывного успеха и готовился сообщить об этом вопреки всем писаным правилам прямо на общей конференции…» – Здесь подчёркнуты слова следовало бы сказать сразу после «об этом», и восприятие предложение сразу станет более внятным. Ну и т.д., и т.п.

    По существу сюжета. Некий учёный открывает способ перемещения в параллельный мир, но только туда, а не обратно. Более того, из следующего мира можно переместиться не в первый, а куда-то ещё, но только не в первый. И т.д. Этакая улица с односторонним движением. Герой решает двигаться дальше. Конец рассказа вызывает справедливый вопрос: Ну и что? Название звучало довольно интригующе, но интрига не состоялась: по сути о параллельных мирах мы ничего нового и не узнали.

    Сама идея, увы, не нова – существует немало подобных рассказов (названий сейчас не вспомню, но их немало – первые из них были написаны ещё годах этак в 1950х), и автор в данном рассказе, к сожалению, не внёс в идею ничего нового, что хоть как-то бы скрасило вторичность общей сюжетной концепции. При этом язык повествования не слишком впечатляет, а высказывания оппонента героя профессора Пшишковского из первого мира похожи, скорее, на рассуждения обывателя на кухне, чем на речь серьёзного учёного.

    И вот такой чисто «технический» момент: а каким образом профессор Шеффорд отправился в параллельный мир, если демонстрационная камера была кубом метр на метр? Как он туда поместился?! Пшишковский не мог поместиться из-за того, что, якобы, толстый, но в куб метр на  метр не поместится ни один взрослый человек. Автор явно забыл об этом – а всего-то не стоило писать, что размер камеры метр на метр – почему не два на два?!

Публикации на тему

Перейти к верхней панели