За «двушку» в центре Деер отдавал ползарплаты. Когда-то считал, что после дорогого ночного клуба практичнее вести разгоряченную девушку в квартиру неподалеку, чем везти в периферийный район Мегаполиса – чтобы она не успела по дороге передумать. К тому же, и Агентство рядом: с красавицей можно поспать подольше, а не выгонять ее ранним утром, потому что с окраины на работу в центр – два часа без «пробок».
Однако то ли у жизни оказались другие планы, то ли у девушек слишком высокие запросы, но в это солнечное апрельское утро Деер, не торопясь, шёл по бульвару на работу после ночи, проведённой в одиночестве. Уже не первой подобной ночи. Возраст, говорили приятели, но что значит сорок с небольшим для здорового, полного сил оперативника, спортсмена, отличника службы?
Он с интересом наблюдал за молодыми и стройными дамами в строгих костюмах, спешащими в офисы, где их ждали начальники и коллеги, которые всегда готовы пригласить симпатичную сотрудницу в постель. Офисные девушки не обращали на улыбку Деера ни малейшего внимания – так торопились к начальникам и коллегам.
А в Агентстве работали, главным образом, мужчины – суровые стражи порядка, которые становились ещё более суровыми после того, как вступали в брак.
– У тебя есть хотя бы шанс, – однажды вздохнул, обращаясь к Дееру, отслуживший пять лет в космическом десанте Филин, который приехал утром на обыск после бессонной ночи, проведённой у кровати больного сына, в то время как его благоверная спала непробудным сном.
Поэтому Деер немного удивился, увидев на территории за охраняемым внешним периметром (который сотрудники называли забором) перед зданием Агентства симпатичную стройную девушку лет двадцати пяти с тёмными волосами, которая выглядела растерянной и, казалось, не знала, куда идти. Деер улыбнулся и ей, не особо рассчитывая, что незнакомка это заметит, но она улыбнулась в ответ:
– Простите, вы не знаете, где здесь вход для допуска второго уровня?
Мужчина остановился и рассмотрел девушку внимательнее: зелёные глаза, веснушки, привлекательная фигура.
– Вы, наверное, программист? – В его голосе прозвучал с трудом скрываемый интерес.
– Психолог.
Вспомогательные отделы Агентства располагались в пригороде.
– Впервые здесь?
Она кивнула.
– Я провожу. – Деер мягко дотронулся до её плеча.
Идти было недалеко, и мужчина сразу перешёл к делу:
– У нас принято первое посещение центрального аппарата сотрудником с периферии отмечать совместным ужином. Вы свободны сегодня вечером?
Девушка удивлённо посмотрела на оперативника.
– Приглашаю вас в семь в «Золотой орёл». Бывали уже там?
Этот ресторан принадлежал ахматовским, которых курировал Деер, и считался одним из самых дорогих в Мегаполисе.
– Но мы только поужинаем и всё? – неуверенно спросила девушка.
Мужчина улыбнулся:
– Разумеется. Я за вами заеду, где вы живете?
– На Покорителей Сатурна, – она назвала адрес.
– В шесть заберу вас перед подъездом. И мы, кстати, уже пришли: вход здесь, по ступенькам, – Деер еще раз дотронулся до ее плеча. – До вечера!
Девушка улыбнулась.
* * *
На ней было вечернее платье, и она заставила мужчину ждать в машине совсем недолго – минут двадцать.
На въезде в «Золотой орёл» Деер предъявил охране чёрную карту ахматовских: как и многие в Агентстве, он оказывал подопечным платные услуги. Поскольку трансфер РЕдов – расчётных единиц, электронных денег – строго контролировался государством, группировка использовала собственную валюту и выпускала карты для расчётов среди своих. Деер считался своим и за посещение «Золотого орла» расплачивался ахматовской валютой с чёрной карты, а не РЕдами, как обычные посетители.
Оперативника и его гостью провели в зарезервированный только для них зал в башне, оформленный в стиле средневекового замка. Горели свечи, негромко звучала приятная музыка. Девушка была в восторге.
– А зачем в углу клетка? – поинтересовалась она.
Деер пожал плечами:
– Наверное, для диких зверей.
Слуги в средневековых одеяниях подали красное вино.
Принесли меню, напечатанное на пергаменте. Мужчина и девушка заказали блюда, приготовлением которых занялся лично шеф-повар.
– О работе говорить мы не имеем права, – Деер представлял, как его собеседница выглядит без одежды. – Поэтому давайте обсудим что-нибудь абстрактное.
Девушка с интересом осматривала интерьер: ей нравились искусная резьба по дереву, гобелены, рыцарские доспехи, мраморные вазы, бронзовые цветы.
– Вам очень идёт это платье, – оценил Деер её изысканный наряд. – Следите за модой?
– Благодарю, – она задумчиво разглядывала переливающееся в изящном хрустальном бокале рубиновым цветом вино.
Её красота сводила его с ума.
– Давайте поговорим об искусстве, – предложила девушка, удивив Деера воодушевлением и напором, неожиданно прозвучавшими в её голосе.
– Хорошо, – он не особо разбирался в высоком, но решил поиграть с собеседницей в её игру – так даже интереснее.
– Вы слышали о выставке Амелэ Керр во Дворце Вечных Искусств?
О выставке оперативник ничего не знал, но не так давно недалеко от Дворца проводил задержание.
Он попытался скрыть свою неуверенность:
– Керр – он же родоначальник неосимволизма…
– Во-первых, не он, а она. А во-вторых, это направление в искусстве называется неоскульптуризм. Амелэ Керр – первая признанная человеком женщина-андроид, получившая широкую известность как художник. Звёздам сыска было бы неплохо знать общеизвестные факты, – с усмешкой заметила девушка.
Об искусственных женщинах, которых выращивала в специальных лабораториях корпорация «Гегл» и которых его коллеги называли «супертёлками», Деер, конечно, слышал. Они стоили баснословных денег и были по карману только очень состоятельным людям. Он и не подозревал, что этот дорогой товар может рисовать так, что его работы выставляют во Дворце Искусств:
– Не знал, что эти дамы способны на что-то ещё, кроме как услаждать мужчин. Наверное, её владелец – миллиардер.
– Потому что они выращены искусственно или потому что они женщины? – иронично поинтересовалась девушка, повергнув оперативника в некоторое смущение. – Представьте себе, даже у женщин-андроидов бывают таланты и гражданские права. И им иногда удаётся добиться успеха за пределами постели.
– Я на минуту, – Деер резко поднялся из-за стола и вышел из зала.
Появились слуги.
– Вас ожидает сюрприз, – они схватили девушку, вытащили её из-за стола, отвели к клетке, втолкнули внутрь, замкнули на её нежной шее тяжёлый стальной обруч, от которого к стене тянулась цепь, закрыли дверь клетки на ключ и удалились.
Она немного испугалась. Но вскоре появился Деер – с ключом в руке. Он с интересом смотрел на спутницу с цепью на шее.
– Что все это значит?! – возмущенно спросила она.
– Мы же в средневековье. И если вы хотите, чтобы я вас освободил, вы должны исполнить моё желание.
– Вы хотите сделать это со мной прямо здесь? – растерянно прошептала девушка. – А если слуги вернутся?
– Тогда у нас будут зрители, – Деер улыбнулся. – Но не всё так страшно – вы должны меня просто поцеловать.
Он вошёл в клетку и обнял девушку.
Она начала сопротивляться, отталкивая мужчину, но с каждой секундой её движения становились всё слабее. Потом ей понравилось, и даже из клетки выходить не захотелось. Деер был ей симпатичен, да и обстановка располагала к погружению в мир животной страсти. Но девушка стеснялась заниматься сексом в ресторане, и они вернулись к столу.
* * *
Вопросов, что произойдет после трапезы, не возникло. Её молодое, стройное тело опьяняло Деера. Он отвёз девушку к себе домой, целовал её уже в лифте и, как только они вошли в квартиру, начал раздевать. Она отдалась ему страстно, горячо, самозабвенно. И осталась на ночь.
Ранним утром она выскользнула из постели, потревожив чуткий сон мужчины. Он решил незаметно понаблюдать за гостьей, которая думала, что он ещё спит. Она быстро и деловито натягивала на себя одежду, достала из сумочки медальон на золотой цепочке: в последнее время вошло в моду носить на груди электронные изображения любимых.
– Жених? – поинтересовался Деер.
Девушка вздрогнула, но быстро овладела собой:
– Мой парень.
– Для завтрака ещё рано, – улыбнулся мужчина, – да и готовить тебе его не нужно – закажу на дом. Из самого лучшего ресторана в городе.
Он крайне редко заказывал завтраки в квартиру – только тогда, когда девушка ему очень нравилась.
– Мне отчёт писать надо, – сухо ответила она.
– Работа важнее личной жизни?
– Н