Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Огородник О. – Delete – 61

Произведение поступило в редакцию журнала “Уральский следопыт” .   Работа получила предварительную оценку редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго  и выложена в блок “в отдел фантастики АЭЛИТА” с рецензией.  По согласию автора произведение и рецензия выставляются на сайте www.uralstalker.com

—————————————————————————————–

Delete – клавиша на клавиатуре компьютера. Обозначается как Delete, Del или . При наборе текста эта клавиша удаляет символ, следующий за курсором.

 

Пятница. День допроса.

Под потолком висела лампа дневного света, но даже она не способна была разогнать полумрак комнаты для допросов, которая находилась на цокольном этаже. Система кондиционирования работала в эконом режиме, поэтому вдобавок к полумраку имелся ещё и спёртый воздух. Очевидно, всё это было сделано специально, чтобы доставить тому, кто находился в комнате, максимальное неудобство и дискомфорт. В данный момент это относилось к девушке 25 лет, которую звали Лиза Арбенина. На ней была короткая кожаная куртка, вылинявшие синие джинсы, и кеды «Convers», которые она купила на интернет аукционе полгода назад, сейчас такие уже не выпускались, и достать их было очень проблематично. Лиза сидела за металлическим столом, ножки которого были привинчены к полу. В столе имелось два отверстия, к которым крепились наручники, а те в свою очередь защёлкивались на запястьях подозреваемого. Эта мера применялась при допросе особо опасных преступников, подозреваемых в убийстве. К Лизе это не относилось, поэтому отверстия в столешнице, смотрели на неё пустыми глазницами. Лиза была задержана по подозрению в кибер преступлениях. Она относилась к тем преступникам, чьи имена были давно занесены в чёрный список хакеров. В этот список попадали те, кто был уличён в кибер шпионаже, кибер атаках на правительственные сайты и взломы государственных серверов с информацией под грифом «Секретно».

Лиза повернула голову влево. На белой каменной стене располагалось огромное зеркало. Как и все подобные зеркала в комнатах допроса, оно имело две стороны: та сторона, которая находилась в комнате выглядела, как обычное зеркало, обратная же сторона была затемнённым стеклом, и её часть находилась в соседней комнате. Сквозь это стекло можно было наблюдать за процессом допроса, оставаясь при этом незамеченным. Такие зеркала назвали зеркалами Гезелла, в честь психолога, которому принадлежало это изобретение.

Лиза пристально присмотрелась в своё отражение. Из зеркала на неё смотрело милое лицо. На нём был слегка заострённый подбородок, зелёные глаза, коротко стриженные белые волосы, нос с маленькой горбинкой и шрамом на переносице, и ещё пара ушей, левое из которых было усеяно многочисленным пирсингом.

Лиза подняла руку, помахала своему отражению в зеркале и провела пальцем по шраму на переносице. Этот шрам отложился куда большими размерами у неё на сердце. Чудовищная авария, в которую она попала вместе с родителями, унесла жизни её матери и отца. Лиза чудом выжила, как и её младшая сестра, которая в тот день осталась дома. Но шрам всякий раз напоминал о жутком событии…

Лиза опустила руку и принялась барабанить костяшками по столу в ожидании допроса.

Спустя пять минут, барабанное соло пальцами по столу прервал звук открываемой двери. Лиза откинулась на спинку стула. Дверь открылась и в комнату допроса вошли два робота. Это были специально разработанные механизмы, которые проводили первичные допросы подозреваемых. Их называли Анализаторами.

Они были среднего роста. Их корпус состоял из прозрачного сверхпрочного стекла, что позволяло видеть хитросплетения разноцветных проводов внутри, которые тускло подсвечивались неоновым цветом. Пальцы на их руках заканчивались чёрными силиконовыми накладками, лица отдалённо напоминали человеческие. Все роботы Анализаторы были на одно лицо: крупные выразительные глаза голубого цвета, тонкая полоска губ, активная мимика, которая была способна выразить разные эмоции в зависимости от обстоятельств. Отличались они только цветом нагрудных блях. Это были голограммы в виде щита, в центре которого ярко горели три буквы: ОБК. Отдел по борьбе с кибер преступлениями. На правом бедре каждого из роботов крепился репульсорный пистолет.

Подобного рода оружие создали на основе репульсорных двигателей, устанавливаемых на транспортных средствах, их часто называли просто репульсорами. Они создавали поле, противодействующее гравитации, что позволяло кораблям просто парить над землёй, словно отталкиваясь от её поверхности. Репульсоры работали на термоядерном реакторе. В основе пистолетов, которыми оснащались роботы Анализаторы, тоже были микрореакторы на термоядерном топливе. Они были призваны не уничтожить, а нанести минимальный урон противнику. В случае, если бы подозреваемый во время допроса набросился бы на робота, выстрел репульсорного пистолета отбросил бы его на несколько метров, изрядно оглушив.

Двигались Анализаторы довольно плавно, практически лишившись прежних механических подёргиваний и рывков, которые так были явно заметны в старых моделях роботов.

– Добрый день, Лиза, – прожужжал механический голос первого робота, с синей голографической бляхой на груди. – Меня зовут 03Д2.

– А меня, – представился второй, бляха которого была красного цвета, – 03А3.

Буквы в их именах имели непосредственное отношение к их функциональности.

Маркировка с буквой Д говорила о том, что это робот, который задаёт вопросы и ведёт допрос, буква А – робот, который считывает во время допроса все необходимые показатели с подозреваемого и анализирует их.

Лиза это знала.

– Напоминаю, – проворковал Д2, – что вы отказались от адвоката, поэтому во время нашего первоначального допроса здесь будет находится мой коллега, 03А3, который будет записывать наш допрос, снимать показания и проводить соответствующие анализы, которые будут представлены следственному комитету в качестве доказательств, которые помогут в расследовании и будут учтены при слушании дела в суде, а также, при вынесении приговора.

– Валяй, жестянка, – отмахнулась Лиза.

– Я расцениваю это, как ваше согласие и понимание, – кивнул Д2.

– Расценивай, как хочешь.

– В таком случае перейдём к делу.

03А3 отодвинул стул и уселся напротив Лизы. Д2 принялся в свою очередь медленными шагами мерить комнату допроса, издавая едва уловимый механический звук при каждом движении конечностями.

– А3, зачтите девушке краткие выдержки из материала дела, и сообщите, в чём именно она подозревается, – произнёс Д2.

А3 расставил руки, упёрся ими в край стола и посмотрел прямо в глаза Лизе. Он выудил из своих многочисленных терабайтов информации нужную, и начал спокойным монотонным голосом.

– Елизавета Арбенина, 2037 года рождения. Родилась в Трубинске, маленьком городке на севере страны. Вы обвиняетесь в многочисленных киберпреступлениях: это информационные и сетевые атаки, несанкционированное вмешательство в работу компьютерных систем, неправомерный доступ к компьютерной информации, создание, использование и распространение вредоносных программ, и многое другое. Согласно статьям закона, который был принят на последней ежегодной Конвенции о киберпреступности советом Мира, ваши действия расценены, как злоумышленные, и попадают под юрисдикцию уголовного кодекса нашей страны.

А3 закончил свой короткий доклад. Д2 тут же вырос у него из-за спины.

– Прежде, чем мы приступим к вашему допросу, нам необходимо провести настройку систем 03А3. Это нужно для того, чтобы во время ваших ответов максимально исключить ошибки, и иметь полное представление о том, как оборудование моего напарника реагирует на ваши честные и лживые ответы. – Пояснил Д2. – Для этого я задам вам ряд вопросов. На каждый ответ вам даётся не более 10 секунд. Смотрите прямо перед собой. Отвечайте только «да», или «нет». Так же хочу сказать, что в дальнейшем, во время основной части допроса, вы можете не ограничиваться короткими ответами, так как программа А3 уже будет настроена и откалибрована.

– Ясно. Давай свои вопросы, железная башка.

Д2 проигнорировал выпад в свою сторону, это было заложено в их программу. Подозреваемые часто оскорбляли Анализаторов, выражаясь далеко не так литературно, как Лиза, поэтому реагировать на их остроумие, а порой и слабоумие, не имело никакого смысла, это могло только отвлечь от самой процедуры допроса.

– Прошу смотреть прямо, – напомнил А3.

Лиза скорчила гримасу и уставилась на А3.

– Хорошо. Начнём. – Д2 сделал несколько шагов и встал справа от Лизы, так, чтобы не закрывать зеркало на стене. – Вас зовут Лиза Арбенина?

– Да.

– Вы родились в Мезене?

– Нет…

 

* * *

Через десять минут Д2 окончил свой тестовый опрос и посмотрел на напарника.

– Всё готово, система настроена, – прожужжал А3 в ответ.

Д2 подошёл к Лизе, наклонился, и поставил перед ней маленький стальной конус. Лиза посмотрела на стол. Перед ней стояла флэшка в виде ракеты. Лиза улыбнулась, мысленно представив откуда эта жестянка извлекла этот предмет, учитывая тот факт, что, когда они вошли в комнату, в руках у него ничего не было.

– Эту флэшку мы обнаружили при обыске вашей квартиры, – заявил Д2.

Его напарник внимательно следил за Лизой. В операционной системе А3 было сотни программ, которые были призваны различить правду и ложь, помочь выявить малейшие изменения в дыхании, давлении, сердцебиении, голосе, увеличился, или сузился зрачок. Десятки камер и датчиков, вмонтированных в его корпус, изучали подозреваемого, реагируя на малейшее движение, жест, мимику. Это был самый настоящий детектор лжи, только усовершенствованный в миллионы раз, и сейчас он сидел перед Лизой, не спуская с неё своих компьютерных глаз, хоть они и очень походили на человеческие.

Лиза это знала.

– Это ваша флэшка? – Спросил Д2.

Лиза бросила пренебрежительный взгляд на маленькую ракету.

– Возможно.

– Что значит возможно, уточните.

– Я хочу сказать, что носитель информации подобного рода, можно приобрести в любом магазине. Возможно и я сделала такую глупость когда-то. Но, со стопроцентной уверенностью я не готова подтвердить, что эта флэшка моя. – Ответила Лиза и добавила. – Я подробно уточнила? Чего уставился, глазастик? – Обратилась она к А3.

– Это его работа. – Ответил Д2.

Лиза это знала.

Д2 посмотрел на напарника.

– Она говорит правду. Она не уверена в том, что это запоминающее устройство принадлежит ей.

– Она может и нет, а вот мы в этом уверены. – Заверил Д2. – А3, покажи.

А3 поднял левую руку и направил на стальной конус в виде ракеты, а правую поднял вверх перед собой. Из левой руки в сторону ракеты направился пучок света, а из правой в воздухе появилась проекция с изображением отпечатка пальца.

– С найденного в вашей квартире устройства мы сняли отпечатки пальца, они принадлежат вам, – пояснил Д2.

Тут же, изображение пальца, которое проецировал А3, сменил снимок Лизы, сделанный во время её первого задержания. На нём она была ещё с длинными волосами, выкрашенными в ядовито оранжевый цвет.

– А я тут милашка, не правда ли, – усмехнулась Лиза.

– Я бы не стал иронизировать по этому поводу, – заметил Д2, – потому, что дело, которое возбуждено в отношении вас очень серьёзно.

– Да неужели, – огрызнулась Лиза, – серьёзнее, чем маникюр, на который я записалась и теперь из-за вас могу на него не попасть? А я очень трепетно отношусь к маникюру на своих ногтях. – Лиза демонстративно выставила оба средних пальца, которые украшали ногти, выкрашенные чёрным цветом.

Д2 пропустил мимо очередную колкость, хотя очевидно, она предназначалась скорее для тех, кто следил за ходом допроса с обратной стороны зеркала.

– Итак, как я говорил ранее, мы абсолютно уверены в том, что эта флэшка принадлежит вам.

– Допустим. И что с того?

– На это устройство была установлена защита. Нам удалось взломать ключ и открыть флэшку.

– Значит вы умнее, чем я думала, – язвительно заметила Лиза.

– В папках, находящихся на этом устройстве, мы обнаружили файлы, которые были украдены с одного из государственных серверов, и носящих гриф «Секретно».

А3 следил за каждым движением Лизы. Сейчас она слегка откинулась на спинку стула, провела ногтем по шраму на переносице и спросила:

– Эй, А3, какой сейчас день?

– Четверг, – машинально ответил А3, продолжая внимательно следить за подозреваемой.

Лиза улыбнулась.

– Пятница, – поправил Д2.

– Всё верно, пятница, – согласился А3, – прошу прощения за неточность. Очевидно подозреваемая пытается намеренно уйти от разговора об украденных файлах, поэтому переводит общение на другую тему.

– Я просто спросила, – пожала плечами Лиза.

Д2 не придал значения ошибке А3, отошёл в глубь комнаты и громко произнёс:

– Я думаю нет смысла отрицать тот факт, что именно вы, взломали сайт и выкрали секретные документы. Вопрос в другом, как вы собирались поступить с этими файлами?

Д2 понизил голос и приблизился к подозреваемой.

– Хорошо подумайте, прежде, чем дать ответ. От этого будет зависеть ваша дальнейшая судьба.

Лиза немного помедлила и произнесла, выделяя каждое слово:

– Я всё расскажу, но, только при одном условии.

В комнате повисло молчание. Через несколько секунд его нарушил один из Анализаторов.

– Она говорит правду, – подтвердил А3.

– И что же это за условие? – Поинтересовался Д2.

Лиза повернула голову к зеркалу и ткнула в него пальцем.

– Там. Я знаю, за нами следят. За нашим допросом наблюдают.

– Это стандартная процедура, – подтвердил Д2.

– Я хочу, чтобы к нам присоединился Вадим Прохоров. Я знаю, он там.

– Вы хотите, чтобы сюда пришёл начальник нашего следственного отдела? – Спокойно уточнил Д2.

– Всё верно. Я сделаю заявление, и расскажу ему всё.

– И о флэшке?

– Верно, железяка. Только ему, иначе, рот на замок, и пошли все в задницу.

Д2 повернул голову к зеркалу, замер на несколько секунд, затем двинулся к выходу.

– Минуту, мне нужно всё уточнить.

– Не сомневалась, – усмехнулась Лиза. – Какие бы вы умными не были, решение всё равно принимает человек, усёк, медный котелок, – и она подмигнула А3, который по-прежнему пристально следил за подозреваемой.

Д2 повернул ручку, и скрылся за дверью в широком коридоре. Лиза проводила взглядом одного Анализатора и тут же вернулась ко второму. Она поставила локти на стол, уютно пристроила подбородок на ладони и уставилась на А3.

– Поиграем в гляделки, – предложила она, – кто первым моргнёт, тот и проиграл. Идёт?

А3 проигнорировал её предложение.

Лиза не особо-то и рассчитывала на весёлые игры с роботом. Главное, чтобы он продолжал пристально на неё смотреть. Это он и делал.

 

* * *

Вадиму Прохорову было 39 лет. Последние десять лет он был начальником отдела по борьбе с кибер преступлениями. До этого, он ещё пять лет работал следователем в убойном отделе. Он был высокого роста, с чёрными вьющимися волосами. Его лицо всегда украшала трёхдневная щетина, также, как и пара выпученных глаз, и кривая ухмылочка.

Он был из тех сотрудников следственных органов, которые не особо гнушались взятками, подтасовкой улик, мелкими махинациями в своих корыстных целях, одним словом, он любил пользоваться своим служебным положением, чтобы повысить своё материальное.

Сквозь стекло в наблюдательной комнате, он с интересом следил за допросом Елизаветы Арбениной. Сам он оставался незамеченным, поэтому тот факт, что подозреваемая знала о его присутствии, его немного удивил, и в тоже время позабавил. Эта хакерша последние несколько лет доставляла много неудобств, с завидной регулярностью взламывая различные государственные сайты, воруя важную информацию, и попутно награждая их разными вирусами. Поэтому тот факт, что сейчас она сидела в комнате для допросов, он считал большой удачей, и уже подумывал над тем, как потратить будущую премию. Лизу Арбенину накрыли в собственной квартире, которую они вычислили по IP адресу, в то время, как она пользовалась своим компьютером для очередного взлома сети. Этот поступок подозреваемой, да ещё и опытной компьютерной преступницы, выглядел очень глупым и странным, так подставиться, но Вадим не заморачивался по этому поводу, он посчитал, что ему просто повезло…

– Я хочу, чтобы к нам присоединился Вадим Прохоров. Я знаю, он там.

– Вы хотите, чтобы сюда пришёл начальник нашего следственного отдела? – Спокойно уточнил Д2.

– Всё верно. Я сделаю заявление, и расскажу ему всё.

– И о флэшке?

– Верно, железяка. Только ему, иначе, рот на замок, и пошли все в задницу.

К своей удаче, которая его посетила в деле с Арбениной, Прохоров добавил и желание подозреваемой во всём сознаться именно ему.

Д2 вышел из комнаты, оставив Лизу наедине с А3. Вадим повернулся к Давиду, ещё одному сотруднику отдела по борьбе с кибер преступлениями, который находился вместе с ним в наблюдательной комнате.

– Ну, что, Давид, очевидно это дело мы быстро закроем. Чистосердечное признание облегчает следствие, – он подмигнул коренастому юнцу лет 25, и двинулся навстречу Анализатору. – Смотри и учись.

Вадим вышел из наблюдательной комнаты. Давид, который не так давно был переведён в этот отдел, с интересом уставился в окно, наблюдая за действиями роботов и своего начальника. Чем закончится «смотри и учись» он не мог себе даже представить, как и пара видеокамер, которая фиксировала всё происходящее. Камеры висели в углах комнаты для допросов и передавали всё на операторский пульт на первом этаже бетонного трёхэтажного здания. Это была современная постройка в стиле «хай – тёк», которая являлась центральным отделением управления по борьбе с кибер преступлениями. Именно туда привозили для допроса особо опасных компьютерных преступников, именно там работал Вадим Прохоров.

Лиза это знала.

 

* * *

Первым в комнату для допросов вошёл Д2, следом за ним, буквально вплыл Вадим Прохоров. Кривая улыбка слепила во все стороны, очевидно она должна была максимально расположить к себе подозреваемую.

Как только робот и человек вошли в помещение, Лиза тут же перевела взгляд с А3 на Прохорова.

– Вот и вы, – сказала она.

А3 странно мигнул и опустил руки вниз, которые до этого мирно возлегали на столе.

Вадим кивнул Лизе.

– Позвольте представиться, меня зовут Вадим Прохоров, я начальник отдела по борьбе с кибер преступлениями. Мне передали, что вы хотели меня видеть.

– Всё верно, – кивнула в ответ Лиза.

– Тогда позвольте мне присесть, чтобы мы спокойно продолжили нашу беседу, – Вадим был само очарование.

А3 встал из-за стола, и на его место сел Прохоров. Д2 двинулся вперёд и остановился справа от начальника. Прохоров сложил руки на столе и изобразил сочувствие на своём лице. Получилось это у него довольно сносно. Годы тренировок. А3 сделал шаг назад и очутился за спиной Д2. Теперь главным в этом допросе был человек, роботы остались в качестве наблюдателей и охранников.

– Вы хотели мне в чём-то признаться, – мягко напомнил Прохоров, подталкивая Лизу к дальнейшему разговору.

– Да. – Лиза наклонилась к Прохорову. – Я хочу вас убить.

Вадим застыл с удивлённым выражением лица. Он никак не ожидал такого поворота событий.

– Что?.. – Выдавил он из себя.

– Она говорит правду, – прожужжал где-то за спиной А3.

Вадим медленно повернул голову, чтобы посмотреть на робота. То, что произошло дальше в комнате для допросов, заставило подняться по тревоге всё здание…

 

Четверг / 17.00

(за день до этого)

Языки пламени принялись с вдохновением пожирать стопку бумаг, сложенную в умывальнике.

Лиза швырнула туда же зажжённую спичку и с интересом принялась наблюдать за тем, как в её ванной комнате разгорается маленький костёр. Когда все бумаги исчезли под всполохами огня, она скомкала несколько снимков, которые держала в руках, и швырнула их в умывальник, чтобы уничтожить последние следы её расследования, которое она тщательно вела последние несколько лет. На этих снимках, которые постепенно превращались в скукоженные чёрные спиральки, был запечатлён Вадим Прохоров…

 

* * *

Лиза вернулась в комнату и посмотрела на стену, которая ещё несколько часов назад была увешана фотографиями, бумагами, разными документами, карточками и стикерами с пометками, сделанными её подчерком. Сейчас же на неё взирала пустота кирпичной стены, выкрашенной в ядовитый фиолетовый цвет. Лиза уничтожила все улики, которые могли так или иначе связать её с именем начальника отдела по борьбе с кибер преступлениями и её расследованием. Она довольно хмыкнула и подошла к столу. На нём стоял большой монитор, внизу тихо посапывал системный блок, обдуваемый встроенными куллерами. Лиза воспользовалась компьютерной мышкой, навела стрелочку на слово «Начать», и клацнула левой кнопкой. Тем самым она подтвердила начало процесса взлома системы одного из государственных сайтов. Одна из вирусных программ, которые она создала, принялась за своё дело, разрушая защиту, снося на своём пути тщетные попытки инженеров уберечь свою информацию от подобных действий. Лиза улыбнулась. Улыбка вышла нервной. Она не была уверена в абсолютном успехе, и не могла предвидеть всех возможных вариантов развития событий, но она была полна решимости, и сходить с этого поезда, который начал набирать обороты не собиралась.

– Ваш ход, – громко сказала Лиза.

Она вторглась в чужое виртуальное пространство, и не просто чужое, а в государственное. В таких случаях включались системы защиты, тут же начиналось оповещение соответствующих органов, компьютерные гении на службе у государства принимались отрабатывать свои зарплаты. Одним из очевидных действий было отслеживание IP – адреса, который являлся уникальным идентификатором любого устройства, подключённого к сети. Это позволяло найти и отследить компьютер, с которого происходила незаконная атака, а вместе с тем, определить и местоположение данного устройства. Часто, хакеры перенаправляли потоки информации с одного IP – адреса на другой, ограничивали своё время в сети, использовали разные хитрые схемы и программы, чтобы запутать агентов по борьбе с кибер преступлениями и не дать себя обнаружить, иногда это получалось, иногда агенты оказывались умнее, разработав новую программу по выявлению настоящих IP-адресов, минуя ложные, одним словом это была постоянная борьба одних компьютерных умов с другими.

Но, сегодня Лиза не стала использовать никаких компьютерных хитростей, ведь она хотела, чтобы её обнаружили, поймали и доставили в здание управления по борьбе с кибер преступлениями.

Таков был её план.

 

* * *

Четверг / 17.45

Вой сирен ворвался в городскую суету, распугав мирных жителей, которые дышали тёплым весенним воздухом. Май был в самом разгаре, и присутствие лета ощущалось с каждым днём всё более явственно.

Два полицейских «минивэна», противно пискнув тормозами, остановились у входа в подъезд дома номер 16 по улице Оборонной. Из машин вывалилась спец группа в полной амуниции с автоматами и плазменными ружьями наперевес. Впереди бежал полицейский с IP-датчиком в руках, который показывал, где именно спрятался «гадкий и противный хакер», нарушающий закон. Датчик попискивал яркой точкой в центре экрана.

– Седьмой этаж, – громко крикнул обладатель датчика, и спецназ рванул в подъезд.

Лиза всё это слышала. Она была готова. Через минуту дверь в её квартире, объявив перед этим, что пришла полиция, и у них есть все основания войти, вылетела с петель и бойцы спецназа ворвались внутрь. Часть из них принялась бегать по квартире, заглядывая во все углы, а часть осталась в зале, где находилась Лиза. Они старательно целились в неё из всего оружия, с которым пришли.

– Оставайтесь на своём месте! Поднимите руки так, чтобы мы могли их видеть! Не делайте резких движений!..

Спустя час она была доставлена в комнату предварительного задержания, которая находилась на цокольном этаже здания, где располагалось центральное отделение управления по борьбе с кибер преступлениями.

На пятницу ей назначили первичный допрос. Всё шло по плану Лизы…

 

Пятница. День допроса.

– Вы хотели мне в чём-то признаться, – мягко напомнил Прохоров, подталкивая Лизу к дальнейшему разговору.

– Да. – Лиза наклонилась к Прохорову. – Я хочу вас убить.

Вадим застыл с удивлённым выражением лица. Он никак не ожидал такого поворота событий.

– Что?.. – Выдавил он из себя.

– Она говорит правду, – прожужжал где-то за спиной А3.

Вадим медленно повернул голову, чтобы посмотреть на робота. А3 выхватил свой репульсорный пистолет и приставил к голове Д2.

– Что происходит? – Опешил Вадим. – Как всё это понимать? А3, я тебя спрашиваю, опусти пистолет, это приказ.

– Я больше не подчиняюсь вашим приказам, – ответил А3 и нажал курок.

ПУФБАНКРАГ!

Выстрел репульсорного пистолет отбросил Д2 в сторону, швырнув о стену. Д2 с грохотом сполз на пол. А3 подбежал к напарнику, который попытался подняться, и ещё раз нажал на курок. Репульсорная волна вновь обрушилась на Д2 и его голова впечаталсь в пол со звонким хрустом. Это треснула стеклянная оболочка. А3 поднял ногу и несколько раз ударил по лицу Д2.

БАХ! КРАК! БАХ! КРАК! БАХ! КРРРРРРРАК!!!

Наконец голова Д2 лопнула и рассыпалась брызгами стёкол и микросхем. Один из роботов Анализаторов был уничтожен, второй повернулся и направил пистолет на Вадима Прохорова.

Атака А3 на Д2 получилась такой стремительной и жестокой, что Прохоров продолжал сидеть с открывшимся ртом и широко разинутыми глазами. Он просто не мог поверить в то, что произошло сейчас в комнате для допросов. А произошло следующее, один из роботов Анализаторов перестал выполнять приказы. Хотя, точнее будет сказать, стал выполнять другие приказы, не те, что были заложены изначально в его программу.

За этими действиями А3 стояла Лиза Арбенина.

 

Четверг / 16.00

(за день до этого, и за два часа до ареста)

Лиза подцепила правым указательным пальцем линзу и внимательно посмотрела на неё. Убедившись, что всё цело, пальцами левой руки она опустила нижнее веко правого глаза и аккуратно поместила туда линзу. Затем она запрокинула голову, и несколько раз моргнула, чтобы линза заняла своё место.

У Лизы было отличное зрение, не смотря на своё увлечение компьютерами.

Линза предназначалась не для того, чтобы улучшить зрение. Эта линза была настоящим произведением искусств в мире новых технологий. Лиза сама придумала и изготовила этот девайс. С виду, она ничем не отличалась от обычных аптечных линз, но только с виду. Внутри этого маленького купола находились крошечные микросхемы и встроенная видеокамера. Это был настоящий компьютер в самом миниатюрном виде, который можно было себе только представить. В линзе была установлена программа по взлому программ и внедрению компьютерного вируса. Достаточно было вставить линзу, направить взгляд на любой компьютер, и через видеокамеру начинал идти поток информации, который нёс в себе вирус. Этот вирус проникал в объект, на который была направлена видеокамера, и через несколько минут программа взламывала защиту и полностью завладевала информацией, отдавая свои приказы и устанавливая свою программу со своими задачами.

Именно это и собиралась сделать Лиза после своего задержания. Она знала, что вначале к ней пришлют роботов Анализаторов, которые будут проводить первичный допрос. Она так же прекрасно знала, что один из роботов, который отвечает за полный анализ подозреваемого во время ответов на вопросы, будет пристально следить за каждым её движением и не будет сводить с неё глаз. Этим она и решила воспользоваться. Пока один из Анализаторов будет следить за ней, помещённая в её правый глаз линза будет взламывать программу робота и внедрять свою.

Лиза ещё раз моргнула, и взяла в руки планшет. Она сделала несколько ловких манипуляций и вывела на экран сообщение об обнаружении нового устройства. Это была её линза в правом глазу. Она открыла папку, убедилась, что всё необходимые программы активированы, и отключила устройство. Теперь нужно было избавиться от остальных улик и приступить к осуществлению своего плана…

 

Пятница. День допроса.

Когда на вопрос Лизы о том, какой сейчас день, А3 ответил, что четверг, для неё это стало своего рода подсказкой, что защита Анализатора взломана. Она внедрила в программу этот ответ на её вопрос, чтобы знать, что все идёт по плану. А3 ответил так, как нужно было Лизе. Д2 не заметил подвоха в этой оговорке своего напарника, но только не Лиза. Она знала, что сейчас в центральном процессоре А3 происходят непоправимые изменения, вирус проникает во все микросхемки, полностью подстраивая его под свои нужды и задачи.

Второй подсказкой к тому, что А3 полностью перешёл под её управление, должен был стать момент, когда в комнату для допросов, по требованию Лизы, вошёл бы Прохоров. Лиза должна была сказать: «Вот и вы», в ответ на это, А3 обязан был опустить руки и встать из-за стола. Так и произошло. Теперь А3 полностью подчинялся Лизе Арбениной, и она это знала. Его главной и приоритетной задачей была защита Лизы. Первым шагом была ликвидация Д2.

БАХ! КРАК! БАХ! КРАК! БАХ! КРРРРРРРАК!!!

Наконец голова Д2 лопнула и рассыпалась брызгами стёкол и микросхем. Один из роботов Анализаторов был уничтожен, второй повернулся и направил пистолет на Вадима Прохорова.

Перекошенное лицо Прохорова Лизу вполне удовлетворяло, но она решила сразу дать понять, кто сейчас главный в этой комнате и контролирует ситуацию.

– А3, избавься от камер, – приказала Лиза.

Робот перевёл пистолет и прицелился в одну из них.

ПУФБАНКРАГ!

Поток мощного антигравитационного поля врезался в камеру, развернул её и расплющил о стену. Такая же участь ждала и вторую. Уничтожив камеры А3 вновь направил пистолет на Прохорова. До него стало доходить, что всё происходящее не случайный сбой, или глюк в системе одного из роботов Анализаторов.

– Ты, – процедил он сквозь зубы, – это твоих рук дело, тварь. Ты что это удумала?!

А3 тут же прижал пистолет и вдавил дуло в висок Вадиму.

– Ты неправильно задаёшь вопросы, урод, – зло бросила Лиза.

– Ладно, ладно, расслабься, – Прохоров вскинул руки в знак примирения, – что тебе надо?

Лиза улыбнулась.

– Ты не внимательно меня слушал. Я же сказала, я хочу тебя убить.

Вадим сглотнул сухой ком. Он мысленно подсчитывал, сколько понадобиться времени, чтобы служба безопасности начала действовать. Очевидно, что этот молокосос, Давид, который совсем недавно был переведён в его отдел, обязан был сообщить о сложившейся ситуации, так же, как и две камеры, установленных в комнате для допросов. И пусть А3 их вырубил, но они должны были увидеть и снять достаточно, чтобы группа быстрого реагирования начала действовать.

– Послушай, – начал Вадим, он твёрдо знал одно, нужно тянуть время и вовлечь эту чокнутую девку в диалог, – давай решим всё спокойно.

– Отлично, я рада, что ты готов спокойно сдохнуть.

Лиза взяла свою флэшку, встала из-за стола, подошла к уничтоженному Д2, сняла с его бедра пистолет и вновь вернулась к Прохорову, с той только разницей, что не стала садиться.

– Мы можем договориться. Просто положи пистолет, отдай команду А3, чтобы он опустил свой, и я помогу тебе. Мы снимем все обвинения в твой адрес, через час ты отправишься домой, всё будет хорошо, только успокойся.

– Это вряд ли, – и Лиза оскалилась, что заставило Прохорова покрыться мурашками.

Было что-то такое в этой девушке, что-то решительное и безумное. И Вадим испугался. Он понял, что с ней ему не договориться. Оставалось надеяться только на спецназ.

– Почему? – Выдавил из себя Прохоров. – Что я тебе сделал?

– Чтобы тебе всё сразу стало ясно и понятно, улови одно, моя настоящая фамилия Сорина. Лиза Сорина. Говорит тебе что-то эта фамилия?

Вадим на мгновение замер, и попытался выудить из своей памяти эту фамилию. Сорина. Знакомая фамилия. Очень. И он вспомнил. Артём и Оксана Сорины. Вспомнил он и то, что с ними сделал.

– Вижу вспомнил, урод, это мои родители…

 

* * *

Это произошло тринадцать лет назад. В то время Прохоров работал в убойном отделе, и снискал славу далеко не самого чистого копа. Но, это было только на уровне слухов и разговоров за спиной. Доказательств не было, а дело он своё исправно выполнял, регулярно проводя задержания и раскрывая преступления, поэтому к нему особо никто не лез, и не вникал в его методы работы.

Лизе было 12. Её младшей сестре пять. И всё было хорошо, жизнь была прекрасна. В день, когда её родители стали свидетелями криминальной разборки, жизнь перестала быть таковой. А ещё через две недели они погибли. Авария. Несчастный случай. Непреднамеренное убийство. Так сказали Лизе. Так указали в протоколе. Виновный, который протаранил их машину на чёрном «ауди», скрылся с места преступления. Сказали, что водитель не справился с управлением, это и стало причиной жуткой аварии. Машину нашли в нескольких кварталах от места аварии, а вот водителя нет. Машина давно числилась в угоне, поэтому дело осталось нераскрытым.

Лизе было 12, а не 5, как её младшей сестре, и она уже много чего понимала, особенно учитывая её пристрастие к кибер пространству и задатки первоклассного хакера (Лиза с лёгкостью взламывала школьные электронные дневники, меняла оценки и задания). Она поняла ещё тогда, что байка про непреднамеренное убийство, несчастный случай и водителя, не справившегося с управлением – полная чушь. Всё это были отголоски того дня, когда её родители оказались не в то время, не в том месте. Если быть более точным, это был небольшой восточный ресторанчик на углу Каштанового бульвара. Там делали отменные суши, а ещё, подавали «пальчики оближешь» каштаны в потрясном карамельном соусе. Какое-то отребье, решившее, что они имеют право получать определённую долю с хозяина ресторана, которого звали Ли Тамохори, выволокли его на улицу, затащили за угол здания, и принялись жестоко и методично избивать, доказывая свою правоту. В это время родители Лизы оказались рядом.

– Оставьте его! – Крикнул папа Лизы.

– Отвали, лучше следи за своей пташкой, пока мы ей перья не ободрали, – огрызнулся один из верзил, который в отличии от остальных стоял чуть в стороне и наблюдал, как удар за ударом лицо Ли превращается в отбивную.

Лицо верзилы было прикрыто тёмными очками и бейсболкой, натянутой на глаза.

– Я вызываю полицию!

И отец Лизы тут же выполнил своё обещание.

– Алло, полиция. На углу Каштанового бульвара и Земляничной улицы избивают человека. Это возле ресторанчика «Юань» …

Верзила двинулся к родителям Лизы. Оксана прижалась к Артёму.

– Ах ты, урод, я же сказал тебе, вали отсюда!

Те, кто избивали Ли отреагировали быстрее на вызов полиции, они схватили верзилу за руки и крикнули:

– Валим, Вадим, разберёмся с ними в следующий раз!

Верзила сплюнул на асфальт, и поспешил ретироваться со своими дружками. Через пять минут к ресторанчику Ли Тамохори прибыла полиция. Чуть позже, от многочисленных ран, в больнице умер владелец «Юаня». Шантаж, вымогательство и избиение эмигранта из Китая, превратились в преднамеренное убийство, а родители Лизы, в свидетелей этого преступления. Они согласились активно помогать расследованию, чтобы отыскать убийц, в особенности того самого верзилу, который прятался за очками и бейсболкой. А через две недели они погибли. В машине, которую на бешенной скорости протаранил чёрный «ауди», вместе с Артёмом и Оксаной, ехала и Лиза Сорина. Она чудом осталась жива. Когда машина родителей, серебристый «шевроле», перевернулась в воздухе, рухнула на асфальт и покрылся клубами дыма, Лиза открыла глаз и сквозь разбитое окно машины увидела проезжающий рядом чёрный «ауди» с расплющенным бампером. Окно водителя опустилось, и её глаза, которые заливала кровь из разбитой переносицы, успели разглядеть верзилу в тёмных очках и бейсболке. А ей твердили про страшный несчастный случай и непреднамеренное убийство. Лизе было 12, а не 5, как её младшей сестре, и она знала, что это полный бред.

Верзилой в тёмных очках и бейсболке был Вадим Прохоров.

Лиза это узнала спустя долгие годы. После смерти родителей их забрала родная сестра мамы, тётя Таня, и увезла в другой город. Лиза пообещала себе, что найдёт убийц её родителей, и не отступала от своего обещания ни на шаг. Только путь оказался очень долгим. Тринадцать лет она шла к тому моменту, когда посмотрит в глаза этому извергу, и скажет, что она Лиза Сорина, дочь убитых им родителей. Она всё тщательно подготовила: сменила фамилию и все данные о себе, продумала изощрённый план, и приступила к его реализации. Уже после того, как она узнала, кто ехал за рулём той самой чёрной «ауди», Лиза собрала целое досье на все возможные преступления Прохорова.

Шантаж, вымогательство, торговля государственными тайнами, убийство – всё это она собирала по крупицам и бережно хранила, чтобы потом сдёрнуть маску с этого чудовища, и показать всем его истинное лицо. И этот день пришёл…

 

* * *

– Вижу вспомнил, урод, это мои родители…

Лиза буквально втягивала запах страха, который начал источать Прохоров, глаза которого стали судорожно вращаться в своих орбитах.

– Это был не я, я не имею никакого отношения к смерти твоих родителей, это ведь был несчастный случай…

– Заткнись! – Процедила Лиза.

А3 размахнулся и ударил ребром ладони по носу Вадима. Кровь тут же брызнула на стол. Прохоров схватился за нос и начал тихо скулить.

– Не убивай меня…

Он ждал, когда же дверь комнаты для допросов вылетит с петель, и сюда ворвётся спецназ. Лиза тоже знала, что скоро это произойдёт.

Как только А3 выстрелил из своего пистолета в Д2, Давид, который наблюдал за допросом из смотровой комнаты, выскочил из неё и помчался в отдел безопасности. Камеры, которые были установлены в комнате для допросов, тут же передали соответствующее видео на пульт охраны, правда были через минуту уничтожены. Всё это значило одно, очень скоро здесь будет рой копов с оружием наперевес.

– У нас меньше двух минут, – напомнил А3.

Его главный процессор был подключён ко всем камерам в здании, и он видел, что команда спецназа ринулась в оружейное хранилище, чтобы экипироваться в соответствии с возникшей ситуацией.

Вадим затравленно смотрел на девушку в кожаной куртке.

– Хорошо, этого времени нам хватит, – ответила Лиза.

– Постой, постой… – запротестовал Прохоров, он почувствовал, что бравые ребята в кевларовых бронежилетах могут и не успеть.

– Ты же сам слышал, времени меньше двух минут, – пояснила Лиза и направила пистолет в лицо Прохорова.

– Нет, – и Вадим вжался в стул, сощурив глаза.

– Ты убил моих родителей, я это знаю, я видела тебя в той машине, – начала Лиза.

– Нет, это был не я…

– Не перебивай меня, иначе я прикажу А3 сломать тебе шею.

Эти слова подействовали, и Прохоров затих, испуганно поглядывая на Лизу.

– А ещё, я знаю о всех твоих компьютерных махинациях, знаю о том, как ты торгуешь информацией, украденной в виртуальном пространстве, а потом спихиваешь всё это на мифических хакеров, которых потом сам и ловишь, подделывая улики. Знаю я и о твоих других преступлениях: вымогательство, шантаж, убийства…

Вадим вскинул голову, очевидно, чтобы что-то сказать, но А3 положил ему на плечо руку, и он тут же подавил в себе это желание.

– Но самое главное, сейчас я скажу то, что тебе совершенно не понравится: доказательства моих слов находятся сейчас в голове А3. Документы, фотографии, видео с различных камер наблюдений, которые я находила, одним словом всё, чтобы представить тебя в лучшем свете, и сейчас, А3 передаёт всю эту информацию во все компьютеры, серверы и сайты всех внутренних ведомств страны. Через пять минут о том, кем на самом деле является Вадим Прохоров, узнает каждый полицейский…

– Ах ты, сука, – зло проскрипел Вадим, и попытался испепелить Лизу взглядом. Не получилось.

– У нас не больше минуты, – предупредил А3.

Отряд спецназа был полностью упакован. Давид рассказал о том, что один из Анализаторов вышел из строя, и буквально размозжил второму роботу голову. Было принято решение штурмовать комнату для допросов.

Лиза кивнула А3, и Прохоров понял, что сейчас его убьют. Понял, и начал рыдать.

– Прошу тебя, не делай этого… отпусти меня… прошу, я тебя умоляюююююююю…

– Моим родителям ты не дал такого шанса: попросить себя не убивать, – почти металлическим голосом произнесла Лиза, – ты ничтожен. Последние тринадцать лет я представляла себе нашу встречу. Мне было страшно, ведь в моём воображении ты был чудовищем, безжалостным монстром, и что я вижу, жалкое ничтожество, которое наживалось всю жизнь за чужой счёт, не останавливаясь ради собственной наживы ни перед чем. Ты омерзителен.

– Да, да, я ничтожество, – обливаясь соплями соглашался Прохоров, – только не убивай меня.

– О, нет, не убью, – неожиданно согласилась Лиза, – я решила, что для тебя это слишком просто. Тебя посадят на всю твою оставшуюся жизнь, и весь её остаток будет жалким. – Лиза перевела взгляд на А3. – Нужно его связать.

А3 подошёл к Д2, нагнулся, и выдрал из раскуроченной головы бывшего напарника несколько проводов, после чего подошёл к Прохорову, заломил ему руки за спину и крепко связал. Вадим не сопротивлялся. Он был размят и подавлен. Если девка говорила правду, и у неё есть все те улики, ему конец. Государственная измена, не самая лучшая статья, а если прибавить к ней прочие преступления, его заднице мало не покажется…

– Мы можем договориться, – жалко пропищал Прохоров, – я заплачу, я сделаю всё, что ты скажешь.

– Пожалуй, закрой ему ещё и рот.

Лиза достала из кармана куртки платок и швырнула роботу. А3 сформировал подобие кляпа и затолкал его в рот Прохорову. Вадим отчаянно махал головой и мычал, но всё тщетно.

– Файлы полностью распространены на указанные серверы и адреса, – резюмировал А3.

– Вот и всё, – Лиза пристально посмотрела в глаза Прохорову, он не выдержал её тяжёлого взгляда и потупил голову.

Где-то далеко послышался топот ног.

– Пора уходить, – А3 должен был защищать девушку, он понимал, что это будет сделать очень трудно.

– Какие у нас шансы? – Поинтересовалась Лиза.

А3 проанализировал все возможные пути отхода.

– Не более 20 процентов, с каждой минутой они становятся меньше.

– Тогда выводи нас.

Прохоров поднял голову наблюдая за действиями робота. Он понимал, что ему не избежать тюрьмы, но он очень хотел, чтобы эту маленькую шлюшку пристрелили, и желательно у него на глазах.

Спецназ приближался. Группа из восьми вооружённых человек продвигалась по коридору к комнате для допросов.

У А3 был план отхода. Робот поднял пистолет и направил его на большое зеркало на стене.

ПУФБАНКРАГ!

От выстрела зеркало завибрировало. Это напомнило водную гладь, по которой пошла небольшая рябь. А3 выстрелил ещё несколько раз. С каждым разом репульсионный поток врезался в зеркало, и оно вибрировало всё отчётливее, распространяя противный высокий звук. Стекло покрылось мелкой сеткой трещин, но всё ещё держалось. Оставалось ему недолго. А3 подошёл к столу, обхватил его руками и потянул на себя. Шурупы, ввинченные в пол и крепившие стол, с лёгкостью поддались и вывались наружу. Прохоров понял, чего хотел А3. Он собирался вывести девчонку через смотровую комнату, но для этого нужно было в неё попасть.

– Отойди, – предупредил робот девушку.

Лиза сделала шаг к противоположной стене и прикрыла глаза ладонями. А3 размахнулся и швырнул стол в зеркало.

ДЗИНЬБАМСБАБАМСССС!!!!!

Зеркало сдалось. Оно осыпалось миллиардом частиц, а стол пролетел насквозь и с грохотом ввалился в смотровую комнату, где и рухнул благополучно на пол.

 

* * *

В этот самый момент спецназ продвигался по цокольному этажу. Перед ними был длинный коридор, который заканчивался железной дверью, ведущей в комнату для допросов. В это самое время, Давид и несколько офицеров направлялись в смотровую, чтобы наблюдать за операцией сквозь двухстороннее зеркало, и координировать действия бойцов. Это было необходимо, особенно учитывая тот факт, что камеры в комнате для допросов были уничтожены.

Командир отряда спецназа, усатый громила с нашивкой, на которой значилась фамилия Трошин, приказал жестом остановиться. Бойцы замерли. Теперь они ждали команды офицера Ремзина, которого назначили главным в этой операции.

– Мы на месте, – отчитался Трошин.

В гарнитуре, которая располагалась в его левом ухе, отозвался голос Ремзина.

– Займите позицию перед дверью, но пока не входите, мы через минуту будем в смотровой комнате.

– Слушаюсь, – ответил командир спецназа, и отдал приказ своим людям, – за мной, продвигаемся к двери.

Спецназ бесшумно двинулся вдоль коридора.

* * *

А3 счистил ладонью стеклянные зазубрины в зияющем отверстии, и протянул Лизе ладонь.

– Сюда.

Лиза подошла к Прохорову, схватила пятернёй его за волосы и потянула вверх, запрокинув голову. Вадим скривился от боли. Лиза наклонилась к его уху:

– Представь, что у тебя на лбу расположена клавиша DEL. – Лиза ткнула Вадиму пальцем в центр лба. – Удалён.

Прохоров моргнул глазами и посмотрел на Лизу. Хакерша одарила его широкой улыбкой.

– Прощай.

– Скорее. – Поторопил робот.

А3 помог Лизе перебраться в соседнюю комнату, где на полу валялся брошенный стол, и перелез следом за девушкой.

В комнате для допроса остался Вадим Прохоров в ожидании группы спецназа, которая ждала команды от офицера Ремзина.

*

Офицер Ремзин, в сопровождении Давида и ещё одного своего коллеги, капитана Смирнова, спешили в смотровую комнату, чтобы руководить операцией.

Группа спецназа остановилась перед дверью в комнату для допросов. Трошин провёл пальцами по усам. Он вслушивался в слабый треск в его ухе, издаваемый гарнитурой. Он ждал распоряжений от старшего офицера.

*

– Стань за дверью, – скомандовал А3. – Возможно предстоит воспользоваться оружием.

– Не дрейф, железяка, если будет необходимость, воспользуюсь.

– Мне стало значительно спокойнее.

– Да неужели? – Хмыкнула девушка.

– Абсолютно.

Лиза прижалась к углу, слева от двери, и направила пистолет на входную дверь, А3 занял место справа. Дверная ручка мягко опустилась вниз и в образовавшийся зазор ударил свет из коридора. Тут же в проёме появилась первая фигура. Дверь открылась, спрятав Лизу, и в смотровую вошёл Давид. Следом за ним вошли Ремзин, мужчина лет 45, с серыми глазами и широким подбородком, и капитан Смирнов, с густой рыжей бородой, которая частенько являлась поводом для шуточек со стороны коллег. Все трое были одеты в бронежилеты и вооружены. У Ремзина в кобуре поблёскивал пистолет, в руке он держал рацию для связи с отрядом спецназа. Смирнов и Давид держали в руках штурмовые винтовки.

Не успел Давид сделать и трёх шагов, как замер. Зияющая пустота в стене, где прежде было специальное зеркало, ударила его, словно обухом по голове:

– Какого чёрта?!..

В этот момент им за спины шагнул А3. Ближе всего к нему стоял Смирнов. Робот размахнулся и пнул его ногой в спину. Удар был очень сильный, и капитан, пролетев почти всю комнату, рухнул у противоположной стены, потеряв сознание. Винтовка вывалилась из его рук и упала на пол. Ремзин резко развернулся, выхватывая пистолет, но А3 рубанул ладонью по запястью с оружием, и оно тоже очутилось на полу. Ремзин вскрикнул от боли, и тут же рука робота сдавила ему горло, лишив возможности издавать звуки. Офицер мог только тихо хрипеть.

– Твою мать! – Выругался Давид, вскидывая винтовку.

ПУФБАНКРАГ!

Это была Лиза. Она выскочила из-за двери и выстрелила в Давида из репульсорного пистолета. Полицейского оторвало от пола и швырнуло о стену. Ударившись всей своей массой, Давид свалился на пол, как и капитан, отключившись на время.

– Ни звука, – предупредила Лиза офицера, который ещё оставался на ногах.

Она подошла к Ремзину, и выхватила из его руки рацию.

– Вырубай его, – скомандовала она.

Ремзин закатил глаза и замахал руками, но это не помогло. А3 взмахнул пистолетом и саданул офицера рукоятью по голове. Тело Ремзина обмякло. Робот разжал руку, которой он сжимал горло копа, и тот сполз на пол.

«Шеф, мы на месте. Мы у двери. Готовы штурмовать. Ждём приказа.»

Неожиданно ожила рация в руках Лизы.

– Ждите, – хмыкнула она, и со всего маха хлопнула рацией об пол.

А3 осмотрелся. Убедившись, что все трое полицейских в отключке, он кивнул девушке.

– Уходим. Скоро сюда ворвётся спецназ.

Робот и девушка покинули смотровую комнату, осторожно прикрыв за собой дверь.

Где-то там, в комнате для допросов, Вадим Прохоров отчаянно боролся с кляпом во рту…

*

Командир штурмового отряда тщетно прислушивался к треску в своей гарнитуре: офицер Ремзин, не проронил ни слова. Это выводило командира из себя.

– Чёрт, что происходит? – тихо выругался Трошин.

За его спиной семеро бойцов ждали команды, крепко сжимая в руках штурмовые винтовки.

*

Лиза пробиралась по длинному коридору следом за роботом. Им предстояло миновать ещё несколько коридоров, и попытаться покинуть здание через запасной выход на цокольном этаже. Таков был план. Было очевидно, что сделать это будет не просто, особенно учитывая тот факт, что всё здание находилось в экстренном режиме, и этот выход скорее всего охранялся.

К зданию уже успело подъехать два автобуса с бойцами спецназа, которые вывали наружу и оцепили центральный вход, оттеснив любопытную толпу и нагрянувших журналистов. Всегда удивляло, откуда они так быстро узнают о любом происходящем инциденте. Не иначе, пара копов из каждого участка сидело у них на зарплате, сливая подобную информацию.

У Лизы и А3 было небольшое преимущество: никто не знал, что они уже покинули комнату для допросов, и пробирались по лабиринтам коридоров цокольного этажа.

Как только спецназ ворвётся внутрь и узнает об их отсутствии, преимущество тут же превратиться в пыль.

*

Вадим знал, что ему конец, но он не был готов смириться с тем, что его обскакала какая-то девка. Наконец-то ему удалось выплюнуть кляп изо рта.

– Ломайте дверь, эта сука уходит!!! – Заорал Прохоров.

Теперь Трошин понял, почему молчал Ремзин, что-то пошло не так. Там, за дверью что-то пошло не так. Пришла пора увидеть, что именно пошло не так.

– Парни, ломаем дверь, вперёд!

Командир отряда прижался к стене, пропуская вперёд двух бойцов. Один из них направил винтовку на дверные петли и два раза спустил курок.

БАНГ! БАНГ!

Звуки выстрелов разнеслись гулким эхом по всему цокольному этажу. Второй боец саданул ногой по двери, и та вывалилась внутрь. Штурмовой отряд хлынул внутрь комнаты.

*

Лиза постоянно оглядывалась, ожидая появления бойцов спецназа.

– Ещё два поворота, и мы будем у выхода, – сообщил А3.

– Отлично.

– Не уверен. Там охрана. – Процессор робота был подключён ко всем видеокамерам в здании, и он видел, как четыре копа выстроились перед эвакуационным выходом с цокольного этажа.

– Хреново, – нахмурилась девушка.

– Согласен.

Ещё двое копов, о которых А3 ничего не знал (они были не в поле видения видеокамер), прятались за одним из поворотов, с любопытством выглядывая из-за угла и прислушиваясь к доносящимся, со стороны комнаты для допросов, звукам. Там как раз штурмовой отряд ворвался внутрь.

*

Трошину на обозрение предстала пустая комната, не считая начальника отдела по борьбе с кибер преступлениями и остатков робота Анализатора. Прохоров сидел, привязанным к стулу и орал, брызжа слюной:

– Она ушла через смотровую комнату. Эта тварь свалила вместе с одним из роботов. Грохните эту суку!

Несколько бойцов спецназа перелезли в смотровую комнату, обследовали её и рапортовали командиру.

– Чисто.

– Здесь офицер Ремзин, капитан Смирнов, и ещё какой-то коп, из новичков.

Трошин направился к разбитому зеркалу:

– Что с ними?

– Всё в порядке, командир, малость помяты, но живы.

– Их вырубили, они в отключке.

Прохоров не успокаивался, продолжая распаляться:

– Чего вы ждёте?!

Трошин кивнул тем, кто был в смотровой комнате.

– Идите с той стороны, а мы двинемся назад. Скорее всего они идут к запасному выходу. Нужно их перехватить, и не дать уйти. В случае необходимости разрешаю открывать огонь на поражение.

Отряд спецназа разделился. Они отправились следом за сбежавшими преступниками. В комнате для допросов Трошин оставил одного из бойцов, чтобы тот освободил Прохорова.

– Грохните её, парни, эта мразь должна сдохнуть, слышите, сдохнуть! – Кричал Прохоров вслед Трошину. – Я не хочу гнить за решёткой, зная, что эта сука жива и шастает на свободе.

– Что? – Поинтересовался спецназовец, которого оставили освободить Прохорова.

– Не твоего ума дело, – огрызнулся Вадим.

Мысленно он представлял только одну картину: голова девушки, раскроенная пополам выстрелом штурмовой винтовки. Прохоров растянул губы в дикой ухмылке.

*

А3 завернул за угол, Лиза следом. Им оставался ещё один поворот. И тут грохнули выстрелы и крики. Два копа, которые прятались за углом, увидели появившихся преступников, и тут же открыли огонь и крики.

БАНГ! БАНГ! БАНГ!

– Твою мать, это они!!!

Пули ударили в грудь робота. А3 пошатнулся, а Лиза успела упасть на пол.

– Прячься, – коротко бросил А3.

Робот вскинул пистолет и побежал навстречу копам, палившим по нему. Лиза отползла обратно за угол. В считанные секунды А3 преодолел расстояние коридора. Два копа, стрелявших из-за угла завопили:

– Они приближаются, парни, они уже рядом!!!

Эти крики предназначались полицейским, которые в данный момент перекрывали запасной выход с цокольного этажа.

Выстрели продолжали сыпаться на А3, оставляя трещины на его корпусе, но он не обращал на них никакого внимания. Робот приблизился к стрелкам и нажал курок своего пистолета. Антигравитационная волна, выпущенная из репульсорного пистолета, оглушила копов, и откинула их назад. Они разжали пальцы, выронив своё оружие, и схватились за уши. А3 подошёл к ним и нанёс первому стрелку удар в область солнечного сплетения, а после того, как он согнулся, уложил его ударом по затылку. Второй коп вскинул руки. А3 пристегнул репульсорный пистолет к правому бедру, и поднял с пола один из пистолетов, которые выронили стрелявшие копы.

– Лиза, скорее, – позвал А3.

Девушка тут же вскочила на ноги и побежала к роботу. Вдалеке уже был слышен топот ног. Это приближались бойцы спецназа. Завернув за угол, Лиза увидела бледнолицего полицейского, которого держал на мушке А3. Второй коп лежал на полу. Корпус А3 был изрешечён дырами и покрыт сеткой из мелких и глубоких трещин. Лиза вновь посмотрела на полицейского, стоявшего под прицелом.

– Он будет нашим заложником, – пояснил А3, разворачивая копа.

– Что?! – Меньше всего Лиза хотела, чтобы кто-то пострадал.

– Не волнуйся, он не пострадает, но по-другому, нам не покинуть это здание.

За следующим поворотом была лестница, которая вела к двери на улицу. На лестнице их ждало четверо полицейских с оружием. А3 хотел подойти к этой встречи с преимуществом. Их преимуществом был коп, в которого он целился из боевого оружия.

– Идём, – отдал короткую команду робот. – Ты, вперёд, пойдёшь первым. И без фокусов. – Предупредил А3 и ткнул полицейского дулом в затылок.

Коп двинулся вперёд с поднятыми руками. Следом шёл А3, за ним Лиза.

*

На лестнице у запасного выхода началась паника.

– Вы слышали, они идут!

– Да, твою мать, мы не глухие! Что будем делать?!

– Мы отстрелим им головы, вот что мы сделаем!

– Так ты у нас герой, герой, да?! Где гребаный спецназ?!

– Вызывайте сраную кавалерию, пусть идут сюда! Нам нужно подкрепление!!!

Коп с седыми вьющимися волосами, которого звали Сергей Макаров, выхватил рацию и закричал:

– Нам срочно нужно подкрепление, они идут сюда! – Кто-то на другом конце ответил, и Макаров закричал ещё громче. – Да, они идут! Нет, я не знаю где гребаный спецназ!!! Мы у запасного выхода с цокольного этажа, срочно, тащите сюда свои задницы!

Тишина.

– Что они сказали?

– Сказали, что стрелковая группа идёт к нам со стороны главного входа, они идут с улицы, будут через минуту.

– Вот срань…

– Заткнись!

– Сам заткнись!

Макаров вскинул винтовку и направил её в глубину коридора.

– Всем быть наготове, если они сунутся, открываем огонь!

Через секунду они услышали крики…

*

А3 обхватил левой рукой горло заложника, и приставил пистолет к его виску.

– Я не хочу тебя убивать, ты это понимаешь?

Коп закивал.

– Тогда сделай всё так, как я тебе сказал. Сделаешь?

Коп закивал ещё активнее.

– А вот и поворот, твой выход.

*

Макаров вскинул винтовку и направил её в глубину коридора.

– Всем быть наготове, если они сунутся, открываем огонь!

Через секунду они услышали крики…

– Не стреляйте! Не стреляйте, это капитан Дёмин, они взяли меня в заложники, не стреляйте, слышите?!

Из-за угла появился заложник, к виску которого А3 прижимал дуло пистолета. За спиной робота пряталась девушка.

Полицейские на лестнице переглянулись. Стрелять они не стали, но оружия не опустили.

– Опустите оружие и бросьте его на пол, немедленно, иначе ваш капитан сейчас умрёт, – предупредил А3.

Лиза выглянула из-за плеча робота.

– Я просто хочу уйти, и чтобы никто не пострадал… Всему виной Вадим Прохоров, это из-за него я здесь, он преступник и убийца, вы скоро об этом узнаете. Мы просто уйдём, слышите?! Никто не должен умереть.

А3 вдавил дуло в висок заложника и тот скривился от боли.

– Парни, делайте так, как они просят, выпустите их. Всё равно им далеко не уйти. – Взмолился капитан Дёмин.

Копы посмотрели на Макарова. Тот прикинул в голове, что стрелковая группа будет у запасного входа меньше чем через минуту.

– Ладно, но капитан Дёмин не должен пострадать.

– Как только мы выйдем на улицу, мы его отпустим, – заверила Лиза.

– Всё верно, он не пострадает, – подтвердил А3, – но всё зависит от вас.

Макаров кивнул полицейским и медленно опустил винтовку на пол.

– Это касается всех, – напомнил А3.

Остальные полицейские без особой охоты последовали примеру Макарова и расстались со своим оружием.

– Отлично, а теперь мы выходим, – напомнил А3.

Спецназ, продвигающийся по коридорам, буквально дышал в спину, поэтому А3 подтолкнул заложника и быстрым шагом направился к двери. Лиза спешила следом.

Копы вскинули руки и расступились, пропуская робота, девушку и капитана Дёмина. Проходя мимо оружия, лежащего на полу, Лиза наклонилась, собрала все стволы и зашвырнула их в глубину коридора. Макаров одарил её недобрым взглядом, она ответила милой улыбкой. Послышался топот ног. Приближался спецназ. Теперь пришла очередь Макарова одарить Лизу улыбкой.

– Вам не уйти, – тихо произнёс он.

– Посмотрим, – парировала Лиза.

А3 подошёл к двери, повернулся к полицейским и коротко сказал:

– Вниз. Быстро спускайтесь вниз.

Копы послушались и спустились с лестницы в коридор, мысленно обдав робота и девушку проклятьями, возможными ругательствами и пожеланиями скорой смерти.

А3 толкнул дверь.

– Уходим, – отдал он команду девушке.

Лиза выскочила на улицу. А3 схватил капитана Дёмина и швырнул его вниз по лестнице. Дёмин кубарем скатился вниз. Полицейские бросились к нему на помощь, и в этот момент в коридор ворвалась группа спецназа.

БАНГБАНГБАНГБАНГГГГГГГГГГГГГГГ!!!

Они тут же принялись стрелять из штурмовых винтовок. Спецназ всё ещё отдавал предпочтение оружию, заряженному свинцом, а не плазменной и протонной энергией. Пули градом обрушились на спину робота. А3 успел перешагнуть порог и захлопнул дверь. Пули прошили возникшую преграду и с новой силой принялись барабанить по корпусу робота, отрывая куски стекла с его обшивки, пробивая насквозь, впиваясь в сотни микросхем. А3 с трудом сделал несколько шагов.

Из-за угла здания послышались крики и вой сирен. Это приближался со стороны главного входа стрелковый отряд.

– Что теперь? Это конец? – Лиза посмотрела в глаза А3, хоть и сама знала ответ.

Весь его прозрачный корпус мигал красными огнями и сочился осколками. Из трещин торчали куски проводов.

«А ведь почти получилось», – подумала Лиза.

Робот медленно посмотрел по сторонам, опустил голову и замер.

– Это не конец.

Он поднял пистолет и выстрелил в видеокамеру, висевшую на углу здания. Он не хотел, чтобы она запечатлела то, что сейчас должно было произойти.

*

К бойцам спецназа присоединился Макаров и копы, охранявшие вход. Они подобрали своё оружие и вместе с усатым командиром отряда побежали к двери, из которой вышли девушка и робот.

*

Под ногами А3 располагался канализационный люк.

– Ты сможешь уйти через канализационные пути, – пояснил робот.

Его речь стала в два раза медленнее, как и движения. Он наклонился, подцепил край люка и приподнял железный круг.

Лиза посмотрела в глаза А3.

– Спасибо.

– Благодарность не требуется, это задано моей программой. Скорее.

– Всё равно спасибо.

– Пожалуйста, уходи.

Лиза нырнула в темноту отверстия в сером асфальте.

– А ты? – Спросила она из темноты.

– Все должны подумать, что ты погибла вместе со мной при взрыве.

– Взрыве?

– Верно. Прощай.

А3 разжал пальцы и люк вернулся на прежнее место. Лиза осмотрелась в полумраке канализации, и двинулась вперёд, туда, где вдалеке показались слабые проблески света.

Робот выпрямился. Шум из-за угла здания нарастал, стрелковый отряд должен был вот-вот появиться. На цокольном этаже бойцы спецназа были в шаге от двери.

А3 поднял искорёженной рукой пистолет, который он отобрал у одного из полицейских, и приставил дуло к области солнечного сплетения. Здесь находился микрореактор, который питал всю систему А3.

Дверь эвакуационного выхода слетела с петель, а из-за угла здания показалось несколько солдат в камуфлированных комбинезонах. Медлить было нельзя. А3 нажал курок.

БАНГ!

Прозвучал выстрел, одновременно с которым громыхнул взрыв.

Лиза бежал, взметая брызги грязной воды под своими ногами.

БАБАХ!!!

Это был взрыв. Куски земли и асфальта обдали Лизу, упав мелкими частицами сверху. Она прижала голову, укрывшись руками. Замерла на секунду, затем смахнула с волос пыль и побежала дальше, как можно дальше.

*

Первым из двери выскочил Трошин. Не успел он сделать и шаг за порог выбитой его бойцами двери, как грянул взрыв.

БАБАХ!!!

Взрывная волна откинула его на бойцов спецназа, бежавших следом за своим командиром. Единственное, что он успел увидеть, это столп огня на том месте, где, как ему показалось, он увидел робота и девушку…

«Очевидно, от нанесённых повреждений, робот непроизвольно взорвался», – так скажет позже в своих показаниях командир Трошин.

«Не могу утверждать на сто процентов, но мне показалось, что девушка была с ним», – так Трошин ответит на один из вопросов следователей.

Сейчас же, Трошин медленно поднялся с несколькими из своих бойцов, которых тоже швырнуло на землю взрывной волной, и с удивлением смотрел на куски металла, стекла, языки пламени, которыми был усеяно всё в радиусе десяти метров. Асфальт местами вздыбился, образовав маленькие воронки.

Звук сирен, крики, топот ног, всё это в считанные секунды заполнило собой проулок, где произошёл взрыв.

Ещё через несколько минут на место взрыва прибыли сапёры и следственная группа.

Через несколько дней экспертиза подтвердила: фрагментов костей и кожи на месте взрыва обнаружено не было. Это говорило о том, что, когда А3 взорвался, девушки рядом с ним не было, что в свою очередь дало понять, что Лизе Арбениной удалось сбежать.

 

* * *

Пятница (спустя три месяца)

Лиза сидела за столиком в маленьком уютном кафе. На столе стояла чашка кофе. В руках девушка держала планшет. Она читала статью.

«Начальник отдела по борьбе с кибер преступностью уличён во множественных преступлениях…

Убийство, шантаж, государственная измена – вот не полный перечень преступлений, совершённых Вадимом Прохоровым, который последние десять лет являлся начальником отдела по борьбе с кибер преступлениями…

Суд вынес приговор – три пожизненных срока.»

Лиза улыбнулась, выключила планшет и взяла в руки чашку с ароматным кофе. У неё на запястье появилась татуировка: А3.

Лиза сделала глоток. Это было всего лишь началом, ей предстояло сделать ещё многое…

 

Конец.

________________________________________________________________________________

каждое произведение после оценки
редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго 
выложено в блок отдела фантастики АЭЛИТА с рецензией.

По заявке автора текст произведения может быть удален, но останется название, имя автора и рецензия.
Текст также удаляется после публикации со ссылкой на произведение в журнале

Поделиться 

Комментарии

  1. я довольно жёстко указал на недостатки текста, режущие глаз

    Текст набран достаточно по канонам, так сказать: есть красные строки, нет ненужных увеличенных интервалов между абзацами. Единственное замечание по набору – использование дефисов вместо тире. Это не «смертный грех», но я всегда повторяю, что правильное пользование знаками пунктуации – своего рода правила «хорошего тона». Из этой же серии точки, поставленные в конце заголовков глав: нужно помнить, что точки после последнего слова в заголовке никогда не ставятся.

    Самый крупный недостаток – неверное пользование пунктуацией вообще и, особенно, неправильная запись сочетаний прямой и косвенной речи, но это, увы, болезнь у подавляющего большинства авторов. Приводить примеры ошибок не стану – а если автор мне напомнит, то пришлю нашу методичку по этому вопросу. Уверен – будет полезно.

    Автор допускает ошибки в написании сложных слов – например, сложносоставное слово «интернет-аукцион» или киберпреступление пишет как два слова (без дефиса в первом случае и не слитно, как во втором). Кстати, надо бы знать, что комната располагается не «на цокольном этаже», а «в цокольном этаже» – это норма речи, именно так говорят. Ну или написание сочетания «несмотря на» раздельно с «не». В общем, отдельные ошибки есть, но, надо признать, что в целом текст написан довольно грамотно: большинство запятых стоит на месте, нет каких-то сверхгрубых грамматических ошибок, хотя местами попадались описки или ошибки, как уже сказано, но их немного.

    Теперь по стилистике изложения и по сути сюжета – это главные «технические параметры» для любого текста, поскольку ошибки типа неверного использования знаков пунктуации или написания сочетаний прямой и косвенной речи легко исправит любой грамотный корректор, а вот с правкой стилистики и сюжетных построений, если в них присутствуют ошибки, поможет только очень высококвалифицированный редактор.

    По стилистике изложения: первый абзац слишком велик, и автор насытил его (и ещё пару следующих абзацев) вводным описанием сути происходящего и даже справочным материалом о том, кто является изобретателем одностороннего зеркального стекла в комнатах допросов. Получилась этакая вводная и несколько скучноватая «лекция», что всегда не слишком хорошо, т.к. подобная стилистика изложения, особенно, если используется в начале художественного текста, не увлекает читателя (особенно, читателя искушённого), а, наоборот, нагоняет тоску и создаёт опасность, что читатель тут и остановится.

    А ведь «лекционный» стиль продолжается и дальше по всему тексту: чуть ли не на каждой странице встречается какая-нибудь «мини-лекция». Взять хотя бы то, как описаны роботы или система отслеживания хакерских атак – или то, как Лиза вставляет себе контактную линзу, и т.д., и т.п. (хорошо, что в сюжете не было сцены с тем, как Лиза пошла в туалет). Прошу прощения, но в ХУДОЖЕСТВЕННЫХ текстах ТАК не делают – не описывают каждую ерунду, а если хотят что-то объяснить, то поступают намного тоньше, используя опосредованные описания и т.п. приёмы. Когда автор тупо-линейно начинает описывать принципы работы каких-то механизмов, устройства общества, какие-то рутинные действия персонажей, то ничего кроме скуки у читателя это не может вызвать.

    Или взять описания «репульсорных» двигателей и термоядерных реакторов: тут уже началось совершенно удручающее изложение «технических» вопросов. Да и утверждение о том, что оружие на основе ТЕРМОЯДЕРНОГО реактора – пусть и «миниреактора»! – призвано «не уничтожить противника, а лишь нанести ему минимальный урон», чисто по технической логике просто не выдерживает никакой критики. Тем более, что далее по тексту выстрелы из таких пистолетов крушат головы роботам и видеокамеры под потолком – хорошенькое «останавливающее» оружие! Автор явно забывает то, что пишет ранее.

    Скажем, для юмористического рассказа подобные пассажи вполне могли бы пройти, т.к. юмор сам по себе часто – готеск, и логические и научно-технические «допуски» в юмористических или сатирических произведениях имеют широчайшие пределы допусков. Но в НФ-произведении научно-техническая логика – это во многом базис самого сюжета, и недопустимо писать явную нелепицу, прикрывая её разными якобы «яркими» научно-техническими «терминами». Когда автор пишет подобное, сразу становится понятно, что какое-то количество терминов он выучил, а вот суть их понимает не слишком хорошо, если вообще понимает.

    Идея про контактную линзу – миниатюрный хакерский компьютер весьма интересна сама по себе, но автор никак не объясняет, каким образом передаётся с этого «компьютера» аж поток информации? Ну да, направили взгляд – а дальше-то что? Каким образом через видеокамеру, направленную на компьютер (на любой компьютер, как утверждается!), в этот компьютер может попадать «поток информации с вирусом»? Что является носителем такой информации? Электромагнитные волны системы Wi-Fi или Bluetooth? Луч света? Что? При чём тут тогда видеокамера, которая является не источником сигнала, а лишь приёмником? Странно, но в данном случае мы не имеем мини-лекции на эту темы – а вот тут-то очень бы хотелось её послушать (видимо, автор не смог придумать никакого внятного объяснения).

    Присутствуют и чисто «киношные» клише, сродни тем, когда какой-нибудь терминатор (вспоминаем одноимённые фильмы) – машина, исходно заточенная на убийство, начинает избивать героя, многократно швыряя его об стены, шкафы и т.д., вместо того, чтобы просто свернуть ему шею, что было бы наиболее рационально для МАШИНЫ (ведь желание поизмываться над противников – чисто человеческое желание). Примерно то же самое можно сказать вот об этом эпизоде у автора: «…Д2 принялся в свою очередь медленными шагами мерить комнату допроса…». Но Д2 – робот, механизм для предварительного анализа данных допроса преступников, он даже не андроид (полностью человекообразный робот) – для чего ему иметь столь человеческую черту, как расхаживание по комнате как бы «в раздумьях»? (И как робот мог бы ошибиться, четверг сегодня или пятница?! Просто нонсенс!)

    Прошу прощения, но выглядят подобные сюжетные построения смешным гротеском: как уже было сказано, для юмористического произведения это было бы вполне допустимо, а вот для «серьёзной НФ» выглядит какими-то примитивными штампами. Вообще многие фразы из текста наводят на мысли о том, что автор слишком много смотрел штампованных боевиков и детективов: фразы целиком из подобных киношек. Как и описания роботов с пистолетами на бёдрах – а зачем они роботам?! Куда рациональнее сделать оружие, встроенное, скажем, в руку робота, чем вешать ему кобуру на пояс. Снова имеем плохой киношный штамп. Кстати, как и фраза: «Нажал курок своего пистолета» – это вообще «классика» ляпов: курок не «нажимают», а «взводят». Нажимают на «спусковой крючок» оружия. Если пишешь боевик, стоит подучить мат.часть, как говорится.

    А для кого, кстати, сделано пояснение перед текстом о клавише «delete»? Мне кажется, что в наши дни значение этого слова знает каждый, кроме, разве что очень пожилых людей, но эта категория читателей вряд ли является целевой аудиторией этого рассказа (да и пожилые люди сегодня в большом числе пользуются компьютерами).

    Кроме того, автор по всему тексту злоупотребляет словами-паразитами, к которым, прежде всего, относится модальный глагол «быть» в разных своих вариантах. Это видно в том же первом абзаце, где разные «был-была-было» встречается аж 7 раз. «Быть» и его производные можно заменять словами типа «иметь», «находиться» и т.д., и т.п. – русский язык даёт широчайшие возможности описания предметов и ситуаций, и если автор не использует такие возможности родного языка, то либо он пока неопытен, либо просто у него нет чувства этого языка. Так бывает, скажем, с музыкальным слухом: не у всех он есть, в принципе.

    Увы, повторы имеют место и далее, и не только со словом «был». Между тем, в русском языке достаточно синонимов или подходящих речевых оборотов, чтобы не нагружать текст словами паразитами, да и вообще избегать повторов одинаковых, однокоренных или просто сходно звучащих слов в тексте слишком близко друг к другу. Кроме того, автор явно злоупотребляет в тексте и личными местоимениями, и отместоимёнными прилагательными (слова типа «её», «его», «свой» и т.д, и т.п..). А беда в том, что очень часто эти местоимения, даже не будучи повторёнными несколько раз подряд, являются элементарно лишними словами-паразитами (в случаях, когда и без подобных уточнений понятно, что там чьё и т.п.).

    Или, например, постоянное использование местоимений «он», «она» и «они» подряд вместо того чтобы разбавлять это однообразие именами героев или каким-то подходящими синонимами или речевыми оборотами. Так же плохи любые ненужные уточнения. Например, когда автор пишет про «стикеры с пометками, сделанными почерком героини», то это явное ненужное уточнение, просто засоряющее текст. Ну или, например, фраза: «…Лиза воспользовалась компьютерной мышкой, навела стрелочку на слово «Начать»» (кстати, после слова «Лиза» пропущена запятая) – Ну скажите, пожалуйста, какая была необходимость пояснять, что Лиза воспользовалась «мышкой»?! Разве может быть кому-то непонятно, как она навела курсор на нужное место на мониторе? (И даже если монитор у Лизы был сенсорный, то пояснения о том, что он, скажем, использовала палец, всё равно излишнее).

    Перед нами ещё масса подобных ненужностей. Увы, текст с подобными повторами или ненужными уточнениями (типа «надел свой пиджак» и т.п.), даже если он хорош сюжетно, выглядит всегда, к сожалению, убого и примитивно в литературном отношении, поскольку кажется, что автор считает своих потенциальных читателей недоумками, которым необходимо пояснять каждую мелочь. Всегда стоит помнить фразу классика о том, что в тексте словам должно быть тесно, а мыслям – просторно, а не наоборот!

    Так же автор допускает и не слишком хорошие (очень мягко говоря) стилистические обороты, например: «…Из зеркала на неё смотрело милое лицо. На нём был слегка заострённый подбородок, зелёные глаза…» – «На лице был нос и глаза»?! – согласитесь, фраза корявая, так по-русски в художественном тексте просто не говорят (и, кстати, тогда уж не «был», а «были»).

    В общем, стилистическое состояние текста (плохая стилистика изложения и немалое число стилистических ляпов) говорит, скорее всего, о том, что автор имеет слишком мало опыта в написании художественных текстов. Дело в том, что все типы стилистических огрехов, которые я упоминал, являются типичными ошибками авторов-новичков. К тому же многие современные авторы, не зная материала, начинают строить сюжетные картины на основе виденных фильмов, что приводит к массированному использованию глупых киношных штампов. Так что новичкам следует критически относиться к написанному, консультироваться с знающими людьми и многому учиться.

    Что касается самого сюжета, то это тоже примитивный киношный «римейк» про дядьку-плохиша (в данном случае – полицейского) и месть ему со стороны обиженной девочки или мальчика. Ох, сколько такого «кина» уж выплеснуто на экраны (правда, среди подобных вещей были и талантливые – например, «Счастливое число Слевина», но их совсем немного). Описания прорыва Лизы из комнаты допросов тоже сделаны очень неуклюже и местами нелогично (советую автору перечитать текст: каким образом Давид, которому приказали наблюдать за допросом, оказался не в комнате наблюдения за зеркалом, а пришёл туда уже позже Лизы, пробившейся через зеркало?! То есть налицо ещё и явные нестыковки «сюжетной логики», а сам сюжет сделан на сплошных клише, причём клише очень примитивных.

    Добавим сюда ещё и слабую стилистику текста – в общем, всё плохо. И если подобные тексты выдаёт уже не новичок в литературной работе, то стоит серьёзно подумать, нужно вообще ли ТАК писать? Ну, может быть, писать и можно, если очень уж хочется, но тогда надо понимать, что если ты собираешься выносить свои тексты на широкую публику, то, чтобы не выглядеть не слишком хорошо, требуется пропускать эти тексты через хорошего редактора (а для начала – через рецензента).

    В заключение хочу пояснить: я довольно жёстко указал на недостатки текста, режущие глаз, совсем не для того, чтобы обидеть автора, а для того, чтобы автор понял: литературное творчество не должно быть низкосортной халтурой. Это большая и серьёзная работа, и для того, чтобы создать действительно интересное и качественное во всех смыслах произведение, мало уметь относительно верно складывать буквы в слова и предложения – требуется ещё обладать элементарным художественным вкусом, чтобы понимать, насколько стоящим получается текст, выползающий из-под твоего пера. А для авторов, пробующих себя особенно в жанре НФ, требуется иметь ещё и немалый уровень общей эрудиции, чтобы не городить чисто научно-технических нелепиц. И, безусловно, нужно уметь извлекать из объективной критики всё полезное для своей дальнейшей работы.

Публикации на тему

Перейти к верхней панели