Уэмбрец лежал на спине громадной рыбы.
Та плыла по морю – бесконечному морю, алому и тихому, словно чай в стакане. Она дрейфовала медленно и неторопливо, словно величавый фрегат. Изредка встречались другие рыбы, и тогда Салэс переходил с одной скользкой спины на другую, наслаждаясь новизной впечатлений. На чешуе росли съедобные наросты, а ещё фруктовые кусты. Вода в море была пресной, а его путешествие – приятным. У него остался один глаз, который, как у циклопа, располагался в середине лба. Не о чем было жалеть. Кто-то мог бы назвать его сумасшедшим, но его возлюбленная, его любимая, однажды шагнула на Карту и исчезла. И он намеревался её найти.
На тридцать первой рыбе (Салез их считал) оказался люк. Он открыл его и шагнул вниз, по перитональной полости, прямо внутрь водоплавающего монстра. Там было сыро и пахло шампиньонами. Он нашёл карту на стенке желудка – кто-то нацарапал её гвоздём.
