Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Беззвездная, темная ночь. Шел дождь. Он обильно поливал руины когда-то огромного города, но безуспешно – здесь уже давно ничего не росло. Между тем, гоняя капли, дул сильный ветер. Подчиняясь его воле, ветряные генераторы старательно жужжали на крышах заброшенных небоскребов. У этих маленьких мельниц было очень важное занятие. Они снабжали электричеством последний оплот человечества в умершем мегаполисе.

Гарет Штинский с задумчивым видом затягивался сигаретой. Мужчину волновала встреча его лучших лаковых туфель с грязным асфальтом. Ни дождь, ни ветер не тревожили его так, как эта маленькая проблема. Отправив щелчком окурок в неизвестном направлении, Штинский кинул мимолетный взгляд вверх. «Держится», – подумал он, взглянув на купол высоко-высоко над ним, – «Так и знал, что инженеры лишнюю панику наводят… Специалисты, блин». Затекая от натуги потом дождевых капель, купол, подумал бы иначе, если бы умел. Конечно, не спасать от невзгод погоды была его задача. Покрывая сеткой шестиугольников жилую часть города, он укрывал горожан от радиации и загрязненного воздуха. Блуждало мнение, что его прозрачные стенки в два раза тоньше, чем положено по ГОСТу, и облучение нет-нет, да и пробивается. Гарет даже усмехнулся, вспоминая заголовки статей «Лучевая болезнь не за горами!», «Смертельный загар, возможно ли это?» Но следов проникших злополучных лучей так и не обнаружили. Журналисты и не подозревали, что все дело не в куполе, а в сильно преувеличенных данных о радиации за ним. Однако по неизвестным причинам население вместе со своей планетой неотвратимо теряло жизнь.

– Господин мэр, прошу в машину, – сказал водитель.

Штинский, почесав затянутое в пиджак пузико, направился к электромобилю. Будучи мужчиной крупным, господин мэр каждый раз проявлял немало сноровки, что бы влезать в маленькую машинку. Устроившись поудобнее в тесном салоне, он отдал команду трогаться. Электрокар почти бесшумно отъехал от тротуара, следом тронулись еще две машины сопровождения. Они не спеша двигались по пустынным, плохо освещенным дорогам среди каменных джунглей жилого сектора. Вид города в куполе и за куполом ни чем не отличался. Серые одряхлевшие небоскребы печально смотрели пустыми окнами куда-то вдаль, лишь нижние этажи были жилыми. Стекло и сталь были заменены более старомодными материалами. Повсюду как попало установленные утеплители, нелепые кирпичные надстройки. Хоть по нынешним меркам город и считался крупным, населеннее было немногочисленным. Изредка на улицы выкатывались одетые в комбинезоны велосипедисты. Ловко маневрируя между камнями и ямами, они проезжали мимо кортежа и снова исчезали где-то в темноте переулков.

Господин мэр был в раздумьях. На подведомственной ему территории возникла  поистине из ряда вон выходящая ситуация. Когда к нему в кабинет ворвался запыхавшийся служащий центра связи, Штинский сразу почувствовал неладное.  Вытаращив глаза, связист пытался что-то сообщить, активно помогая себе руками. Из бессвязных фраз и жестикуляций Гарет разобрал, что с ним хочет связаться ни кто иной, как сам президент прямиком из Белого Бункера, находившегося где-то вне купола в секретном месте. Выслушав доклад связного, господин мэр сначала было решил, что в его штабе завелись токсикоманы. Но когда доклад был подтвержден по радиосвязи самим главой государства, сомневаться стало сложней.

Оказалось, что на эту умирающую планетку собрались высадиться пришельцы! Все немногочисленное население Земли уже и думать забыло про космос. Детишки так вообще видели звездное небо лишь на картинках. И тут на тебе.

Сам президент никогда не покидал ББ, и по тому привилегия принимать инопланетных гостей досталась мэру столицы объединенного, а по совместительству и единственного, государства земли, Гарету Штинскину. Но ему в помощь из штата ББ в город был направлен дипломат, на встречу с которым и спешил сейчас мэр.

Сам же дипломат, мистер Ленингтон, трясся в броневозе по пути к куполу. Нервно потирая очки, он поглядывал то в маленькое окошко, то на своих телохранителей. Те в свою очередь сидели абсолютно равнодушно и неподвижно, напоминая пару манекенов из военторга. Казалось, направляйся они на встречу с самим дьяволом, им было бы до лампочки. Броневик, грохоча колесами, подъехал к КПП жилого сектора. Машина миновала открытый шлагбаум, прошла стерилизацию в промежуточном отсеке, и, заехав внутрь купола, припарковалась напротив делегации Мэра. Ленингтон поспешно нацепил очки на нос и неуклюже выбрался вслед за своими бравыми ребятами.

«Ну и специалиста они мне подсунули», – подумал Штинский, наблюдая, как щуплый очкарик комично протирает платочком вспотевшую лысину.

– Мистер Лайнус Ленингтон, рад вас приветствовать в столице, как добрались? – спросил Мэр.

– О, прекрасно, мистер Гарет Штинский, но, боюсь, у нас нет времени на любезности, прошу проследовать в мое транспортное средство, наши внеземные гости не ждут, – неожиданно приятным голосом, ответил дипломат.

Загрузившись всей компанией в броневик, они отправились в дорогу. По пути Ленингтон принялся объяснять план предстоящих переговоров, протягивая какие-то бумажки с планами-конспектами. Но весь смысл заумных речей дипломата плавно ускользал от Штинскина. Уже через пять минут господин мэр очень профессионально изображал заинтересованность, пропуская все мимо ушей.

«Переговоры с пришельцами, это конечно очень волнительно, но с другой стороны, это лишь очередная деловая встреча», – размышлял Штинский. Мэра не волновала возможная опасность вторжения и захвата территории. На Земле уже давно не за что было воевать: около семидесяти процентов территории – это выжженная пустыня, из ресурсов разве что песок, да отходы от переработки нефтепродуктов. Скорее инопланетные гости испытывали праздный интерес. Гарет мигом представил позирующего фотографу зеленого человечка в гавайской рубашке и соломенной шляпке с Лененгтоном на плече в качестве обезьянки. Как известно, из любого туриста можно вытянут выгоду, даже из инопланетного.

Броневик потихоньку выполз за черту города. Ветер все не унимался. В окне, сквозь дождевые капли, в свете вспышек молний, угадывались пустынные поля. От одной только мысли выйти наружу пробивал озноб. «Очень странно в такую погоду ехать встречать внеземную делегацию», – думал Штинский. Да и вообще вся эта ситуация была крайне странная. Всего семь человек, включая водителя, едут на переговоры с первыми объявившимися представителями внеземного разума. Каких-то лет сто назад все было бы иначе. Телекамеры, танки, пресса, легионы дипломатов и переводчиков, армия политиков. Встречающая делегация численностью бы превысила нынешнее население Земли. А теперь? Выехали в ночь, что бы полторы оставшиеся газетенки не наделали шумихи. Штинский покачал головой.

-Что-то не так с конспектом мистер Штинский?- спросил Ленингтон.

Очнувшись от своих мыслей, Гарет вдруг обнаружил лист у себя в руках.

– Нет, что вы мистер Ленингтон, все прекрасно, – вновь покачал головой господин мэр, – когда мы будем на месте?

Дипломат постучал в перегородку между водителем и пассажирами.

– Слушаю, – раздался сухой голос из открывшегося окошка.

– Долго еще ех…

Голос Лайнуса неожиданно утонул в грохоте. Броневик затрясло еще сильней. Машина резко повернула и затормозила, стряхнув всех сидящих в салоне в одну кучу. Непрекращающийся звук заложил уши. Гарет отодвинул навалившегося на него охранника. Ушибленная голова гудела, перед глазами все плыло, а вибрация становилась все сильней.

-Какого черта происходит? – попытался сказать он, но грохота было не перекричать.            Телохранители быстро опомнились после короткой неразберихи. Господин мэр почувствовал, как его прижало к затоптанному полу под тяжестью их рук “костюм, мать его…” пронеслось некстати. Рядом очутилось побледневшее от страха лицо дипломата. Упав щекой на свои просыпавшиеся документы, он близоруко щурился. Сбитые с носа очки валялись рядом. Тут произошел сильный толчок и грохот стих.

Все замерли. Сквозь работающий двигатель слышались капли дождя, стучавшие об обшивку машины и больше ничего. Первым очнулся Штинский.

– Какого… Отпусти меня,- с ярким недовольством он оттолкнул от себя телохранителя, – какого черта произошло?

Ленингтон, шатко водрузился обратно на сиденье. Дрожащими руками отлепив от лица лист и натянув очки, он постучал в перегородку водителя.

– Уэсли? Уэсли, слышишь м-меня? – спросил дипломат.

– Да, – послышалось с той стороны.

– Что произошло? – продолжил Лайнус.

– Сэр, вам лучше самому взглянуть, но кажется, мы приехали.

В салоне снова образовалась тишина. Телохранители перестали теребить оружие, Лайнус замер с приоткрытым ртом, и даже Штинский прекратил попытки почистить свой костюм носовым платком. Все лишь молча переводили взгляд друг на друга. Тут пришли в активность  лидерские способности Гарета. Откинув запачканный платок, он ткнул пальцем в двоих из телохранителей:

– Так, ты и ты, выходите первыми и проверьте обстановку, потом мы с господином Ленинг… Лайнус, а-а-а, да брось ты свои бумажки, они же все в грязи, фу,- поморщился мэр,- так вот, потом мы с господином послом, а после вы двое замыкаете процессию. Всем ясно?-, находящиеся, в салоне дружно закивали.

Все находящиеся в машине натянули респираторы. Охрана отворила тяжелые двери броневика. Сразу потянуло холодом и влажностью. Держа оружие на изготовку, телохранители выскочили наружу. Вслед за ними с открытыми зонтиками выползли чиновники. Штинский услышал, как под ногами мерзко зачавкала грязь, захватывая и уничтожая туфли, которые теперь не спасали ноги от липкого холода. Зонтик рвался в руках, совсем не защищая от дождя. Печально вздохнув, господин мэр взглянул на Ленингтона. Со стороны тот смахивал на гигантскую поганку в очках.

-Ну что? Вперед и с песней? – наигранно смело сказал мэр, перекрикивая ветер.

Ежась от холода и дождя, вся процессия обошла броневик. За ним их ждало нечто такое, что заставило ненадолго позабыть о невзгодах погоды. В метрах пятидесяти от броневика ливень, натыкаясь на невидимую преграду, образовывал пирамиду. Казалось, она состоит из жидкого хрусталя. Играя переливами искр в свете фар, вода умиротворенно стекала на землю. В этом было что-то успокаивающее. Но даже когда группа подошла к странному явлению вплотную, все ещё оставалось загадкой, что находилось за водяным занавесом. Никто не решался пойти первым. Штинский чувствовал, как страхи и сомнения захватили его целиком, даже скользкое и холодное ощущение в ботинках испарилось. Его, стало бешено колотить. Он был не в силах даже повернуться к своей свите, прекрасно понимая, что кроме ужаса в их глаза больше ничего не увидит.

Ветер рванул с новой силой. Зонт выскользнул из онемевших рук мэра и помчался в темноту. Грани пирамиды стали расширяться, приближаясь к путникам. Промокая под дождем, они стояли, словно ввязли в грязь окончательно, молча наблюдая, как на них надвигается водяная завеса.

Впервые секунды мэр ничего не мог разглядеть. Не то, что бы, он ослеп, он просто не мог осознать увиденное. Взамен мозг подсовывал ощущения стекающих по лицу струй воды. Вместе с этим, господин Мэр чувствовал вибрации по всему телу. В этом было что-то приятное, будто бы он лежал на теплом животе гигантской мурлыкающе кошки. Умиротворение плавно заполняло его, вымещая собой тревогу. С новой волной вибрации он почувствовал необычайную легкость. Вокруг него заплясали миллиарды искры, пронзая темноту и уходя в бесконечную даль. Он несся через космос. Все казалось само собой разумеющимся. Штинский осознавал, что на самом деле он все ещё в поле, под куполом стекающей воды. С ним просто общаются, передают информацию.

Новая волна вибраций. В глаза ударил свет, Гарет прикрыл их рукой. Он видел, как стоит  на краю скалы, а внизу, перед ним простирался белый лес. Синее крохотное солнце светило так ярко, что было больно смотреть, пушистые облака подобно белым кораблям плыли по небу навстречу горизонту. Где-то внизу слышалось пение невидимых птиц. Воздух был пьяняще свеж. Позади себя, Штинский услышал голоса. Обернувшись, он увидел, как из огромной хромированной капсулы по трапу спускаются люди. Они выглядели растерянными и счастливыми.

Гарет вдруг ощутил на себе влажную одежду. Перед глазами вновь замелькали звезды. Их свет стал далеким. Господин мэр наблюдал, как по ночному небу плыла луна, переходя из тонкого полумесяца в полный круг и вновь идя на убыль. Дважды пройдя свой путь, ночное светило исчезло за горизонтом.

И словно из ведра Штинскина окатило холодной водой. Внутри все оборвалось. Мэр вдруг осознал, что он лежит спиной на земле посреди бури. Легкие словно сковало спазмом. Силясь вздохнуть, мэр рывком сел. Воздух нехотя со свистом втянулся через рот, наполняя грудную клетку. Респиратор впился в лицо. Было очень холодно. Костюм промок весь насквозь, по всему телу стекала грязь. Перед глазами все плыло. С трудом перевалившись на четвереньки, Гарет медленно поднялся. Вокруг никого, только вдалеке горели фары броневика. Машина стояла гораздо дальше,  чем раньше, а загадочная пирамида исчезла. Господин мэр заорал что есть мочи, и, размахивая руками, направился к броневику. Ветер разыгрался не на шутку, крики глухим звуком еле-еле прорывались сквозь маску. Но все же метров через сто его заметили. Фары стали приближаться, вскоре Гарет услышал звук мотора.

Забравшись в кабину машины, он устало развалился на одном из сидений. Грязный и мокрый, он разглядывал молчаливые бледные лица своей свиты

– Мистер Штинский, вы вернулись, – хрипловатым от волнения голосом, промямлил дипломат.

-Что случилось? – грозно спросил мэр, – почему я валялся посреди грязной лужи.

Все как-то заерзали.

– Но,но…но, вы пропали, – продолжил дипломат, – эта пирамида, она исчезла вмести с вами. Мы боялись, что вы не вернетесь.

– Исчезла?

-Да.

– А что было дальше?

И вновь напряженное молчание. На этот раз оно длилось дольше. Оказалось, что ни кто и не помнил, как все очутились в машине.

– Интересно получается, – протянул господин мэр.

– Но это правда, вся эта чертовщина, вы сами видите. Неизвестно чего ожидать. Но что случилось с вами, что они сказали?

Мэр задумался. Дождь на время вымыл воспоминание. Но стоило напрячься, как память услужливо предоставила всё увиденное.

– Два месяца, – сказал мэр.

– Два месяца? – повторил Лайнус, – что это значит?

– Нас заберут через два месяца, – продолжил Гарет.

– Куда заберут? Кто?

– Они. Они заберут нас через два месяца. Заберут на новую планету.

Молчание. Лишь двигатель продолжал жужжать. Телохранители уже явно потеряли нить событий. А бедняга дипломат попытался собрать свои мозги в кучу, чтобы осмыслить все происходящее.

– То есть, они так просто возьмут и отвезут нас на другую, новую планету? Но-но… как же? Какой прок им от этого, зачем?

Штинский задумался. А действительно. Так просто? Мэр не знал почему, но был совершенно уверен, что так оно и есть. Может инопланетяне были очень развиты и занимались благотворительностью, может это были и не инопланетяне вовсе. Одно он знал точно: планета была безвозмездным подарком. И этот подарок давал возможность взять дело в оборот.

– Не все так просто, мой друг. Мне показали многое, но не все. Мы вступим в новый мир, чтобы изменить его и… подчинить, – господин Мэр расправил плечи и пригладил волосы,- но мы должны многое организовать прежде, чем  я поведу вас. Скажи водителю, чтобы вез нас в город. Осталось мало времени.

Лайнус Ленингтон, продолжал непонимающий смотреть на Гарета. А телохранители уже активно колотили в перегородку водителя. Броневик лениво тронулся, увозя делегацию несущую весть всему миру.

Поделиться 
Перейти к верхней панели