Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Это рукописное Евангелие конца XVI века было поднесено Императору Александру II крестьянином из старинного уральского села Юго-Осокино, переданное в своё время церкви Сретения в Очерском остроге крупным промышленником и купцом Никитой Строгановым.

Обрез рукописного Евангелия с изображениями святых

 

Братья Никита и Максим Строгановы сыграли выдающуюся роль в освоении Сибири. Им принадлежит замысел, организация и снаряжение похода Ермака на Сибирское ханство. Брат моего отца Евгений Михайлович Курочкин (1922–1992 гг.) родился и жил в Юго-Осокино (ныне Калинино). Он работал в средней школе учителем истории и немецкого языка. Много лет он занимался сбором материалов по истории родного села и роде Курочкиных. Копии собранных им материалов он передал моему отцу – уральскому писателю и краеведу Курочкину Юрию Михайловичу. В том числе: машинопись «К истории рода Курочкиных», рукописная копия записей в настольном календаре его прадеда Афанасия Николаевича Курочкина. На страницах настольного календаря на 1875 год (под редакцией А. Гатцука) Афанасий Николаевич с 1875 по 1888 год вёл записи общественных, семейных событий и природных явлений.

Календарь Гацука

 

Древние рукописи

В этом календаре меня заинтересовала запись о событии 22 мая 1858 года: «За представление (древней рукописи) в Императорскую публичную библиотеку книги под названием «Древние рукописи Церковный устав» всемилостивейше пожалованы Господином Министром Императорского двора Золотые часы с цепочкою, при оных диплом».

Началась переписка с Российской национальной библиотекой, бывшей Императорской публичной библиотекой. Трудами её работников и благодаря их интересу к истории библиотеки была найдена переписка директора библиотеки барона Корфа с Министерством Императорского двора по фактам подношения крестьянами Курочкиными древних рукописных книг и рукописей.

Действительность оказалась богаче на события, переписка Министерства Императорского двора с крестьянами Курочкиными продолжалась в течение 1856–1860 годов, и этот дар оказался не единственным. За подношения древних рукописей в Императорскую публичную библиотеку крестьяне Курочкины были пожалованы золотыми часами неоднократно.

Первым получившим золотые часы от Министерства Императорского двора в сентябре 1856 года был Гурий Николаевич Курочкин (Николаев) – старший сын Николая Михайловича Курочкина за рукописное Евангелие XVI века.

Верхняя крышка, средник с изображением Распятого Христа

 

В 1858 году Афанасий Николаевич преподнёс древнюю рукопись «Церковный устав» и был пожалован золотыми часами. В феврале 1859 года старший сын Гурия Николаевича Анатолий получил золотые часы за подаренную им древнюю рукопись Певческого крюкового обихода. Неожиданными для меня стали заслуги Николая Михайловича Курочкина, трудами которого были приобретены и сохранены старинные рукописные книги и рукописи.

Достоверно, в деталях, невозможно восстановить события в Юго-Кнауфском заводе, но, основываясь на фактах в записях в настольном календаре Афанасия Николаевича, в воспоминаниях Евгения Михайловича и в рапортах Гурия и Афанасия Курочкиных, посланных ими Министру Императорского двора, я построил свою версию этих событий. При изложении материала я стремился максимально использовать подлинный текст работ Евгения Михайловича или записей настольного календаря 1875 года.

 

Юго-Осокино – родина Курочкиных

В первые годы царствования Анны Иоановны монастырские крепостные крестьяне Осокины, разбогатевшие на торговле мукой и крупами, получили разрешение на строительство медеплавильных заводов в Пермской губернии. В 1733 году завод, построенный на реке Юг, выплавил первые 140 пудов меди. Завод назывался Юговским, так как был построен на реке Юг («Юг» на языке коми значит «река»). Впоследствии завод получил наименование Юго-Осокинский – по имени хозяев завода, затем Юго-Кнауфский – по имени нового владельца Кнауфа, с началом «германской» войны 1914 года вернувший имя Юго-Осокинский. В 1952 году посчитали, что недостойно селу носить имя заводчиков Осокиных и переименовали его в честь известного советского деятеля – в село Калинино.

Калинино (Юго-Осокино).Плотина на реке Юг.

 

Работные и мастеровые люди были набраны из разных мест России. Больше всего из Балахнинского уезда Нижегородской губернии. В их числе были и мои прародители по мужской линии Красных, а по женской линии – три мои прабабушки, родившиеся в XVII веке, были из рода Ситниковых Казанской губернии. Большинство переселенцев из Нижегородской губернии были староверами, которых официальная церковь считала раскольниками. Поэтому записи о семьях староверов в церковных метрических книгах отсутствуют, единственным источником сведений об их семьях стали ревизские сказки. По их записям можно установить место проживания и только приблизительно год рождения.

Калинино (Юго-Осокино) на реке Юг. Вид на монастырь Белая гора.

 

Запись в ревизской сказке 1762 года о родоначальнике рода Красных-Курочкиных, переселившегося с семьей в 1744 году в Юго-Осокино из Нижегороской губернии: «Афонасей Захаров сын Красных девяносто шести лет. У него жена Евдокея Трофимова дочь шестидесяти лет взятая Балахонского уезду дворцовой Заузольской волости деревни Бурдуковы у крестьянина Трофима Иванова по добровольному договору без крепости…» 

Афанасий Николаевич Курочкин в Юго-Кнауфском заводе с супругой Анной Ефимовной и детьми и зятем Степаном Ситниковым. Архивное фото 1874 года.

 

За его праправнуком Афанасием Николаевичем, родившимся в Юго-Кнауфмском заводе 10 января 1825 года, окончательно закрепилась фамилия Курочкин. Это был, несомненно, самый интересный человек в роде. Его мать Матрёна Ивановна, в девичестве Ситникова (1787–1862), была дочерью Ивана Трофимовича Ситникова (1758–1836), который был братом пугачёвского сотника Гаврилы Трофимовича Ситникова.

Купеческий дом Афанасия Николаевича Курочкина в селе Калинино

 

Афанасий Николаевич оказался энергичным и наиболее удачливым из Курочкиных. Он занимался торговлей и предпринимательством, избирался сходом села волостным старшиной, строил дома, которые до сих пор в отличном состоянии и служат людям. (фото 5, 5.1. Дом Афанасия Николаевича в селе Калинино)

Родовой знак на доме Афанасия Курочкина в Калинино

 

Рукописи старообрядцев

При Алексее Михайловиче получила развитие идея объединения под сенью Русской державы всех православных народов. А для этого церковные тексты, литургия и обряды должны были быть едиными, как у греков. Выбранный на патриарший престол Никон начал в 1650-х годах церковные реформы, направленные на изменение обрядовой традиции в целях её унификации с греческой.

Значительная часть верующих выступила против нововведений в обрядах и исправлений в церковных книгах. В мае 1667 года собор русских и восточных епископов объявил раскольниками всех верующих русских людей, которые отказывались принять новые обряды и продолжали пользоваться старыми богослужебными книгами.

Реформы вызвали раскол церкви, что повлекло возникновение старообрядчества. Началась борьба с приверженцами старых обрядов. Книги, напечатанные до решения собора 1667 года, признали раскольничьими и еретическими. Книги старой печати отбирали и сжигали.

С того времени эти рукописные и «старопечанные» книги стали предметом особой заботы старообрядцев. Их книги сохранялись в раскольничьих скитах, старообрядческих часовнях и семьях. Во время переселения на Урал для работы на строящихся горных заводах старообрядцы везли с собой иконы старого письма и священные «дониконовские» книги.

Кардинальное изменение правового положения старообрядцев произошло лишь при Екатерине II, которая уравняла в юридическом статусе всех старообрядцев с остальными своими подданными. В марте 1798 года Император Павел I издал указ, который разрешал старообрядцам строить свои храмы.

 

«Гнездо» в Осинском уезде 

Иван Петрович Осокин, ставший в 1757 году владельцем всех медеплавильных заводов Осокиных на Урале, терпимо относился к старообрядцам, по некоторым источникам даже оказывал им покровительство. До 1816 года управляющими заводом «преемственно один после другого были раскольники Перситины». По оценке епархии, «здешние раскольники имели влияние на других единомышленников в соседних заводах чрез сношения, родство и дружеския связи с ними, почему и справедливо признается Юго-Осокинский завод первоначальным гнездом раскола в Осинском уезде».

Старообрядческая община завода, воспользовавшись разрешением властей и особым покровительством заводского руководства, построила свой «собор (часовню)», обустроив его иконостасом с иконами в древнем греческом стиле, рукописными и древнепечатными книгами и церковной утварью. Часовня стала местом постоянных собраний старообрядцев – их духовным центром, где проповедовали и совершали богослужения. Имея поддержку со стороны администрации завода, старообрядцы не только ревностно охраняли свои религиозные убеждения, но и активно распространяли их среди «потаённых раскольников» и православного населения.

В годы правления Императора Николая I веротерпимость осталась в прошлом, наступило время новых испытаний для последователей старой веры. Для принуждения старообрядцев к переходу в подчинение православной церкви 17 сентября 1826 года было принято постановление, по которому старообрядцам запрещалось строить новые молитвенные дома, «исправлять» (ремонтировать) старые. Закон давал властям формальный повод для закрытия практически любого молитвенного сооружения староверов.

Укрепление влияния старообрядцев в Юго-Кнауфском заводе (бывшего Юго-Осокинского) серьёзно беспокоило Пермского епископа Аркадия и управляющего заводом Богдана Кенига. В 1833 году с целью утверждения православия был заложен в центре завода каменный Свято-Троицкий храм. Через три года администрация завода закрыла старообрядческую часовню и семь лет она простояла под замком. Строительство Свято-Троицкой церкви часто останавливалось из-за перебоев в финансировании. В 1843 году остановились работы по кладке стен холодного храма и купола нового храма. Тогда же было приняло решение о ликвидации часовни старообрядцев с конфискацией хранившихся в ней икон и книг.

Об этом событии сохранилась запись в календаре Афанасия Николаевича от 20 августа 1843 года. Конфискованные иконы на завершающем этапе строительства украсили внутреннее убранство Свято-Троицкого православного храма. Древние же церковные книги XVI–XVII веков выкупили зажиточные старообрядцы с завода. В их числе был и Николай Михайлович Курочкин, отец Афанасия. Приобретение Николаем Михайловичем древних рукописей и книг из закрытой часовни старообрядцев подтверждается Афанасием Николаевичем в его рапорте в Министерство Императорского двора.

 

Всемилостивейше пожалованы

Николай Михайлович умер в 1850 году и все свои десять древних книг завещал наследственно детям и внукам. Наиболее древнюю книгу Евангелие XVI века он завещал старшему сыну Гурию. В июле 1856 года Гурий отправляет почтой в Петербург посылку с Евангелием и рапорт.

Рассчитывал ли Гурий, что за подношение рукописного Евангелия он получит щедрый подарок? Думаю, нет. Скорее, он заботился о сохранении ценного свидетельства для потомков. Гурий был одарённым и грамотным человеком. В 1858 году он убеждал младшего брата Афанасия, сына и сослуживца Серебрякова, также передать принадлежащие им книги в Императорскую публичную библиотеку.

Две металлические фигурные застежки на кожаных ремнях

 

Прошло три месяц, и в Кунгурскую почтовую контору прибывают посылка и письмо из Канцелярии Министерства Императорского двора: «Канцелярия Министерства Императорского двора по приказанию его Сиятельства Господина Министра объявить крестьянину Гурию Николаеву, что представленное им рукописное Евангелие передано для хранения в Императорскую публичную библиотеку, а ему за представление этой рукописи Всемилостивейше пожалованы препровождённые при сем золотые часы с цепочкою».

Афанасий Николаевич с подаренными золотыми часами и дочь Павла. Архивное фото 1859-1861 г.г

 

Работники Императорской публичной библиотеки сохранили эту книгу, а в наше время работники Российской национальной библиотеки нашли то самое Евангелие, отправленное Гурием в Петербург, с его печатью на последней странице. Этот экземпляр Евангелия написан в 1570–1580 годах. Размер 15×8,5 см. Переплёт: доски, обтянутые шёлковой тканью, фон зелёный, цветочный рисунок многоцветный. К верхней крышке приклеены деревянные фигурные наугольники, на которых находятся красочные изображения символов евангелистов, средник с изображением Распятого Христа с предстоящими женами-мироносицами.  Содержание книги: Предисловие, включающее молитву перед чтением Евангелия. Четыре Евангелия (от Матфея, Марка, Луки и Иоанна). Месяцеслов и указатели евангельских чтений. По нижнему полю листы 1–19 скорописью «Лета 7106 (1598 г.) сия книга домовая церковная Сретения Господа Бога… по Каме реке на Очере положение Никиты Григорьева сына Строганова в своей вотчине». Последний лист с печатью Гурия Николаева (Курочкина).

Лист с печатью Гурия.

 

Ценность рукописи определяется не только её древностью или редкостью, не только сохранностью или качеством переплёта. Немаловажное значение имеет тот факт, что она принадлежала одному из братьев, первым в роду Строгановых «именитым людям». Это рукописное Евангелие Никиты Григорьевича Строганова упомянуто в ежегодном отчёте Императорской публичной библиотеки за 1856 год.  

Через два года 4 марта 1858 года Афанасий Николаевич посылает в Петербург древнюю книгу «Церковный устав» и рапорт. Почему она была отправлена спустя два года? Скорее всего, Афанасий Николаевич, как человек глубоко верующий, дорожил этой книгой, перешедшей ему по наследству от отца. Принадлежав к старообрядцам, он сознавал, что книга описывает истинные правила и порядки церковной службы, которые он признавал единственно верными.

Золотые часы. Подарок от Императорского двора

 

И вот, в последней декаде мая, всего через три месяца приходят долгожданное письмо и посылка из Петербурга. К радости Афанасия Николаевича, обращение в Петербург увенчалось успехом, он получил золотые часы с цепочкой и ключиком для перевода стрелок и заводки пружины (золотые часы фирмы Мозер)

Часы с цепочкой

 

В архиве моего отца Юрия Михайловича сохранились фотокопии снимков Афанасия Николаевича с подарком Императора.

Семейный снимок

 

Вскоре, после отмены крепостного права, Афанасия Николаевича выбирают старшиной Югокнауфской волости единогласно.  С усердием в 1880-е годы исполнял он свои обязанности (отбывал свою очередь) в уездном центре Осе в качестве присяжного заседателя. Развивалась и его предпринимательская деятельность. В 1877 году Афанасий Николаевич перешёл с семейством в купеческое сословие и получил купеческий паспорт 2-й гильдии. С 1885 года он – попечитель нового училища, был удостоен «высочайшей награды от Государя серебряной медалью съ надписью «за усердіе» для ношения на шее на Станиславской ленте». 

1862 волостной старшина Курочкин

 

Под конец жизни Афанасий Николаевич со своими одноверцами задумал строить и новую церковь, заложив при её закладке золотую монетку. Этот человек доброй воли оставил после себя многочисленное потомство, включая четырнадцать внуков. Одному из его многочисленных правнуков – Михаилу Павловичу – предстояло в 1934 году стать моим дедушкой…

Серебряная Медаль За усердие для ношения на шее со Станиславской лентой

 

Вернуться в Содержание журнала



Перейти к верхней панели