Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Ольков С – Космический футбол- 64

Произведение поступило в редакцию журнала "Уральский следопыт" .   Работа получила предварительную оценку редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго  и выложена в блок "в отдел фантастики АЭЛИТА" с рецензией.  По согласию автора произведение и рецензия выставляются на сайте www.uralstalker.com

—————————————————————————————–

Утро по бортовому времени было в разгаре. Нейон Ти находился в кухне жилого отсека. Он возился у плиты, собираясь готовить любимый омлет, когда из комнаты раздался пронзительный вопль:

–  Г-О-О-Л! Нет! Черта с два! Штанга!

Громкий шум тут же заглушил все остальные звуки. Нейон Ти вздрогнул от крика, бросил на плиту сковородку с омлетом и метнулся в комнату. Вопли и шум раздавались со стороны экрана визора, висевшего во всю стену гостиной, обстановка которой всегда помогала Нейону Ти в полётах забывать о том, что настоящий дом далеко, на Земле, за кормой его звездолёта крейсерского класса последней модели «Корвет».

Нейон Ти громко хлопнул в ладоши, и экран визора погас, превратившись в безмолвную часть интерьера с зеркальной поверхностью. Нейон Ти враз обмяк и опустился на диван. Его звёздный Корвет в это время проходил мимо планеты Пифия в созвездии Кариатид. Визор поймал устойчивый сигнал с планеты, откуда транслировался матч. Этого Нейон Ти выдержать не мог даже сейчас, спустя столько лет. Лоб его покрылся испариной от нахлынувших воспоминаний, но запах сгоревшего омлета вернул к действительности. Что-то пробурчав, он кинулся обратно на кухню, из которой валил дым.

– Сколько можно?! – сердито ворчал Нейон Ти, прищурившись и очищая сковородку от обуглившейся массы.

– Когда это кончится?! Неужели он всю жизнь будет преследовать меня?! Даже сейчас, спустя столько лет от него одни неприятности!

Он бросил сковородку в раковину, включил кондиционер и достал банку кофе:

 – Похоже, завтрак сегодня будет лёгким.

Аромат и вкус заваренного кофе сделали своё дело. В голове утихли шум и вопли визора, но им на смену пришли воспоминания, от которых он прятался в обычной жизни, не говоря уже о том, чтобы кому-то рассказать о них или, тем более, упомянуть об этом в мемуарах о своих звёздных приключениях.

Долгие годы Нейон Ти успокаивал свою совесть, оправдываясь перед ней тем, что никто и никогда не видел в нём виновника сложившейся во Вселенной ситуации. Но себе -то он не мог не признаваться в том, кто является этим виновником изменения жизненного уклада Вселенной, вернее, виновником изменений всех разумных форм жизни Вселенной. Во всех её уголках. Он, как никто, смог в этом убедиться, за время своей звездолётной службы исколесив просторы Вселенной на звездолётах с опознавательными знаками БМБ.

Пусть это случилось совершенно случайно – от этого не легче. Жизнь во Вселенной уже никогда не будет такой, как прежде, до его юношеской оплошности. Нейон Ти глубоко вздохнул, словно проглатывая эту мысль. Пустая чашка на столе давно остыла, а Нейон Ти так и сидел, застигнутый врасплох воспоминаниями.

Тогда, в курсантские годы, всё и началось. . . . .

На втором курсе он готовился к экзамену по космографии. Надо было часами сидеть в темноте видеокабины и тупо запоминать ландшафты планет, звёзд, очертания астероидов. Бесконечная вереница видеокартинок. Неудивительно, что скоро это ему надоело. Выйдя в коридор отдохнуть, Нейон Ти обратил внимание на большую картонную коробку на полу у дверей архива. Коробка была доверху набита древнего вида кассетами. Видимо, их приготовили к списанию. На коробке красовалась кривыми буквами надпись ЗЕМЛЯ. Воспользовавшись тем, что вокруг никого не было, Нейон Ти набрал целую охапку кассет и скрылся в своей видеокабинке.

Заправив в проектор одну из них, он напрочь забыл про звёздные пейзажи, окунувшись в хроники жизни на Земле давно забытых лет. На экране кипела жизнь, которая притягивала глаз. Правда, Нейон Ти абсолютно не понимал происходящего на экране. Кассеты были без звуковой дорожки. Он смотрел, затаив дыхание, на незнакомую ему жизнь. Не давало покоя удивление от мысли, что история его родной Земли оказалась для него такой же непознанной, как просторы Вселенной.

 На экране часто и много мелькали дети. В чёрно-белом формате изображения видны были их тёмные повязки на шеях. На головах у всех какие-то остроугольные панамки. Все улыбались и махали руками, словно прикрывали глаза козырьком руки.

– Наверное, активность солнца тогда была выше – подумалось Нейону Ти в надежде хоть что-нибудь объяснить. Ему запомнились какие-то механизмы несуразного вида. Они передвигали по воздуху, поворачиваясь, какие-то квадратные панели. Прямо на глазах из панелей вырастали квадратные высокие коробки, похожие на дома. Таких коробок торчало много. Ничего подобного Нейону Ти не доводилось видеть.

Но главное удивление его ожидало впереди, где он тоже ничего не понял: на большой лужайке скопление народа. Как на подбор, все здоровые мужчины. Ни одной женщины он не заметил среди них. Может быть потому, что все мужчины были полураздеты. На них были только трусы и майки. На ногах ботинки. Вели они себя странно. Непонятно было – кто и для чего их раздел до трусов.

Наверное, им было холодно, потому что никто не стоял на месте. Все хаотично метались, как будто искали свою одежду. Приглядевшись, Нейон Ти заподозрил, что всё не так просто. Одни мужчины были в белых майках и чёрных трусах. Другие, наоборот, в чёрных майках и белых трусах. Нейон Ти опять терялся в догадках. Вероятно, они в темноте, перед выходом на лужайку, перепутали бельё и теперь разыскивают свои трусы и майки, чтобы поменяться? Ещё больше путаницы в его голове прибавили увиденные номера на спинах мужчин. Он только порадовался за них, что по этим номерам они быстрей смогут отыскать свои майки и успокоиться.

В руках у мужчин не было ни оружия, ни инструментов, чтобы это можно было принять за военные учения или за работу. Судя по их поведению, все эти здоровяки не собирались ни рыть канавы, ни копать грядки, ни устанавливать столбы, хотя при умелой организации они могли бы успеть очень многое. Похоже, им не удалось бы заняться ничем подобным, потому что Нейон Ти заметил мелькавший у них под ногами белый шар. Искать свои трусы и майки им было тоже некогда. Всё их внимание занимал этот белый шар. Мужчины словно не замечали друг друга. Их взоры были устремлены вниз, под ноги, где метался шарик. Каждый норовил посильней поддать ногой, чтобы пнуть шар подальше от себя, после чего все остальные толпой бросались вслед за ним.

Среди всего этого суматошного хаоса мелькал один, кто единственный из всех не перепутал своего белья. Майка и трусы на нём были чёрными, но выглядел он и вёл себя ещё непонятней, чем остальные. Держался этот тип особняком от всех. Изо рта его торчали два каких-то шнурка, обмотанные вокруг шеи. Он периодически хватался одной рукой за свой рот, словно боялся, что проглотит эти шнурки, а другую руку задирал вверх, после чего все остальные начинали бегать ещё быстрей.

Нейон Ти собирался посвятить свою жизнь изучению тайн Вселенной, а сейчас он сидел и в бессилии понимал, что изучение Вселенной надо начинать с изучения истории своих предков, своей родной планеты: что они делали? Чем занимались? Чем увлекались? Что он сейчас видит? Почему? Почему он ничего об этом не знает?

Уже в первый месяц жизни он умел читать. С первых лет жизни их готовили к будущему, к постижению наук, без которых невозможно движение жизни вперёд, открытие для человечества новых горизонтов. Но ведь это, на экране – это всё было! И что это такое? Никому не нужный хлам в коридоре? Или это история?

События на экране вызывали вопросы в голове, но отвлекали от поиска ответов на них. Нейон Ти разглядел, что вокруг лужайки народу было гораздо больше. Просто тьма людей. Он решил поначалу, что они пришли в ожидании раздеться до трусов и побегать на лужайке, но вид амфитеатра вокруг лужайки, где сидел весь народ, напомнил ему вдруг из древней истории о зрелищах жителей Рима. Об этом им рассказывали в детстве. Тут он понял, наконец, что видит на экране вместе со всеми этими людьми какое-то зрелище. Ни много, ни мало. Нейон Ти с облегчением вздохнул, как будто всё увиденное стало ему понятно. Но поняв главное, он вдруг потерял интерес к происходившему на экране. Нейон Ти равнодушным взглядом проводил последние кадры. Его уже не интересовал здоровяк, прыгавший возле больших ворот с сеткой, напоминавший паука в ожидании своей добычи. Нейон Ти не стал досматривать – попадётся ему кто-нибудь в его сеть или нет. Он выключил проектор и вынул кассету.

Да. Кассета была древней. Сбоку на корпусе, когда-то давным-давно, на ней было нацарапано – УТБОЛ-. Первая закорючка слова была смазана и больше напоминала букву Х. – ХУТБОЛ- прочитал по буквам Нейон Ти дошедшее до него сквозь толщу лет слово. Нейон Ти пожал плечами и вернул все кассеты в коробку.

Даже если бы ему предъявили впоследствии обвинения за причиненный ущерб Вселенной как виновнику этого ущерба, ни один судья не принял бы во внимание тот факт, что всему виной был не злой умысел, а нелепый случай. Коробка в коридоре. Его любопытство. Увиденный на экране сюжет. Никто бы не признал в этом смягчяющего обстоятельства. Но Нейона Ти никто не обвинял.

Космографию и все остальные экзамены за второй курс Нейон Ти сдал успешно и в качестве поощрения его направили после второго курса не на групповую, а на индивидуальную полётную практику. Он и мечтать не мог, что будет проходить практику на легендарном «Адаме» – всемогущем звездолёте ГСС. Так получилось. Нейон Ти попал на звездолёт Галактической Службы Спасения, в команду спасателей. Как и все курсанты Звездолётной Академии, он много слышал о командире «Адама». Ходили упорные слухи, что это и не человек вовсе, а самый что ни на есть настоящий робот. Уж очень невероятными были те ситуации, из которых выходил его звездолёт, спасая экипажи аварийных бортов.

В отличие от звездофур, «Адам» не имел определённого маршрута. Он дежурил в одном из заданных квадратов Галактики, сохраняя готовность направиться в любую точку пространства для помощи своим коллегам по службе. Нейону Ти, конечно, повезло с практикой. За короткий срок он успел побывать в таких областях Галактики, о которых ещё долго не услышал бы, оказавшись на борту одной из звездофур. Звездофуры, эти извозчики Вселенной, ходили по трассам, и для них не существовали просторы космоса за пределами трасс. Работы для штурмана, по правде говоря, там не было. Все маршруты среди звёзд давным-давно проложены и введены в автопилот. Практикантам, обычно, в первый день показывали штурманскую рубку и Центральный Пост Управления кораблём, после чего смотреть там было нечего. Вся практика их проходила в спортзале, в бассейне, в библиотеке, в видеозале.

Во время своей практики Нейон Ти мог в полной мере наслаждаться на «Адаме» теми же удобствами, что и на звездофуре, но ему было некогда. Его неугомонная любознательность не оставляла ему времени на фильмы и спортзал, не считая обязательной утренней зарядки для экипажа.

Экипаж «Адама» состоял из девяти человек вместе с капитаном. Это была не команда, а единый организм, сплочённый многолетними испытаниями в экстремальных условиях. Через неделю практики Нейон Ти едва не сбежал с «Адама». За всю неделю он не услышал ни одного слова! Они понимали друг друга без слов. По движению головы, по жестам, по шевелению пальца. В их работе секунды решали всё. Они не могли себе позволить тратить эти секунды на болтовню. Нет, это были не роботы. Это были профессионалы, для которых каждая минута – готовность к работе.

– В необъятных просторах космоса иначе нельзя, – так и сказал капитан Твидл, неожиданно пригласив Нейона Ти к себе в каюту, когда тот уже всерьёз подумывал о бегстве с молчаливой практики.

– Как твои успехи? – спросил капитан Нейона Ти, словно не ожидая ответа:

– Обычно дольше недели у нас никто не задерживается. Наше поведение кажется непривычным. Я понимаю. Но мы не роботы. И я не робот. Это наша работа. Никто не собирался тебе устраивать испытательный срок. Тебя может тяготить наше молчание, но мы не замечаем его, дружище, – он встал и похлопал Нейона Ти по плечу:

 – Однажды побывав с нами на задании, ты поймёшь, что цена жизни выше, чем цена пустых слов, – неожиданно Твидл улыбнулся. Теперь Нейон Ти знал, что капитан умеет улыбаться.

– Твоя практика очень коротка. Не факт, что ты попадёшь с нами на аварию. Поэтому до твоего бегства я и хотел тебе сказать эти несколько слов. – Спасателями не становятся. Спасателями рождаются. Ты будущий штурман. Твоё дело – водить в космосе звездолёты, и ты будешь их водить. Хотя, на спасательном крейсере работа даже у штурмана интересней, чем на звездофурах – такая у нас специфика.

Твидл повернулся к Нейону Ти спиной, считая разговор оконченным. Нейон Ти вернулся в свою каюту. Нет, он не стал спасателем после слов капитана, но молчание экипажа слышалось ему теперь совсем иначе. Его сознание почувствовало себя неуютно в тесных рамках детского восприятия жизни, с которым он до сих пор относился к окружающим его людям. Он становился взрослым, сам того не понимая. Нейон Ти сел на кровать, машинально достал из-под неё сумку и вытряхнул на кровать содержимое, после чего, пустую, сунул обратно. Все эти вещи нужны ему здесь, на борту.

 С того момента Нейон Ти окунулся с головой в будни и не испытывал никакого неудобства от молчаливого общения мужественного экипажа. Наградой ему за это были и впечатления от практики, и знакомство с далёкими мирами, и опыт управления гигантской махиной с названием «Адам», устройство которого он успел основательно изучить.

В своих дежурных полётах «Адам» частенько оказывался вдали от наземной базы. В таких случаях экипаж использовал для отдыха посадку на ближайшую планету. Их везде встречали, как героев космоса. Не было случая, чтобы не устроили экскурсию для желающих поглазеть на легендарный звездолёт. При этом Нейон Ти был незаменим. Он любил водить очередных аборигенов по крейсеру и без умолку болтать обо всём подряд, пользуясь тем, что туристы ни слова не понимают из его речи. Да им это и не надо было, счастливым от возможности сфотографироваться на память с таким отважным спасателем, чему Нейон Ти не собирался противиться. В дни отдыха он удачно оберегал экипаж от лишних хлопот.

Для Нейона Ти это была первая космическая практика. Он до сих пор помнил всё в мельчайших подробностях. Как приятное, так и неприятное.

Это было в квадрате W5/ G. После недельной вахты решили отдохнуть на ближайшей планете с названием Пинтия, в созвездии Триад. Названия эти ни о чём не говорили Нейону Ти, но бортовой механик, великан Гракх, закатывая глаза, поднимал вверх большой палец при упоминании о Пинтии. Невольно возникало желание узнать о причинах такой его реакции тем более, что неделю отдыха они как раз бы потратили, чтобы добраться до Земли.

До посещения Пинтии Нейон Ти уже отдыхал с экипажем на нескольких планетах. Каждая из них была неповторима и своими обитателями, и условиями жизни, но на всех планетах отдыхать было комфортно. О визите их корабля на Пинтии знали и ожидали их. Как обычно, в знак благодарности, капитан обещал для аборигенов экскурсию по звездолёту. Когда «Адам» занял своё место на краю площадки космопорта, экипаж вместе с капитаном покинули борт.

Их ожидала официальная часть визита: церемония с местными властями, банкет, общение с прессой и телевидением, после чего, наконец, долгожданный отдых на гостевой вилле планеты, ради которой стоило вытерпеть все предыдущие процедуры. У Нейона Ти была другая задача. Он остался на борту возле парадного трапа в ожидании экскурсии. Вынужденное безделье расслабило его. Он стоял и фантазировал насчёт облика нынешних гостей: какого они будут цвета, сколько у них рук – ног, откуда у них растут головы и сколько их. После предыдущих визитов он уже не знал о том, чем могут удивить новые встречи в космосе.

От нетерпеливого ожидания его отвлёк какой-то стук – бряк за спиной, оттуда, из звездолёта, люк которого был гостеприимно распахнут. Из люка красным языком спускался на площадку космопорта роскошный парадный трап. Нейон Ти, стоя на трапе, прекрасно понимал, что в звездолёте никого нет и брякать там некому. Он повернулся и вошёл внутрь. Звук больше не повторялся. Нейон Ти прошёл по всему длинному коридору, прислушиваясь. Тишина. Но ему не могло послышаться. Он медленно пошёл назад, к выходу. Вдруг он уловил в коридоре запах силиконового клея. Его ни с чем нельзя было спутать, хотя запах и не вызывал неприятных ощущений. Нейон Ти повертел головой. Вокруг ничего. Справа открытая дверь в бытовку.

Посмотрев направо, Нейон Ти вспомнил всё, хотя не должен был об этом забывать. Перед посадкой на Пинтию экипаж находился по местам согласно бортовому распорядку. Он один был занят тем, чем не положено заниматься экипажу в такой момент. Дело в том, что перед началом отдыха на планете Нейон Ти решил подклеить свою маску для дайвинга, мечтая вдоволь наплаваться с аквалангами.

Маску он быстро заклеил, но только сейчас вспомнил, что впопыхах не закрыл тюбик с клеем. Маска так и осталась лежать под сушильной лампой, на столе. – Но тюбик?! – забеспокоился Нейон Ти и оглядел бытовку. Его нигде не было. Бытовка, казалось, пропиталась запахом силиконового клея. Маленькая заплатка на маске не могла быть тому причиной. Нейон Ти вошёл в бытовку и случайно глянул вверх. Там, под потолком, мирно покачиваясь, висел силиконовый пузырь, а под ним болтался пустой тюбик, весь клей из которого раздулся в красивый шар. Забытый под лампой, тюбик нагрелся и выдул весь клей наружу.

– Видимо, поднимаясь вверх, тюбик и брякнул по столу – осенило Нейона Ти, и он похвалил себя за то, что такой умный. Недолго думая, он залез на стол, взял в руки мягкий шар, который уже не прилипал к рукам и оторвал от него тюбик, что не причинило шарику никакого вреда. Нейон Ти спрыгнул на пол и вернулся к трапу, не зная, куда девать это чудо, плод своей забывчивости.

Так, с шаром в руках, он и встретил на трапе прибывших гостей, которые уже толпились на площадке трапа. На этот раз они были весьма привлекательного вида: одна голова, две руки, две ноги, низкорослые, со щёлочками вместо глаз и с умильными улыбками, придававшими им сходство с детьми. Улыбаясь и кланяясь, с сомкнутыми ладошками перед собой, они гурьбой вошли в звездолёт.

Нейон Ти, освоив за время практики правила этикета, повёл себя так же. Он широко улыбался и начал кланяться гостям, сомкнув ладошки перед собой. От его движений шар у него выскользнул и поскакал по коридору, прочь от входа.

С этого момента началась новая страница жизни Нейона Ти. Началась помимо его воли, помимо его желаний. Ситуация вмиг изменилась. Из хозяина положения он превратился в свидетеля, в очевидца неуправляемых событий, объяснений которым не было никаких ни тогда, ни после. Гости со своей стороны тоже, вряд ли могли бы объяснить своё поведение, вышедшее из-под контроля при виде скачущего по коридору шарика.

Нейон Ти ничего не мог поделать с той энергией, что отбросила его в сторону и прижала к стене, не давая пошевелить ни рукой, ни ногой. Окажись он под ногами гостей, превратившихся в дикую толпу, его бы ничто не спасло. Весь поток гостей стихийной массой ринулся вслед за шариком по коридору внутрь звездолёта. Не было вокруг милых лиц, застенчивых улыбок заморышей-аборигенов. Мимо него, прижатого к стене, мчалась по коридору дикая толпа, одержимая одним желанием – догнать шар.

Сколько их ворвалось внутрь? Туда, где раздавались рёв, вопли, визг, треск, звон и грохот. Нейон Ти, отдышавшись, с опаской выглянул наружу. Внизу стоял всего один сигарообразный транспорт. Ни единой души возле него. Нейон Ти был в смятении:

–  Что сделал с аборигенами этот злосчастный шар? Может, они обнюхались клея и свихнулись? Неужели это реакция на запах? Но шар ускакал быстрей, чем они успели бы надышаться его запахом. Да и не пахло от него почти. Запах стоял только в бытовке.

Вдруг Нейон Ти услышал, что шум из коридора нарастал. Погоня за шаром гнала его к выходу. Он выскочил на площадку трапа и спрятался за створку входного люка. Сначала наружу выскочил белый шар и запрыгал вниз по трапу. Вслед за ним вывалился другой шар – из тел аборигенов, спутавшихся в один большой клубок, из которого торчали руки-ноги-головы. Клубок пронзительно вопил, визжал, брызгал слюной, разбрасывал во все стороны клочки одежды. Он кубарем скатился вниз вслед за шариком. Шарик, казалось, был рад такому вниманию и весело подпрыгивал, приглашая поиграть. Проскочив мимо пустого транспорта, шарик покатился дальше, а живой клубок, скатившись с трапа, рассыпался на части, в которых невозможно было узнать милых улыбчивых аборигенов. Их руки, лица были расцарапаны. Одежда висела на них драными клочьями, остатки которых устилали ступеньки трапа. Из люка ещё продолжали с воплями выбегать отдельные группы в таком же плачевном виде.

Заметив последних выбегавших из звездолёта, стоявшие внизу встрепенулись и с диким воем бросились вслед за шариком. Среди них мчался и водитель транспорта в фирменном кителе с одним рукавом. Толпа с рёвом скрылась вдали за строениями космопорта.

Нейон Ти перевёл дух. Выбравшись на площадку из-за створки люка, он ощупал себя с ног до головы, не обнаружив никаких повреждений. Отделался лёгким испугом. Он подозревал, что звездолёту пришлось хуже. С опаской Нейон Ти вошёл внутрь. Все плафоны в коридоре были разбиты. По всей длине коридора ни одной целой стеклянной двери. Сами двери были закрыты. Ураган промчался только по коридору. Досталось столовой и открытой бытовке, где разбиты все зеркала, оторвана и разбита раковина. Шкафы и тумбочки опрокинуты с оторванными дверцами. Пол усыпан битым стеклом, какими-то порошками, растоптанными баночками, коробками, флаконами, щётками.

Нейон Ти шёл дальше по коридору. Его успокаивало то, что штурманская рубка и Центральный Пост Управления были закрыты. Туда мог водить экскурсии только капитан. Зато в столовой ураган погони разыгрался от пола до потолка. Столы и стулья были отодраны от пола и растоптаны стадом диких тварей. Все светильники побиты. Голые стены с отпечатками на них маленьких ботинок ничем не напоминали о картинах, фотографиях, украшениях, до сих пор там висевших. Весь пол завален искорёженной мебелью, побитой посудой.

 Нейон Ти в изнеможении опустился на опрокинутый стол. Что он мог поделать? Кого винить во всём этом? Его? Аборигенов? Что с ними случилось, и что за инстинкты пробудил в них этот шар? Ответов на вопросы не было. Неизвестно, сколько он так просидел, в тишине и разрухе, когда в коридоре послышались торопливые шаги. В столовую буквально вбежали капитан и вся команда, обступив его со всех сторон. Всегда хладнокровный, капитан с трудом сдерживал волнение:

– Всё в порядке! Ты цел и невредим! Мы ожидали самого худшего. Нашу пресс-конференцию прервали из-за экстренного сообщения. В городе творится невообразимое. Есть жертвы. Никто ничего не может понять. Нет никакой войны, никаких столкновений. Все довольны и радостны, никаких жалоб, но по городу бушует стихийный разгром. Кругом разрушения. По городу гоняют какой-то шар. Все улицы заполнены народом. Шум, гам, аборигены давят друг друга и при этом смеются. Я такого не видел! В город вызвана служба охраны планеты.

Капитан вытер пот со лба. Он не мог скрыть свою растерянность. Неизвестность, необъяснимость происходящего всегда пугают больше, чем смертельная опасность, которая ни разу не сломила капитана в бескрайнем космосе. Сейчас не было смертельной опасности, но капитан был растерян. Он не понимал – с чем надо бороться, не видел своей роли во всей этой ситуации. Но сработала многолетняя привычка командира принимать решения:

– Закрыть входной люк! – скомандовал он. – Здесь нам ничто не угрожает.

Экипаж продолжал стоять вокруг Нейона Ти, который чувствовал, что в окружающем молчании висит вопрос, устремлённый к нему. Он только пожимал плечами, не меняя позы:

– Я не знаю. Не знаю, что случилось. Был шар. …Белый шар. … Они погнались за ним. Мимо меня…Что я мог поделать?

У него не повернулся язык сказать всю правду с самого начала. Это было выше его сил. К счастью для него, никто и не допытывался о появлении злосчастного шара. Все были рады, что он остался жив и видели в нём жертву форс-мажорных обстоятельств. Тут вмешался командир:

– Всем отдыхать! На сегодня хватит. Все действия и соображения завтра. Отдыхать по режиму номер один – в одежде! Может, утро прояснит ситуацию. Нам сейчас и своих проблем хватит, – он кивнул на разрушения в столовой. Команда разошлась по каютам, не вспомнив про ужин.

На следующее утро кофе на завтрак удалось приготовить в штурманской рубке. Там осталась дежурная кофеварка. Команде было не до разговоров, как на авариийном выезде. Два дня ушло на восстановление разрушенного. Всё это время питались в штурманской рубке. На третий день собрались в столовой. Администрация планеты, чтобы загладить свою вину, помогла устранить повреждения. Звездолёт снова был пригодным для обитания и выполнения своей работы. Но у них было ещё четыре дня отдыха. Команде, как всегда, всё было понятно без слов в тишине столовой.

– Разрешите? – неожиданно нарушил молчание Нейон Ти. Капитан одобрительно кивнул. Нейон Ти начал, с трудом подбирая слова:

– Я вспомнил…. Может, тут есть какая-то связь. В Академии мне попалась старинная видеокассета. Я видел мужчин, бегавших за таким вот шариком. Но они были в трусах и майках. Я теперь понимаю. Они разделись, чтобы не повредить одежду. Они бегали за шаром, но по лужайке, а не по улицам. Там было по-другому.

 Нейон Ти огляделся вокруг с надеждой увидеть на лицах экипажа выражение значимости его информации. Все только переглянулись. Капитан пожал плечами и заговорил совсем о другом:

 – Я был в городе. Положение критическое. Всё закрыто. Никто не работает. Заводы,  магазины, транспорт полностью бездействуют.  Начали завозить продукты из соседних городов. Космопорт забит звездофурами, которые никто не загружает. Пинтия снабжает все планеты созвездия техникой, аппаратурой, звездокарами. В воздушном пространстве планеты скопилась масса звездофур за продукцией, которую никто не производит. Они кружат над планетой в ожидании посадки.

Диспетчерская служба закрыла воздушное пространство Пинтии. Теперь связь с космосом заблокирована до разгрузки космопорта. Но когда улучшится обстановка в городе – неизвестно. Город оцеплен заслоном планетной охраны, чтобы не выпустить шар на территорию планеты. Шаров таких уже сотни! Аборигены наделали их и гоняют за ними по улицам, круша всё вокруг. Окна выбиты, витрины разгромлены, машины на улицах изуродованы до неузнаваемости. Сотни покалеченных. Но конца этому не видно. Все счастливы. Нет грабежей, насилия, вандализма. Есть одно сплошное ликование и восторг от погони за шариками. Это невозможно объяснить, – развёл руками капитан:

– Это не наше дело, в конце концов. Мы здесь случайные гости, прибывшие на время отдыха.

Экипаж в ответ словно поставил молчаливую печать под словами капитана о своём невмешательстве в дела планеты. Но Нейон Ти не унимался. На душе его было неспокойно. Он сделал ещё одну попытку успокоить свою совесть тем, что хоть что-то пытался сделать, хоть чем-то помочь, поэтому опять подал голос:

– Я ещё не всё сказал. Там, на кассете той, было нацарапано слово, – речь его больше напоминала бормотание:

– Там было нацарапано У-Т-Б-О-Л, – по буквам произнёс он и добавил:

-Первая буква затёрта и напоминала букву « Х » . Может быть, это слово что-то значит? Его робкий взгляд в сторону капитана произвёл неожиданный эффект.

– А что? Очень может быть, – ухватился за эту мысль Твидл, чувствуя, как привычные уверенность и решительность возвращаются к нему, вызывая желание действовать. Он стремительно поднялся и направился в ЦПУ, где сел перед экраном главного компьютера. Весь экипаж молча стоял за его спиной.

– Как ты сказал слово? ХУТБОЛ? – произнёс капитан и набрал это слово на пульте компьютера. Компьютер на вопрос ответил вопросом с экрана:

–  Может, Вы имели в виду «ФУТБОЛ»? –  Слова «ХУТБОЛ» в его нечеловеческой памяти не было. Капитан поспешно набрал слово «ФУТБОЛ». Через мгновение на экране вспыхнули строчки ответа, проливая свет не только на полумрак ЦПУ, но и на забытую историю Земли. Оставалось только прочитать те строки: Футбол – популярная игра древних народов планеты Земля. Игра с мячом по строгим правилам, за соблюдением которых наблюдал футбольный судья. Правила игры смотри на историческом сайте Земли по ссылке. Правила запрещают трогать мяч руками всем, кроме вратаря, охраняющего ворота команды. Играют две команды по одиннадцать человек с вратарём. Если ….

Капитан не стал дочитывать ответ компьютера и погасил экран, резко вскочив с места:

–  Всё ясно! Надо срочно в город! Они всё разрушат! Правила! – кричал на ходу капитан:

– Им нужны правила футбола! Я в администрацию!

Он стремглав спустился по трапу и на квадроходе умчался в город. Каждая минута была дорога для гибнущего от восторга города. Капитан знал цену времени в таких ситуациях. Экипаж, один за другим, молча покинули ЦПУ. Вместо отдыха у всех были свои дела. Оставшись один, Нейон Ти сел за главный компьютер и включил его, чувствуя огромную досаду на себя:

– Ну почему он сам не догадался запросить эту справку? Ещё тогда, в Академии? Все так просто! Ничего нового! Всё хорошо забытое старое. Настолько хорошо, что никто ничего не может понять.

Продолжая злиться на себя, он набрал слово «ФУТБОЛ», после чего зашел на сайт Земли и по ссылке углубился в чтение правил этой древней игры землян. Он настолько увлёкся, что забыл про время и не мог заметить того, что творилось там, в городе. А над городом, через некоторое время после отъезда капитана, начали кружить звездокары. Со стороны космопорта можно было видеть нависшие над городом чёрные точки. Их было много. Можно было увидеть не только чёрные точки вверху, но и поднимающийся снизу в нескольких местах чёрный дым, траурными лентами накрывший целые кварталы. Вниз, на город из звездокаров разносилась громкая речь, многократно усиленная звуковыми трансляторами. До космопорта ветер доносил вместе с запахом гари обрывки громкого бормотания. Звездокары висели над городом несколько часов. Наверное, даже глухие могли бы обратить внимание на столь длительное и навязчивое обращение, на этот вопль, призывающий вернуться к здравому смыслу.

Ничего этого Нейон Ти, как и весь экипаж, не заметили, занятые своими делами, которые были прерваны возвращением капитана. Вернулся он только к вечеру. Глаза его светились радостью:

 – Удалось! Администрация приняла меры, и удалось докричаться до жителей! Аборигены – они отличаются дотошностью и своей скрупулёзностью во всех делах. Этим они славятся на всё своё созвездие. Сейчас в городе наступило затишье. Все бросились изучать правила этого, как его… футбола. Пострадавшим оказывают помощь. Хорошо, что медперсонал весь женского пола. Они оказались не подверженными тому азарту, что вызвал в городе этот шарик. Больницы забиты. Есть надежда, что завтра начнёт работать инфраструктура города. Слабая. Но есть.

После паузы капитан добавил:

– Правительство планеты благодарит власти города, что удалось удержать эту стихию и не выпустить за городскую черту. Уже собирались населению принудительно стирать память и расселять по другим городам. С соседней планеты завезли вакцину. Даже не знаю – как с нами бы обошлись тогда: кому нужны свидетели такого?

Капитан подошёл к Нейону Ти и похлопал его по плечу:

– Тебе впору памятник ставить, как спасителю города! Если бы не ты, сейчас всё было бы по-другому.

От этих слов все вокруг заулыбались и начали дружески тормошить Нейона Ти, которому оставалось лишь смириться с этой ролью. За оставшееся время их неудавшегося отдыха только в последний день капитан разрешил посетить город. Лучше бы они этого не делали.

В городе было тихо, как после похорон. С улиц продолжали убирать изуродованные, потерявшие форму, машины. Всюду работали стекольщики окон, витрин. Целые бригады собирали по улицам мусор. Прохожие на улицах ходили хромая, с костылями, в бинтах, в гипсе. Но вокруг было тихо. Все приветливо улыбались друг другу и раскланивались. Работали магазины. Во всех магазинах продавали шары, или мячи, как называли их горожане согласно старинным правилам. За время прогулки им не попался на глаза ни один ребёнок без мяча. Детвора гоняла по улицам мячики, оживляя унылый вид города. Даже в колясках младенцы лежали рядом с мячом.

– Словно затишье перед бурей, – вырвалось у Нейона Ти.

– Ты прав, – откликнулся капитан. –  Это с виду так тихо. А идёт огромная работа. Скоро их жизнь изменится. Да она уже меняется, – поправил себя капитан:

– Весь город учит правила игры – и это только начало. Вы думаете, куда я вас веду? Нас пригласили на открытое заседание в администрацию города. Туда съехались делегации с соседних планет и требуют консультаций. Созвездие Триад маленькое, тут всё рядом. На Пинтии чихнут, а с Термии им звонят: «Будьте здоровы!» Да что я вам рассказываю. Сейчас всё увидите сами.

В это время они пересекли городскую площадь и поднялись на высокое крыльцо здания администрации города. Площадь и примыкающие к ней дома уже не напоминали о разгуле страстей. Перед зданием площадка была полностью занята автомобилями и транспортами, доставившими на заседание представителей прессы и соседних планет.

Внутри здания их уже ждали и радушно пригласили в зал в качестве почётных гостей. Обстановка в зале не напоминала похоронную тишину улиц города. Зал, переполненный, гудел. Кондиционеры работали на полную мощность, но всё равно чувствовался накал интереса и нетерпеливого ожидания. При появлении экипажа «Адама» по всему залу поднялась волна звуков, жестов, эмоций, возгласов. Со всех сторон защелкали фотоаппараты, замелькали корреспонденты с камерами и журналисты с микрофонами. Но экипаж, не останавливаясь, прошёл на свои места, как почётные гости, а не как участники событий, имеющие право на их комментарии.

Нейон Ти занял своё место и с любопытством огляделся. С их мест зал был хорошо виден. Он почти весь был занят милыми улыбающимися аборигенами. Нетрудно было догадаться, что в собравшейся аудитории находилось немало их соседей по созвездию, гостей с соседних городов. Этих легко было заметить по отсутствию царапин, синяков, бинтов и повязок. В отличие от аборигенов, гости не улыбались и вели себя более нетерпеливо, видимо, сгорая от любопытства. Некоторые из них крутили у себя на коленях мячи.

Бросив взгляд на балкон, Нейон Ти понял, что попал не на простое заседание городского масштаба с представителями соседей. На балконе копошилась совсем другая жизнь, которую невозможно было спутать с соседним городом или планетой. Правда, балкон был полупустой, но в общий шум зала оттуда врывались какие-то бульканья, гыгыканья, хырканья, басовитое мычание и сопение. Сидевших на балконе было не видно из-за высоких перил. Там то и дело мелькали синие щупальца с чёрными присосками, вываливался за перила коричневый хобот в рыжих волосках. Иногда взмывала под потолок маленькая головка с маленькими рожками, на тощей шее. Неожиданно на перила сверху взгромоздилась толстая нога, покрытая чёрной щетиной, с копытом вместо ботинка. Оттуда доносились повизгивания, под потолок время от времени взлетали мячи.

– Откуда же их занесло сюда? – невольно подумал Нейон Ти, не отрывая глаз от балкона. Зоокосмология0 в Академии будет только на третьем курсе, поэтому он понятия не имел о сидельцах на балконе. Но ему было понятно, что слухи о здешних событиях уже дошли каким-то образом до невиданных им уголков Вселенной.

Пока он разглядывал балкон, по залу послышался шум от хлопков в ладоши. На сцене места за столом заняли те, кому это было положено, и заседание началось. Даже балкон притих. К трибунке возле стола вышел глава города. Это был низкорослый тщедушный старичок с забинтованной головой. Без лишних слов он начал своё обращение к собравшимся, при этом улыбка на лице не мешала ему говорить о серьёзных вещах. Нейон Ти запоздало сунул наушники в уши и без помех мог услышать перевод обращения:

– Уважаемая аудитория! Сограждане! Почётные гости! Пинтийцы! Соседи по созвездию и вы, несравненные и ни с кем несравнимые гости из далёкой, но братской нам Галактики Арбидон! Рад приветствовать всех вас в этом зале! Никто не планировал данное заседание. Это так. Но жизнь иногда требует быстрой реакции на события, которые она преподносит и любое промедление грозит непоправимыми последствиями. Случилось это и с нами. Если бы не помощь экипажа звёздного корабля, наших гостей с далёкой Земли, то мы бы сейчас не разговаривали тут с вами, потому что у вас у всех были бы совсем другие проблемы, уверяю вас! – оратор поправил повязку на голове:

– Я рад приветствовать вас и доложить о принятых нами мерам. Вам это будет полезно знать. Мы прекрасно понимаем, что прежней жизни уже не будет. Чтобы сохранить жизнь и двигаться дальше, нами и приняты эти меры. Прежде всего, население изучает правила футбола. Именно этой спасительной мерой мы обязаны экипажу звездолёта с Земли. Наш следующий шаг – изменение бюджета города, за которым последует изменение бюджета планеты. Правительство приняло решение. Выделяется отдельная статья на строительство… – оратор поморщился, вспоминая слово. –  Стадионов, – с облегчением выдохнул он:

– Проекты древних стадионов землян изучены – они подходят к нашим условиям и будут строиться на месте старых районов города. Население уже приступило к расчистке площадок. Переселенцы пока живут в палатках. Кроме того, поступает много заявок из ближнего и дальнего космоса, из уголков Вселенной, с которыми у нас до сих пор не было двусторонних связей. Заявки на приём их делегаций по изучению вопросов, связанных с футболом. Правительство планеты в ближайшее время переносит свою резиденцию в наш город. Идёт строительство правительственных офисов. Всю связь с инопланетными делегациями правительство берёт на себя! Так что обучение инопланетных делегаций будет проводиться согласно принятого правительством графика. До наступления этого момента убедительная просьба ко всем Галактикам – сохранять спокойствие и поддерживать порядок в своих созвездиях местными усилиями. Главное, напоминайте своим космическим сожителям о том, что существуют П-Р-А-В-И-Л-А! – пропел оратор с трибуны и хлопнул кулачком по трибунке3, а потом указательным пальцем побрякал по краю трибунки23:

– Не ждите, пока мячи появятся на ваших планетах! Проводите профилактическую работу! Привлекайте прессу, все средства для внедрения правил футбола в умы ваших сограждан! Читайте лекции, проводите беседы! Несите эту информацию в свои регионы. Во все уголки Вселенной! Пусть она доходит до ваших регионов быстрей, чем туда долетит мяч! Ожидается прибытие на инструктаж новых делегаций, поэтому заседание наше скоротечно. А закрыть я его хочу выражением признательности нашим гостям с Земли, тоже пострадавшим от нашего инцидента!

После этих слов зал оживился и загудел, на балконе замелькали головы странной формы и цвета, что-то там затопало.

– Попрошу командира звездолёта сюда на сцену! – громко заявил оратор с трибунки:

– Правительство Пинтии награждает его высшей наградой созвездия – Голубой Лентой Триады! Этот орден дает его обладателю право жить на любой планете созвездия и пользоваться всеми льготами!

Зал взорвался овациями такой силы, что старичок у трибунки испуганно присел, всё ещё находясь под гнётом недавнего разрушительного восторга. Капитан Твидл энергично поднялся на сцену и принял из рук главы города коробочку с наградой. Откланявшись залу, он так же быстро покинул сцену. Не успел капитан сесть на своё место, как старичок уже закончил экстренное заседание словами:

– Здесь скоро состоится новое собрание делегатов. Я вас прошу разойтись работать по секциям, где все получат на руки инструкции! Всем успехов и бдительности!

Его последние слова утонули в общем шуме и сутолоке, поднявшейся в зале. Все торопились внести свой вклад в то дело спасения, к которому их призывали. Только экипаж звездолёта выглядел островком спокойствия в этом неспокойном море, рвущемся к действию. Нейону Ти не совсем понятно было желание покидавших зал. Что привлекало их больше? Стремление поскорей играть в футбол или желание защитить от него всё живое во Вселенной? Никто не делал никаких заявлений. Никто не выступал ни «за», ни «против». Все торопились. Успокаивала надежда на то, что всей этой массой движет желание направить кипучую энергию, вызываемую мячом, в разумное русло, сделать эту энергию управляемой и безопасной.

 Занятый своими мыслями в ожидании, когда можно будет покинуть зал, Нейон Ти не сразу заметил, как с балкона вдруг выбросилась вниз какая-то фиолетовая спираль. Она стала стремительно расправляться, вытягиваясь гибкой извивающейся змеёй. Не успел Нейон Ти ничего сообразить, как змея эта с чёрными присосками промелькнула мимо него, обдав запахом тухлятины, и мгновенно обвилась вокруг капитана. На глазах экипажа, на глазах остававшихся в зале делегатов змея стремительно исчезла на балконе, свернувшись в спираль вокруг Твидла. Толпа в зале завизжала не столько от увиденной картины, сколько от тех усилий, с которыми экипаж звездолёта бросился прокладывать себе дорогу к выходу, туда, в коридор, чтобы попасть на балкон.

Позже Нейон Ти не помнил, как оказался на балконе, оттеснённый широкими спинами экипажа к самой его двери. Всё увиденное там, на балконе, было словно подёрнуто зыбкой пеленой, через которую врезалась в память увиденная картина. Он не мог вспомнить, что творилось вокруг, и кто там шевелился, но навсегда врезался в память огромный осьминог, или сколько там у него было ног, неизвестно. Но чудо это занимало чуть ли не полбалкона, раскидав по рядам фиолетовые щупальца, которые росли у него из башки. На лысой башке торчали три зелёных глаза и большой рот, изумивший Нейона Ти настолько, что он забыл про жуткие щупальца. Рот этот улыбался! Иначе нельзя было назвать то, что искривилось на башке во всю её ширину. Глаза смотрели на капитана, стоявшего тут же, рядом, и улыбка предназначалась тоже ему. Нейон Ти увидел из-за спин, как капитан повернулся к экипажу и махнул приветственно рукой:

 –  Всё в порядке! Вот так встреча! Это мой старый знакомый из галактики Арбидон, с планеты Гента. Гентийцы добры по натуре, надо к ним только привыкнуть. У них очень трудные имена. Мы обычно называли их по первым двум буквам. Я помню, что этого звали Зю. У него не хватало одного щупальца, когда мы отбили его, единственного, у браконьеров, похищавших гентийцев для далёких космозоопарков. Похоже, он тоже запомнил меня! Только что он тут делает? Неужели тоже собрался играть в футбол? Но как?

Капитан покачал головой:

– Боюсь, что с этим хутболом для Вселенной будет всё гораздо хуже, чем предупреждал глава города.

Капитану удалось освободиться от внимания улыбчивого осьминога только после того, как весь экипаж сфотографировался с ним, обвивающим дружескими объятиями своего давнего спасителя с ног до головы.

Когда они вышли из здания, площадь перед ним оказалась забита всевозможным транспортом, доставившим новых делегатов на очередное заседание. Вокруг по городу высились строительные леса, кипела работа. Лицо города менялось буквально на глазах. Не могло не радовать то, что изменения эти перешли в созидательную фазу.

Но экипажу было не до местных перемен. Отдых у них подошёл к концу. Их мысли были о другом. Вечером «Адам» взял старт к новому месту дежурства, где ему предстояло заступить на месячную вахту. Практика у Нейона Ти заканчивалась. Его пересадили на транзитную звездофуру до Земли. К началу занятий Нейон Ти опоздал на неделю. Ему повезло. За двухнедельное опоздание отправляли в академический отпуск. С этим было строго. Да иначе и нельзя было с курсантами, бредившими звёздными просторами в ущерб учёбе.

Его отчёт по практике был признан лучшим в смысле насыщенности операций по прокладке курсов и маневрирования звездолёта. Этого, конечно, не случилось бы, попади он на одну из звездофур. В отчёте не было и не могло быть ни слова о тех злоключениях, что сидели в его памяти до сих пор. Да и сам он ходил и помалкивал, не вступая в разговоры друзей, вернувшихся на учёбу с практики, которые ещё долгое время делились впечатлениями от сбоя в транспортной системе Вселенной. Они даже показывали фотографии тех гигантских пробок на звёздных трассах, застопоривших движение звездофур, вызвавших десятки аварий. Друзья гордились тем, что им удалось увидеть такое невиданное в космосе зрелище, причин которого никто не понимал. Нейон Ти только пожимал плечами, бормоча в ответ, что их «Адам» патрулировал в другом квадрате. Всю правду рассказывать не хотелось даже под пытками своей совести, а остальное выглядело бы сплошным враньём….

 2

Нейон Ти встал и снова поставил кофеварку на плиту. Он в подробностях помнил свою первую практику. Вся дальнейшая его работа в космосе только подтверждала опасения капитана Твидла об угрозе для Вселенной со стороны забавы древних землян. Беда была в том, что распространялась забава гораздо быстрей, чем те меры, о которых говорили на Пинтии. Ещё за годы учёбы Нейона Ти Звездолётную0 Академию сотрясали слухи о жутких, необъяснимых событиях в разных уголках Вселенной, до сих пор славившихся своей стабильностью и мирной обстановкой. Неожиданно разгорались конфликты между соседними планетами, в которые втягивались созвездия и звёздные скопления. Трудно было поверить, что в этих конфликтах превращались в звёздную пыль целые планеты. Тогда было трудно поверить, а сейчас Нейону Ти не хотелось об этом вспоминать, как и о многом другом. Нейон Ти налил в чашку свежий кофе и сел за стол. Аромат кофе словно подсластил горечь воспоминаний.

Самой трагичной была весть о гибели звездолёта «Адам». Это было невероятно. Нейон Ти готов был к тому, чтобы уйти из Академии и навсегда покончить с ремеслом, отнимающим жизни друзей. Он впал в апатию. Не ходил на лекции. В Академии был объявлен двухдневный траур, но у Нейона Ти траур затянулся гораздо дольше. Он потом с трудом наверстал упущенные занятия. По официальным сообщениям «Адам» наскочил на плотный метеоритный поток и был разрушен. Не удалось найти ни одного члена экипажа. Версия эта была для населения Земли, не для профессионалов. Среди профессионалов космоса ходили слухи, что «Адам» оказался в ненужное время в ненужном месте. Между малыми планетами Смекта и Седан в созвездии Сигма. Между планетами вспыхнул конфликт, настоящая война с запуском термоядерных ракет – самого мощного оружия Вселенной. Никто ничего не ожидал. «Адам» дежурил в том секторе галактики. Никто в него не стрелял. Его курс проходил между Смектой и Седаном. Никогда не узнать того, чья ракета поразила «Адам». Смекта и Седан – это слишком малые планеты, чтобы выдержать ядерный удар друг друга.

Спустя годы, пролетая в этом районе, Нейон Ти видел невооружённым глазом два газовых облака на месте виновниц гибели «Адама». Сами планеты невозможно было бы увидеть с такого расстояния, но они оставили о себе память, далеко видимую в их родной галактике.

 Никто не выдвигал официальных версий, но случай этот был не единичный. Трагедия гуляла по Вселенной, мячиком прыгая из одного её сектора в другой. Тогда некому было принимать решения. Межзвёздной Лиги Наций ещё не существовало. Не было БМБ – Бюро Межзвёздной Безопасности.

Даже тогда, в стенах Академии, Нейон Ти подозревал о причинах происходившего. Поделиться подозрениями было не с кем, да и кого могло интересовать мнение курсанта- недоучки? Его дело было – постигать штурманскую науку.

Нейон Ти сделал маленький глоток. Кофе остыл. Не было желания пить его, как не было желания вспоминать его службу на звездофуре после Академии. До самого перехода в БМБ это была сплошная цепь неприятностей, неурядиц и проблем, в которых некого было винить, кроме форс-мажорных обстоятельств. По рассказам друзей – штурманов он знал, что в таких условиях находился во Вселенной не он один. Каждый рейс на звездофуре был полётом в неизвестность. Никто не знал, из чего придётся выпутываться на этот раз.

Разве мог он забыть полёт на Регус в галактике U-7? После Академии Нейон Ти попал на одну из звездофур. Звездофура ничем не напоминала спасательный звездолёт «Адам». Фактически, это была большая, во много раз больше «Адама», космическая телега для перевозки грузов. Несмотря на её размеры, экипаж звездофуры состоял всего из четырёх человек: командир, штурман, компьютерщик и бортовой механик. Командир и штурман по очереди несли вахту в штурманской рубке. При сближении с Регусом Нейон Ти находился на вахте.

К тому времени командир Крис уже доверял ему посадку и не контролировал его действия. Нейон Ти запросил у диспетчерской службы Регуса «добро» на посадку и получил номер посадочного модуля космопорта. Насторожило то, что речь диспетчера оборвалась на полуслове, словно исчезла связь, но Нейону Ти было не до этого при входе в атмосферу планеты. Он уже не в первый раз совершал посадку многотонной махины, но в этот раз ему пришлось попотеть, вклиниваясь на посадочный модуль среди стоявших впритык звездолётов. Космопорт оказался забитым по максимуму.

Ощутив мягкий толчок, Нейон Ти с облегчением откинулся на спинку кресла. По бортовому времени была ночь. Экипаж отдыхал. Связи с диспетчерской службой не было, словно он опустился на необитаемую планету.

– Ну, вот. Началось, – усмехнулся он, не ожидая ничего хорошего.

Через час разблокировалась посадочная программа. Он открыл люк, опустил трап. Снаружи ласково светило местное солнце. Сколько мог видеть глаз, космопорт был забит звездофурами. Нейон Ти понял, что началось здесь гораздо раньше, до их прибытия. По трапу не спешила санитарная служба, не суетилась служба надзора, не шумела техническая инспекция, не устраивала нагоняй коммерческая служба планеты. Тишина. Нейон Ти огляделся. Похоже, все притихшие звездолёты тоже напрасно ожидали внимания к себе. Никто не обращал на них внимания.

– Ещё повезло, что нашлось место для посадки, – невольно порадовался Нейон Ти:

– Иначе крутились бы сейчас на орбите.

Он спустился с трапа и с удовольствием ощутил под ногами планетную твердь после шести месяцев звездолётной палубы. Посадочный модуль примыкал к широкому проезду между рядами звездофур. Обычно он круглые сутки забит всякой техникой космопорта, обслуживающей звёздные корабли. Сейчас проезд был пуст. Вдруг Нейон Ти сначала услышал, а потом увидел, как из-за рядов звезофур в проезд вывернул шустрый погрузчик и покатил в его сторону. Нейон Ти встал посередине проезда и замахал руками, обрадовавшись живому существу на планете.

Погрузчик остановился. В кабине сидел парень, две руки которого лежали на руле, а третьей он держался за длинный рычаг из пола кабины. Нейон Ти кое-что знал из Атласа Планет о местных жителях, поэтому не удивился.

– Ты откуда? – неожиданно громко закричал парень.

– Мы прибыли с Земли. Только что.

– Ну и лети обратно на свою Землю! – прокричал парень:

– Мне некогда!

– Подожди! – тоже закричал Нейон Ти:

– Что здесь происходит?! К кому нам обращаться?!

– Вам надо не обращаться, а убираться отсюда! И поскорей! – добавил парень и дёрнул рукоятку:

– Тут скоро будет жарко! Уйди с дороги!

Нейон Ти бросился вперёд, рванул ручку двери и оказался внутри, согнувшись в низкой кабинке:

– Я полгода летел к вам! – заорал он в ухо парню.

От крика парень растерялся:

– Я ничем не могу вам помочь. Двухголовые не хотят ничего слушать.  Наше терпение лопнуло! – тараторил он.

– Другое дело, – успокоился Нейон Ти:

– А теперь по порядку, давай, рассказывай!

– Какой уж тут порядок?! – горячился парень:

– Дело к войне идёт. Уже несколько дней по всей планете роют окопы, из домов всё тащат на баррикады, – вздохнул он:

– Ладно, хоть, не рвануло, как на соседней Грете. Там до баррикад не дошло. Видно, сильно сцепились после игры, вот и нажали сгоряча кнопку. Планетка-то маленькая совсем, – снова вздохнул парень:

– А я ведь играл там одно время за трёхруких. Да. Повезло, – покачал он головой.

– Какая игра? Ты о чём, – перебил его Нейон Ти.

Как это какая? – удивлённо взглянул на него парень, словно увидел перед собой инопланетянина:

– Я про футбол говорю! Уже не первый год играем. Но у нас тут как? На одной стороне планеты живём мы, трёхрукие, а на другой половине живут двухголовые. Пока мы играли на своих половинах, всё было тихо. Но месяц назад надумали сыграть на первенство планеты. Лучшие трёхрукие с лучшими двухголовыми. И стадион для этого есть лучший в созвездии… Был, – поправил себя парень, вздохнув:

– С той игры планета разделилась, и граница идёт по баррикадам, по окопам. Но этим всё не кончится. Некогда мне тут с тобой, – сердито закончил парень. Но Нейон Ти был старше и настойчивей:

– Так в чём же дело?

Парень опять вспылил:

– Всё дело в наглости этих двухголовых! Так нельзя играть в футбол! Они играют двумя головами! Перебрасывают мяч себе с одной головы на другую и бегут так в наши ворота! Кого волнует, что им так удобней? А что мы?! Правила не запрещают надевать ботинок на третью руку. Мы хорошо знаем правила! Нам так удобней! Попробуй, попади по мячу рукой в ботинке! Но двухголовым это не нравится! Это мы ничего не нарушаем!

Парень разошёлся вовсю:

– Да ещё удумали взять трехголового судью. Ну и что с того, что он с Гринии? Понятно, что он разрешил им играть двумя головами! Нет! – покачал головой парень. – Так дело не пойдёт! Судье этому оставили две головы и отпустили домой. Пусть радуется. А мы ещё посмотрим, кто тут будет радоваться!

Неожиданно парень пихнул Нейона Ти третьей рукой и тот вывалился из кабинки. Погрузчик с открытой дверцей умчался восстанавливать справедливость.

– Они тут совсем с ума сошли! – ужаснулся Нейон Ти. Это были уже не смешные шутки над чужой глупостью. Глупость эта была совсем рядом, у неё был запах войны. Шутки были не смешные, а плохие. Нейон Ти бросился к звездофуре, в отсек, где стоял звездокар. Через несколько минут он летел в сторону города. С первой практики ему запомнились слова капитана Твидла. Действовать надо было без промедлений.

С высоты полёта Нейон Ти увидел вдалеке возвышавшуюся махину стадиона. Эти очертания он видел на многих планетах. Издалека было видно, что он всё ещё дымился, словно спичка, поднесённая к этой красивой планете. Наконец, Нейон Ти увидел внизу центральную площадь среди кварталов города, большой дом со шпилем, флаг на шпиле. Он посадил звездокар прямо на площадь перед домом. На крыльце здания навстречу ему выскочили двое трёхруких в военной форме, в касках. Они схватили Нейона Ти и поволокли в дом, куда он собирался войти своими ногами.

К зданию подъезжали грузовики с толстыми мешками. Мешки с песком выгружали и раскладывали вокруг здания, закладывали ими окна. Внутри здания, по коридорам, лестницам, все вокруг бегали, суетились. Раздавали каски, какое-то оружие. Нейона Ти проволокли мимо всего этого в кабинет за массивной дверью. Его не усадили, а бросили на стул, после чего он остался один на один с хозяином кабинета.

За столом у окна сидел толстый грузный чиновник, ничем не отличаясь от чиновников на любой другой планете, разве что третьей рукой, в которой он держал стакан с чаем. В остальных двух он держал перед собой какие-то бумаги. Каска на его голове выглядела так же уместно, как если бы на звездофуру напялили панамку. Не отрывая глаз от бумаг, толстяк проворчал:

– Так, значит, шпионим? Или бомбу привезли? Разговор короткий будет. За это – распыление на атомы, – закончил он, зевнув во весь рот.

– Да Вы хоть посмотрите на меня! – не выдержал Нейон Ти:

– Какой я шпион? У меня одна голова! Я прибыл с планеты Земля! Я штурман звездофуры!

Толстяк отхлебнул из стакана и глянул на задержанного:

– Меня не интересуют твои головы и сколько их. Видели мы таких. Голову отрезать недолго. Это для футбола вам надо две головы, чтобы жульничать, а шпионить вы и с одной можете. Это тебя не спасёт! – грозно добавил толстяк и грохнул стаканом о стол.

– Да вы тут все с ума посходили! – воскликнул Нейон Ти. В его планы никак не входило распадаться на атомы. Толстяк наклонил голову, отчего каска с головы съехала на ухо, и Нейон Ти не мог не улыбнуться такой картине.

– Мы научим вас, двухголовых, играть в футбол! – рявкнул толстяк, швырнув бумаги на стол. От его крика в кабинет вбежали двое в касках и схватили Нейона Ти, но он закричал, вырываясь:

-Подождите! Я Согласен с Вами! Да! Об этом все знают! Двухголовые не умеют играть в футбол!

Толстяк поправил каску на голове и сделал знак оставить их одних. Нейон Ти вернулся на стул. Толстяк смотрел на него совсем другими глазами:

– Я слышу разумные слова! Откуда, Вы говорите, прибыли? С Земли? Почему же сразу не сказали?! Ведь это родина футбола! Вот кто нам нужен, чтобы прочистить головы этим двухголовым!

Он откинулся на спинку стула, две руки скрестил на животе, а третья забарабанила пальцами по столу:

– Вы, наверное, с дороги? Может быть, нашего чайку?

– Как Вы не понимаете, что дорога каждая минута? – Нейон Ти был не на шутку взволнован:

– Необходимо срочно действовать! Будущее планеты поставлено на карту. Жизнь парализована!

Толстяк прервал его:

– Что я могу поделать? После драки на стадионе кругом баррикады и заграждения. Нас спасло то, что на посту ядерной защиты планеты дежурит женский персонал. Они ничего не смыслят в футболе. Иначе неизвестно, в какую сторону полетели бы ракеты.

– Дайте мне правительственный звездокар, – нетерпеливо прервал его Нейон Ти.

– Это зачем? – насторожился толстяк.

– Нужен мощный аудиоретранслятор. Я объясню двухголовым, что они неправы. Действовать надо быстро, – его речь звучала убедительно.

При всей своей неуклюжести толстяк действовал проворно. Он увидел в этом землянине руку помощи, что протянула его планете Вселенная со стороны Земли, подарившей Вселенной футбол. Было от чего воспрянуть духом.

Нейон Ти не терял времени. Он сел в звездокар правительства и приказал лететь на низкой высоте за баррикады, в сторону двухголовых. Сверху он видел, что позиции двухголовых подошли к самому городу. Осталось только начать штурм. Из звездокара вниз понеслась громкая речь:

– Внимание! С вами говорит посланник Земли, планеты, где появился футбол. Внимание! Футбол – это игра по правилам! Где нет правил – там хаос, там стихия, там война! У вас свои правила игры, у трехруких – свои. Нужны единые правила! Требую прекратить военные действия и игру в футбол до выработки единых правил! В случае невыполнения требований на планете будут изъяты все мячи и запрещены к использованию и ввозу на планету!

Нейон Ти несколько часов облетал позиции двухголовых и окончательно вымотался. Сверху ему было видно, как двухголовые, сбившись в кучки, горячо спорили, побросав лопаты и оружие. Не успел Нейон Ти выйти из звездокара, как к нему суетливо подбежал толстяк без каски:

– Невероятно! Только что был сеанс связи! Двухголовые отходят со своих позиций! Штурм города отменяется! Завтра переговоры. Мы ждём Вас завтра в это время. Чем я могу служить Вам?

Нейон Ти усталой походкой шёл к своему звездокару:

– Служить надо не мне, а планете. Для этого организуйте разгрузку нашей звездофуры. Космопорт парализован.

Он сел в звездокар и улетел. Теперь на душе у него было спокойно.

Командир Крис не хотел верить его рассказу – настолько всё выглядело абсурдно. Нейон Ти не собирался спорить с ним:

– Поэтому я никогда никому не рассказывал о том, что случилось на Пинтии. Всё равно никто не поверит.

 В доказательство его слов заработал канал связи с планетой. Космопорт оживился, началась суета машин и персонала вокруг их звездофуры. Похоже, толстяк знал своё дело. Выгрузка шла полным ходом. Крис не мог сдержать удивления:

– Я думал, раньше, чем через месяц выгрузки не дождемся. Чудеса!

– Улетим мы отсюда гораздо раньше. Но завтра я должен быть на мероприятии в городе. Меня там ждут. Будет ещё лучше, если со мной будет командир звездолёта с Земли. Надеюсь, что всё пройдёт мирно – Нейон Ти был уверен в себе.

На следующий день всё, действительно, закончилось весьма успешно для планеты. Делегация двухголовых восторженно наблюдала за каждым движением посланца с родины футбола и ловила каждое его слово. На планете хорошо знали правила футбола, даже лучше, чем сам Нейон Ти в некоторых вопросах. В правилах ни слова не было о игроках с двумя головами или тремя руками. Нейону Ти пришлось основать футбольную лигу планеты, которой было поручено доработать правила с учётом местной специфики. До введения новых правил запрещалось устраивать первенство планеты по футболу. Все остались довольны таким простым решением и тем, что удалось сделать фото на память с посланцами Земли. Нейон Ти чувствовал себя чуть ли не спасителем планеты, покидая зал заседаний. Но чувство это длилось недолго.

Не успели они с командиром дойти до своего звездокара, как из толпы к ним выскочил двуногий субъект с четырьмя руками:

– Уважаемые, извините! – залепетал он на ходу:

– Вам тут все так благодарны, что нельзя не порадоваться за вас и за весь Регус. Но как быть нам на Стоксе, что в соседней галактике? Кто поможет нам? Четвероногие с Кроны постоянно побеждают нас! Мы этого не потерпим! Они играют четырьмя ногами, а у нас их всего две! Это произвол! При этом они возмущаются, когда мы пускаем в ход свои нижние руки! А что нам остаётся делать? Обстановка у нас там накалена до предела. Нам нужен Ваш визит к нам в галактику, иначе быть беде!

Этот призыв о помощи отдавался эхом в голове Нейона Ти, пока они возвращались к своей звездофуре.

На следующий день они стартовали с Регуса в обратный путь. Никогда больше не было случаев такой скорой выгрузки. Покинув Регус и выйдя из её атмосферы, Нейон Ти признался себе, что не хотел бы в следующем рейсе попасть на Стокс с его четвероногими проблемами. Но при этом он не был уверен, что в другом секторе Вселенной его не будут ждать новые проблемы меняющейся на глазах жизни. Конца всем этим проблемам не предвиделось – это он понимал. Он боялся даже подумать о том, что творится в созвездиях, где играют в футбол хвостатые и рогатые, рептилии и парнокопытные, земноводные и пернатые обитатели планет. Трудно было представить, какие там кипят страсти. Оставалось только в страхе ждать известий из космоса о появлении новых облаков звёздной пыли….

Да, Нейон Ти не хотел вспоминать обо всём этом и вряд ли он вернётся к этим воспоминаниям в своих мемуарах. Слишком мрачные получились бы мемуары, а мрака во Вселенной и так хватает. Но почему он вспомнил о Регусе? А случай на Сандрии? А бегство с Таланы? А кошмар Фрамы? Нейон Ти передёрнул плечами и вскочил из-за стола:

– Всё! С него хватит воспоминаний!

Он поставил пустую чашку в раковину и решительно покинул кухню. Пора сверить курс и уточнить координаты. Это заняло немного времени. В штурманской рубке показалось уютней, чем на кухне, пропитанной воспоминаниями и сгоревшим омлетом. Компьютер подтвердил, что через три месяца Корвет достигнет созвездия Лиголь в галактике ZR-8. За успех своей мисси в этом далёком секторе Вселенной Нейон Ти не сомневался. Ему не впервой было выступать в роли миссионера перед дикими обитателями Вселенной, пожелавшими присоединиться к сообществу разумных форм жизни, а значит, приобщиться к азам демократии, оплотом которой была Межзвёздная Лига Наций.

Межзвёздная Лига Наций и всемогущая контора БМБ много лет усердствуют по внедрению во Вселенной, во всех её уголках, института демократии как фундамента отношений всех форм жизни, давно регулируют спорные вопросы во Вселенной. Нейон Ти сейчас опасался другого. Он не знал размаха футбольных страстей там, куда летел в этот раз. Футбол – это та стихия, которая требует жёстких рамок. В отличие от демократии, футбол с большими трудностями приживался во Вселенной. Нейон Ти понимал это и своими глазами видел доказательства тому, что демократия с её бесхребетными основами и политикой многогранных стандартов, словно липкое одеяло, накрыло собой всю Вселенную, от её окраин до центральных галактик.

Футбол оказался менее гибким и способным приспосабливаться к особенностям её обитателей. Это игра с конкретными правилами и однозначными понятиями, которые нельзя истолковывать по своему усмотрению. Футболу во Вселенной, как и демократии, подвержены все галактики и созвездия в галактиках, планеты в созвездиях и обитатели планет. Но футболу трудней приживаться в звёздных скоплениях, потому что его правила служат не тому, чтобы угождать тем или иным болельщикам. Правила футбола подразумевают честную игру равных возможностей, в которой побеждает более способный среди равных, а не тот, у кого больше ног или рук, у кого длинней хвост.

– Странно получается, – подумал Нейон Ти:

–  Наверное, проще основы демократии подогнать под правила футбола, чем ввести основы демократии в футбольные правила. Ведь тогда это был бы не футбол, а зрелище, где результаты известны заранее. Как знать, может, футбол во Вселенной и достигнет такого уровня.

 Нейон Ти знал другое. Он знал, что не хочет вспоминать про футбол, доставивший ему в прошлом столько неприятностей. Запах сгоревшего омлета из кухни ещё больше усиливал это желание.

 Курган 02. 20

________________________________________________________________________________

каждое произведение после оценки
редактора раздела фантастики АЭЛИТА Бориса Долинго 
выложено в блок отдела фантастики АЭЛИТА с рецензией.

По заявке автора текст произведения может быть удален, но останется название, имя автора и рецензия.
Текст также удаляется после публикации со ссылкой на произведение в журнале

Поделиться 

Комментарии

  1. язык изложения не очень гладкий, хотя и не тяжёлый

    Прежде всего – замечания «технического» характера и, прежде всего, по набору текста, которое, увы, приходится делать очень часто: в традициях русского литературного языка имеет место подача текста с красными строками, которые показывают начало каждого нового абзаца (и, значит, начало чуть новой части повествования, чуть иной авторской мысли). Именно поэтому в литературном тексте на русском языке нет нужды в увеличенных интервалах перед каждым абзацем. Дурацкая мода писать без красных строк, выделяя каждый абзац через увеличенный межстрочный интервал, пришла из Интернета. Там, для экранного чтения – особенно каких-то новостных материалов, статей и т.п. текстов – это оправдано, но даже в Сети правильным остаётся подавать текст художественного литературного произведения с красными строками и без увеличенных отступов между абзацами.

    Кроме того, существуют два разных знака пунктуации – тире и дефис. Это – РАЗНЫЕ знаки! Прописывая прямую речь, перед началом слов некого персонажа ставят именно тире, и после него до первой буквы следующего слова обязательно присутствует пробел. Использовать дефисы вместо тире и уж, тем более, не ставить пробелы между таким заменителем тире и словом – крайне дурной тон.

    Букву «ё» автор не использует, а между тем, это законная буква русского алфавита и, более того, некоторые фразы, написанные без буквы «ё», могут не сразу точно восприниматься. (Советую автору почитать об истории возникновения буквы «ё» и о том, как и почему ещё в определённое время не стали набирать почти во всех текстах, за исключением детских. Но ныне нет никакого оправдания не написанию этой буквы). Вообще написание «ё» есть в условиях приёма текстов в нашем журнале, и я вполне мог бы просто не принять данный текст к рассмотрению.

    Что касается написания сочетаний прямой и косвенной речи, то автор не умеет делать это правильно (как и 99% всех авторов вообще). Пояснять, что и как, не буду, чтобы не тратить времени – скажу только, что если автор сделает запрос, то вышлю ей методичку по данному вопросу. Уверен, окажется очень полезно.

    Теперь о чисто литературной и сюжетной части. Местами встречаются очень неудачные в стилистическом плане предложения, например, почти в самом начале текста попалось: «…Вопли и шум раздавались со стороны экрана визора, висевшего во всю стену гостиной, обстановка которой всегда помогала Нейону Ти в полётах забывать о том, что настоящий дом далеко, на Земле, за кормой его звездолёта крейсерского класса последней модели «Корвет»…» – Предложение громоздкое и очень плохо согласованное. Кроме того, слово «висевший» в сочетании с «во всю стену» – это своего рода само по себе стилистический «перл». Ну и подобных неудачных стилистическом плане мест в тексте ещё немало. Также немало лишних или пропущенных запятых, есть очень неудачные повторы слов и т.п. – в общем, язык изложения не очень гладкий, хотя и не «тяжёлый» (что даёт основания надеяться, что автор в смысле стилистики и языка сможет научиться писать лучше).

    Что касается «технических моментов», то, автор допускает частую ошибку, говоря о созвездиях, как о неких компактных скоплениях звёзд. Например, постоянно повторяются пассажи подобного типа: «…планета Пифия в созвездии Кариатид…» или «…планета Пинтия, в созвездии Триад…» и т.д. (Кстати, «Пифия», «Пинтия» – неужели не хватает фантазии придумать не столь созвучные названия планетам?!) Надо сказать, ошибки такого типа являются ужасающими по своей естественнонаучной безграмотности, поскольку созвездия – это не некое устойчивое звёздное образование, а лишь проекция расположения определённых звёзд на весьма конкретную точку наблюдения (например, с планеты Земля). Сами же звёзды, формирующие эту проекцию (т.е. созвездие) в реальности, как правило, отстоят друг от друга на десятки и сотни световых лет. Поэтому фразы типа «Планета Х из созвездия Y» или «Наша экспедиция обследовала созвездие Тельца» вообще является полной глупостью даже для юмористического произведения.

    По сюжетной идее данный текст весьма незамысловат: история о том, что такую игру как футбол цивилизация землян давным-давно и напрочь позабыла, а герой рассказа из-за случайной ошибки создаёт мяч, которым аборигены некой планеты кинулись играть, как безумные и таким образом возродился футбол. При этом подразумевается, что люди позабыли и само понятие «резиновый мяч» (а все другие цивилизации никогда такого предмета не имели), при том, что на Земле, судя по всему, никаких глобальных катаклизмов, уничтоживших цивилизацию, не происходило. Так с чего бы в такой степени забыть футбол и, конечно же, волейбол, баскетбол и т.д.? И это при том, что герой знает из истории о массовых зрелищах в Древнем Риме. Согласитесь – чрезвычайно надуманный сюжетный ход с этаким забыванием футбола, не правда ли?

    При этом надуман и сам случай с «рождением» мяча из тюбика с силиконовым клеем: даже если себе представить, что клей, оставленный под лампой, нагреется и вытечет из плохо закрытого тюбика (заметьте: такое понятие, как «тюбик» цивилизация не забыла!), и даже если вдруг (с чего бы?!) из этого клея образуется пузырь, то уж никак подъёмной силы тёплого воздуха в объёме этого по описанию весьма толстостенного пузыря не хватит, чтобы пузырь взлетел! У автора явно присутствует серьёзный пробел в естественных науках.

    В общем, к сожалению, очень слабое в сюжетном (да и чисто в стилистическом) отношении произведение объёмом целых 64 тыс.знаков – целая маленькая повесть.

    Совет автору: после написания любого текста следует внимательно и вдумчиво его перечитывать. Тогда, возможно, и сам автор сможет замечать определённые несуразицы (прежде всего, логические и «технические») и исправлять их до того, как представит своё творение на суд «широких народных масс»

Публикации на тему

Перейти к верхней панели