Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Рассказ о том, как меня обласкала молния

Страшная гостья

На Урале наиболее грозовым месяцем является июль. Именно в этот период грозовые явления наиболее часты, а их интенсивность и мощь бывают просто поразительны. Молния – исключительно опасное явление природы. Яркие всполохи, сопровождаемые оглушительным громом, впечатляют каждого из нас. Не заметить этого явления просто невозможно по причине того, что оно само говорит о себе так, что мало не покажется.

Фото Евгения Тамплона

 

Бывая в лесах, я довольно часто видел деревья, поврежденные молнией. В большинстве своём они, отмеченные небесной карой, погибают от неё. Но бывает и так, что после разряда молнии они остаются живыми.

Однажды мне самому пришлось быть свидетелем того момента, когда молния ударила не только в дерево, но и слегка приласкала меня самого. Видимо, Божья милость по воле случая сохранили мне жизнь.

В тот день с самого утра жара стояла невыносимая: настоящее пекло. С полудня стало душно даже в тени, а под пологом высоких деревьев была просто парная баня. Я работал в сосновом бору и изо всех сил спешил закончить работу. На следующий день должен был прилететь вертолёт, а, не закончив своего дела, я не мог и думать о возвращении.

При длительной работе усталость постепенно накапливается, и очень хочется отдохнуть хотя бы немного на большой земле от комаров, мошек, оводов и ежедневных длительных переходов.

Как-никак, а уже полтора месяца прошло после заброски в тайгу. Поэтому я и торопился, игнорировал даже кратковременные перекуры, так как, не успей я к этому вертолёту, – ещё месяц придётся работать без отдыха.

Мой лесной участок был расположен на высокой сопке, так что далеко внизу сквозь раскидистые кроны деревьев иногда была видна голубая таёжная даль, скрытая белёсой дымкой.

Во второй половине дня заметил я на самом горизонте тучу. Поначалу обрадовался, думая, что смочит дождик лес и посвежее будет. Туча приближалась довольно быстро, и вскоре мне было уже не до радости, так как была она огромной, тёмно-синей, даже почти чёрной, и занимала всю ширь горизонта. Шла она необычно низко над землёй, поглощая в себя всё на своём пути.

Понимая, что страшная гостья скоро не даст мне работать и все мои мечты об отдыхе развеются как дым, я стал быстро-быстро бегать от дерева к дереву, выполняя замеры. Тем временем, огромная пасть зловещей тучи уже дышала мне в лицо ледяной влагой, заглатывая всю мою сопку снизу доверху, отчего в лесу становилось всё темнее и темнее. В бурлящем клокочущем «чреве» тучи ярко сверкали молнии и предостерегающе грохотало. Становилось как-то жутковато, но я гнал из последних сил, надеясь успеть закончить свою работу именно сегодня.

Нервный, какой-то взбалмошный ветер заполнил невообразимым шумом всё вокруг. Лес бесновался под его яростными атаками. Стволы бились друг о друга, трещали, стучали, ломались сучья. То и дело там и тут громыхал падающий наземь сухостой. Впервые видел я такую крутую «деревянную» метель: летели сверху, сбоку, снизу сучки, кора, иголки, листья и целые ветви.

Фото Евгения Тамплона

 

Ветер так и рвал мою одежду, словно был недоволен тем, что я не прячусь в укрытие от него – хозяина лесных просторов. Вот набросился он на меня первым дождевым шквалом, но я и тут не отступил и продолжал работу. Тогда он в ярости бросил мне в лицо охапку из сорванных зелёных листьев и хвои. А в грудь кинул приличный сук, но я не сдавался и продолжал выполнять задачу.

 

Ливень привёл в чувство

И вот, почти на самой вершине сопки, буквально в двух метрах передо мной, с оглушительным грохотом и треском, круша и сминая всё перед собой, обрушилась, словно подкошенная, уже давно отжившая своё, старая огромная лиственница-великан. Мощное дерево вывернуло чудовищным ветром вместе с громадным подгнившим корнем.

Мир тотчас превратился в настоящий хаос. От этого удара застонала, задрожала земля вокруг. Повсюду падали и сыпались сучья, листья, ветви. Одна секунда решила всё… Я опешил. Прервав свой бег, опомнился, но было уже поздно. Похоже, время для своего спасения упустил начисто. Туча уже накрыла собой всю сопку, и я оказался прямо в ней: в самом эпицентре формирования молний. Мир вокруг меня превратился в сущий ад.

Фото Евгения Тамплона

 

Кругом беспрестанно грохотало, бешено плясали молнии, но ливень ещё чего-то ждал и не начинался. Я перелез через упавшую лиственницу и прошёл несколько шагов. Вдруг ослепительно сверкнуло вокруг, и меня сбило с ног. На мгновение я потерял сознание, так как не помнил, как упал наземь. Очнулся, стоя на четвереньках. От яркой вспышки я ничего не видел несколько секунд. Приходя в себя, почувствовал, что челюсть моя стала вести себя самостоятельно, то есть помимо моей воли сама открылась и закрылась несколько раз. Перестала подчиняться и левая рука. Она повисла плетью. Поднялся я, словно пьяный. Ливень необычайной мощи, которой я ещё и не встречал в жизни, окончательно привёл меня в чувство. Масса воды, низвергающаяся сверху, застилала мне глаза, и я видел вокруг только мутную завесу падающей воды. Кругом оглушительно и страшно грохотало.

От штормового ветра и шквального дождя спрятался я под ближайший ствол наклонённого дерева сосны и, боясь забыть тонкости только что пережитых впечатлений, а также понимая неопределённость ближайшего будущего, стал делать записи в записную книжку. Молнии сверкали каждую секунду и даже чаще, а сила грома была таковой, что выстрел из ружья можно было бы считать звуком детской хлопушки…

 

Какая-то птаха, ошалевшая от происходящего, уселась мне на блокнот, а я держал его у самого лица, уставилась взглядом в мои глаза на секунду-другую и тотчас бросилась вниз. Забилась под мои ноги к самому основанию дерева. Через мгновение к ней прилетела вторая. Так мы и сидели втроём некоторое время.

Вскоре потоки воды стали нестерпимо холодными, и тело уже не могло сопротивляться ни холоду, ни ветру. Я знал, что это – опасное состояние организма. Чтобы не замёрзнуть окончательно, выход был только один – спуститься с сопки в долину, что я и сделал.

Шёл спотыкаясь, с трудом ориентируясь сквозь потоки воды. Так как мой путь вскоре стал пролегать между двумя сопками, по ложбине, то пришлось мне идти по пояс в дождевой, вновь родившейся речке. Мимо меня плыли сучки, кора деревьев, листья, небольшие брёвна, кое-где попадались плывущие мыши, бурундуки и ревел среди камней поток мчащейся вниз воды…

 

 Не обязательно в высокое

А на следующий день вертолёт не прилетел из-за грозы. И я спокойно закончил все свои дела. Рядом с тем местом, где передо мной упала лиственница, примерно в десяти шагах от неё, обнаружил я дерево, по которому ударила молния. Это была сосна. Получается, мне крупно повезло. Из-за упавшей лиственницы я приостановился на мгновение. А если бы не задержался, то у поражённого молнией дерева я был бы через несколько секунд, то есть как раз в момент удара разряда молнии. Не дошёл до дерева всего пять-семь метров. Благодаря этому, молния меня лишь слегка обласкала.

При осмотре дерева, которое поразило молнией, я обнаружил, что сплошная, обожжённая до луба полоса шла сверху-донизу вдоль всего ствола дерева, а вырванная разрядом молнии кора была раскидана на расстоянии пяти метров от него. Земля под полосой была словно взрыта небольшим взрывом глубиной до десяти сантиметров.

В последующем я стал наблюдать за этим деревом. Вначале у него стала бледнеть хвоя, к осени крона дерева пожелтела, и оно стало сухостойным. Дерево это было не из высоких, а даже чуть пониже близстоящих, и всё равно молния ударила именно в него. Такая тенденция подтвердилась при дальнейших наблюдениях за погибшими от молнии деревьями – грозовой разряд в лесу не обязательно ударяет в самое высокое дерево.

_389A0167

Ещё я помню, что в этот же самый день в городе Свердловске около кинотеатра погибло двое жителей от удара молнии, то есть грозовой фронт прошёлся тогда по всей области. Вот такие дела: сверху видней, кому ещё пока следует походить по земле, а кому уже нет.

 

Вернуться  в Содержание журнала



Перейти к верхней панели