В небольшом, но не кажущемся тесным кабинете, царил минимализм. Окно изображало безоблачное светло-голубое небо, белые стены и потолок излучали приятный тёплый свет, серебристый пол был настроен на фактуру мягкого ковра. Два удобных сиденья с левой стороны и одно с правой парили в воздухе у небольшого прозрачного стола, на котором лежал электролист последней модели. Тонкие и очень быстрые пальцы несколько раз клюнули его, вызывая нужные данные.
Директор Лидия Левоновна тщательно подготовилась к разговору с родителями: приняла блокатор эмоций и усилитель концентрации, положила бустер памяти так, чтобы был под рукой, если возникнет необходимость.
— Семья Стрелецких, — чётко произнесла директор, зная, что компьютер тут же высветит соответствующую надпись на экране в холле, где уже собрались все семьи выпускников начальной школы «Будущее».
Лидия Левоновна кивком поприветствовала супругов Стрелецких, в лицах которых читалось явное облегчение: по негласной традиции первыми обрабатывались самые однозначные случаи.
— Коля, как вы и сами знаете, редкостно красивый мальчик. Самый высокий в классе, отличная крупная моторика. Сильно выражен командный дух, есть тщеславие. Вполне вероятна спортивная карьера, но и модельное будущее не исключено.
Мирный вид за окном мигнул и превратился в ландшафт юрского периода. В кабинет заглянул гигантский жёлтый глаз, оглушающий рёв раздался из скрытых колонок. Лидия Левоновна и супруги вздрогнули от неожиданности. Впрочем, первая быстро оправилась. Несколькими точными движениями пальцев она опустила перед окном жалюзи и выключила звук.
— Извиняюсь за технические неполадки, — и как ни в чём бывало продолжила, — в любом случае я рекомендую Органическую клинику с последующим обучением в Тренировочном институте. Насколько я помню наш прошлогодний разговор, это вполне оправдывает ваши желания и надежды?
Стрелецкие радостно закивали. Свою красоту Коля явно унаследовал от матери-модели, спортивные способности — от отца-гимнаста. Оба, конечно, выпускники Тренировочных институтов и, что не существенно, но приятно, довольны своим положением в Системе. Директор с уважением скользнула взглядом по прекрасному лицу и совершенной фигуре женщины, отметила мускулы мужчины, которые не мог скрыть даже костюм-двойка. Он, совершенно очевидно, надевался редко, по особым случаям, так неуютно чувствовал себя в нём папа Коли.
Для того, чтобы достигнуть такой формы, требовались мужество, упорство и выносливость. Дети, попавшие на эту стезю, проводили относительно мало времени в Органической клинике: пластическая хирургия, укрепление скелета, гормональная терапия, улучшающая обмен веществ, — мелочи для современной медицины. Обучение в Тренировочном институте было сложнее и дольше. Большей частью оно состояло из утомительных тренировок и жёстких диет. Как только подтверждалась пригодность к определённой специализации, начинались дополнительные занятия по подготовке к будущей профессии. Лидия Левоновна гордилась высоким соответствием своих рекомендаций с окончательным выбором детей.
Попрощавшись с довольными супругами, директор приняла пилюлю-награду и на несколько секунд отдалась приятному ощущению.
— Семья Хижняк.
Тут случай выдался необычный, но, к счастью, относительно простой. Родители-киборги работали программистами, а дочка Анна не проявляла в области точных наук ни таланта, ни даже интереса. Зато девятилетняя девочка регулярно впечатляла педагогов художественными способностями. Такое положение дел часто вызывало родительское отторжение, но не в данном случае. Хижняки восприняли новость о склонностях девочки без восторга, спокойно, и согласились, что не стоит ломать натуру ребёнка.
— В таком случае я рекомендую Химическую клинику. Там подберут наиболее действенные стимуляторы, определят дозировку и режим приёма. Оттуда Анне прямая дорога в Творческую гимназию…
Внезапно в помещении изменилось освещение, в кроваво-красном спектре профессиональная улыбка директора выглядела хищным оскалом. Хижняки недоуменно переглянулись.
— Технические неполадки, извините, — пришлось объяснить уже второй раз за день.
После небольшой битвы с электролистом — директор запустила антивирусную программу — удалось наладить настройки освещения и вид из окна. Мелкие неприятности не уменьшили удовольствия от пилюли-награды: Лидия Левоновна очень уважала работу Химических клиник и гордилась быть одной из их клиентов.
— Семья Синицевых, — вызвала директор смешанную пару.
Отец после операции в Органической клинике и обучения в Тренировочном институте работал в охранной фирме. Несколько позже, в рамках повышения квалификации провёл некоторое время в Химической и Кибернетической клиниках. Результатом стали пуленепробиваемые грудь и черепная коробка, доступ к препаратам, повышающим внимание и ускоряющим реакцию, и множество мелких, но не менее полезных дополнений. На работе Синицев и познакомился со своей будущей женой. Она, клиентка Химической клиники и выпускница Творческой гимназии, являлась автором знаменитой лет десять назад серии романов в жанре неогалактического детектива. В последнее время книги бывшей знаменитости успехом не пользовались. Креативные личности часто начинали злоупотреблять стимуляторами, что сказывалось на результатах их творчества. Похоже, писательницу постигла именно такая участь.
— Не знаю, обрадует или огорчит вас новость, что Серёжа не проявил особенных физических или творческих способностей.
— Потомки не обязаны следовать нашим инверсионным следам, каждый вправе лететь сквозь жизнь по собственному маршруту, — протянула Синицева мечтательно. Её затуманенный взгляд выдавал лёгкую передозировку стимуляторов.
— По физкультуре у него оценки нормальные, — практично отметил отец.
— Верно, — улыбнулась Лидия Левоновна, — но интересы мальчика лежат в области естественных наук, особенно его увлекает биология. Серёжа очень ответственный мальчик с прекрасным социальным коэффициентом. Поэтому я рекомендую обучение в Медицинском университете. Выбор клиники состоится по окончанию третьего семестра, когда Серёжа определится со специализацией. Возможно, он станет прекрасным диагностом — тут поможет усиление чувствительности органов восприятия в Органической клинике. Или перед мальчиком лежит будущее хирурга, где не обойтись без дополнений Кибернетической клиники.
Помедлив, Синицевы согласились с рекомендацией. Когда они встали, чтобы покинуть кабинет, пол под их ногами неприятно заскрипел. Директор поморщилась. Во время разговора пол незаметно принял текстуру паркета.
— Техника сегодня бунтует, — с натяжкой извинилась Лидия Левоновна перед родителями, каждый шаг которых сопровождался потрескиванием и скрипом.
За очередной пилюлей-наградой последовал дополнительный блокатор эмоций. Она не позволит мелочам испортить день своего очередного маленького триумфа. Личная гордость Лидии Левоновны: её рекомендации очень редко оспаривались родителями. Мало кто отваживался противоречить директору, чей высокий социальный коэффициент автоматически добавлял её мнению двадцать четыре процента справедливости в Суде Системы.
Обработав ещё две дюжины выпускников, директор приняла подавитель усталости. Её утомила не основная работа, а непрестанная борьба с настройками кабинета: парящие стулья взлетали под потолок, громкая музыка перебивала речь директора, свет мигал и выключался, пол превращался в ледяной каток, а стены испугали пару родителей натуралистичным изображением лавы. Лидия Левоновна знала, как положить конец этим безобразиям. Пора было переходить к более сложным случаям.
— Берёзкина, — вызвала директор единственную во всей школе мать-одиночку. Блокаторы не позволяли испытывать неприязнь или осуждение, но не подавляли мысли о том, что такая несовершенная форма семьи не только безнадёжно старомодна и неэффективна, но и по-своему провокативна, даже мятежна, ведь Система настоятельно рекомендует полные семьи.
— Роман мальчик непростой, что не удивительно, ведь рос он без мужского влияния.
Берёзкина, кажется, хотела что-то возразить, но удержалась, опасаясь снижения и без того не очень впечатляющего социального коэффициента. Женщине, конечно, не повезло с консервативными до фанатизма родителями, которые оспорили рекомендацию школы и запретили дополнение природных ресурсов дочери в одной из клиник. Увы, ранние законы ещё оставляли подобные лазейки для слабых звеньев Системы. Директор видела старое интервью с отцом Берёзкиной, где он заявил, что не хочет ребёнка-полуробота, мутанта