Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

В небольшом кабинете худощавый высокий мужчина неподвижно смотрел на черный экран. Маленькие зеленые лампочки очерчивали границы страны, территория которой была похожа на море в тихую безлунную ночь: неподвижная и темная.
Вдруг на мгновение вспыхнул огонек. Мужчина открыл большой журнал, лежащий на столе, записал в него что-то и продолжил всматриваться в черноту экрана.
В кабинет вошел полковник, мужчина даже не пошевелился.
– Ну, что, Василий, есть новости?
– Последний сигнал буквально только что. В семнадцать ноль девять, – мужчина показал пальцем на место, где только что была вспышка.
– А связь?
– Да, нет контакта, товарищ полковник. Петр Серафимович ворчит, пытается ретранслятор сделать, но без исходников никак.
– Хм, ясно. Сегодня отчет у генерала. Тогда скажу, что без изменений.
– Угу, – кивнул Василий, продолжая неотрывно смотреть на экран. Затем, слегка скосив глаза на полковника, тихо произнес. – Николай Андреевич, сделайте что-нибудь. Надо Олега вытаскивать оттуда. Чертовщина же какая-то получается.
Полковник молча направился к двери. Уже у самой двери он повернулся, кинул последний взгляд на темную карту и устало произнес.
– Работаем, Вася, работаем. Главк еще двух спецов выделил, аналитику путей и связей делают. Может Петру Серафимовичу это что-то прояснит.
Полковник вышел, экран мигнул еще раз, и Василий сделал очередную запись.
Олег осторожно приоткрыл глаза, крепко сжимая в руке смартфон. Первое, что он увидел перед собой – асфальт. Обычный серый асфальт. За спиной и по бокам он чувствовал присутствие других людей, сзади слышалось тяжелое дыхание.
Олег осторожно приподнял голову и увидел склонившихся в вечерней молитве мусульман. Сам он тоже стоял, упираясь коленями в расшитый орнаментом намазлык1.
«фу, слава Богу…или теперь правильней Аллаху, – подумал про себя Олег и усмехнулся. – Теперь осталось выяснить, кто я, да поскорее понять задачу».
Олег путешествовал уже третий месяц, с тех пор как было принято решение в деле проверить «Трансформатор реальности». Предполагалось, что он решит простенькую задачу и вернется. Олег быстро устранил небольшую проблему, в Центре приняли отчет и ему оставалось только вернуться обратно, но что-то пошло не так. Это небольшое устройство, внешне ничем не отличающееся от обычного дешевого смартфона дало сбой.
«Трансформатор реальности» – новая разработка секретного отдела, в котором работал Олег. Именно он первым сформулировал идею устройства, позволяющего незаметно внедряться в социальные общности. Уже потом группа физиков во главе с Петром
Серафимовичем придумали, как должна изменяться материя, чтобы владелец трансформатора на какое-то время стал другим человеком.
Олег не знал, что происходит с субъектом, в которого он внедряется. Как ему объяснили, человек находится в состоянии, напоминающем сон, а потом просто просыпается и продолжает жить обычной жизнью, даже не подозревая, что его кто-то замещал. Так это или нет, поди разбери. Правду-то у нас никто не скажет, каждая вторая информация под грифом «секретно».
Зато Олег точно знал, что должно было происходить с ним после того, как он делал сэлфи на смартфон. Вася, молодец, выбрал отличное решение запускать действие «Трансформатора реальности» через фотографирование себя. При нынешней моде, где бы Олег ни оказался, он мог, не привлекая внимания, совершить сэлфи-скачок и вернуться домой. Тогда все так и было.
Смартфон показывал еще пару часов до трансформации, и он доставил себе удовольствие пойти на хоккей, чтобы насладиться тем, как в полуфинале их парни порвут этих задиристых сибиряков. Строго по инструкции, когда на экране трансформатора пошла последняя минута, Олег сделал сэлфи на переполненном орущем стадионе. Никто не обратил на него никакого внимания.
Олег во второй раз почувствовал состояние полета, в голове словно калейдоскоп замелькали тысячи картинок. Через мгновение он должен был оказаться в кабинете своего отдела в управлении, откуда он исчез каких-то двенадцать часов назад. Олег снова стал бы капитаном Завьяловым Научно-исследовательского подразделения Сектора новых разработок Федеральной Службы Безопасности России: высоким, крепким, черноволосым офицером в форменном костюме. И наконец-то перестал бы быть хлюпиком журналистом в клоунском наряде и дурацкой прической из мелированных волос. Но вместо строгого кабинета он открыл глаза в грязном плацкартном вагоне поезда.
Так началась его незапланированная командировка.
Молитва завершилась. Мужчины медленно поднимались и, тихо переговариваясь, расходились. Олег спрятал смартфон в карман рваных джинсов и поправил рюкзак за спиной. «По крайней мере я спортивный молодой человек, так работать будет проще», – обрадовался Олег и ощутил крепкий удар по плечу.
– Ассалаумагалейкум, досым!
– Уагалейкумассалам, – на автомате ответил Олег и повернулся.
Ему улыбался приятного вида казах лет двадцати. Олег заулыбался, обнял юношу и несколько раз похлопал его по спине.
– Привет, дружище, – он не только хорошо владел несколькими языками, на которых говорили народы России, но и знал психологию и культуру различных социальных групп. Это было необходимо, чтобы проект с трансформацией не провалился.
– Арман, хорошо, что я тебя увидел. Если ты свободен, то хочу тебя познакомить со своими новыми товарищами. Недавно в универе…
Казах болтал без умолку, а Олег задумчиво шел рядом.
Смартфон показывал 3 дня 6 часов 11 минут. Именно столько ему было отведено, чтобы выяснить, зачем трансформатор реальности закинул его сюда, и решить проблему.
Как говорилось в докладе Петра Серафимовича: «Прибор сам выявляет наиболее опасные точки напряженности в обществе и внедряет исполнителя в одного из субъектов проблемной общности. Обратный порт для трансформации открывается после решения
проблемной ситуации в отведенный временной отрезок». Другими словами, если Исполнитель, то есть Олег, не выполнит задачу за указанное время, то трансформатор не сможет вернуть его назад. А, значит, он навсегда останется в образе студента Армана из провинции.
Олег украдкой бросил взгляд в стекло припаркованного джипа, чтобы рассмотреть себя. На него смотрел крепкий симпатичный молодой человек скорее европейской, чем азиатской наружности. Боковым зрением он заметил группу школьников, которые замахали руками в их сторону и закричали издалека: «Привет, Бауржан!». Попутчик Олега обернулся на звонкие голоса ребят, расплылся в улыбке и направился к ним.
«Ну, вот, имя друга и свою внешность выяснили, уже легче», – думал Олег, бодро шагая рядом с товарищем.
Правда с каждым сэлфи-скачком в трансформаторе что-нибудь отказывало. Отваливались нужные функции, без которых его миссия становилась все сложнее и невыполнимей. Благо сейчас уже ломаться нечему: постановки задачи нет, отчеты в Центр не отсылаются, сигнал об успешном завершении дела не подается. Так что только опыт, изобретательность и хорошая подготовка пока позволяют Олегу продолжать свой путь домой и надеяться, что следующая фотография перенесет его в родной отдел.
Олег и Бауржан подошли к школьникам. Те напустили на себя серьезный вид, чинно поклонились и обратились к Олегу: «Здравствуйте, Арман Сергеевич. Как поживаете?»
Услышав бодрый ответ Олега: «Спасибо, ребята, не жалуюсь. А вы как?», – подростки дружно расхохотались.
Бауржан перекинулся со школьниками парой фраз, тепло попрощался, и они разошлись. Подростки пошли в сторону мечети, а Бауржан с Олегом – на автобусную остановку.
– Чего это они так официально? – вскользь спросил Олег, про себя отметив, что его предположение о своей внешности было верным. Смешанный брак – весьма распространенное явление в регионах, где все хорошо с национальной политикой. Студент, которым он стал, результат такого межнационального союза. Отсюда и такое странное сочетание «Арман Сергеевич».
– Ты что не помнишь? – черные брови Бауржана поползли вверх. – Ты же в лагере моим ребятам разрешил к тебе только на «Вы» и по имени-отчеству.
– Да, ладно! – воскликнул Олег и повернулся к Бауру. – Напомни.
Студент рассмеялся.
– Цитирую: «Это будет так, чтобы кое-кому не казалось, что сочетание Арман Сергеевич плохо звучит».
Олег улыбнулся.
– Да, точняк. Я и забыл. Слушай, Баур, куда мы двинем сейчас? Что-то я не понял.
Олег всегда старался сразу после перемещения много контактировать с местным населением, чтобы быстрее перенять манеры, привычки, сленг. Тут вроде бы ничего особенного. Обычный стиль общения университетской молодежи. Причем, судя по всему, положительные ребята, без сильных залетов. Эти вряд ли какую-нибудь экстремистскую гадость станут распространять.
Бауржан что-то рассказывал о новых друзьях, с которыми он познакомился в спортзале. Объяснял, куда они сейчас поедут, называя какие-то улицы и торговые комплексы для ориентира. Олег поддерживал беседу больше невербальными знаками, то улыбался и кивал, то хмурил брови и рассержено жестикулировал, вставляя короткие рассуждения по какому-нибудь
вопросу. Так у собеседника создавалось ощущение активной беседы, а Арман бы не выглядел сильно странным. Олег уже итак поймал пару удивленных взглядов Бауржана, услышавшего от друга нетипичные речевые обороты.
Ну, ничего. Скоро Олег освободится, приедет домой (благо база данных с полным досье на Армана исправно подгружалась в трансформатор), изучит компьютер студента, социальные сети, переписку, фотографии и все станет ясно: и какие любимые словечки использовать, и как к другу обращаться. А-то от «Баура» его прям перекосило.
Они ехали в автобусе через весь город. Олег сразу узнал его по знаменитой мечети, прекрасным зданиям и красавице реке. Еще одно замечательное место для жизни и работы. После тяжелого предыдущего сэлфи-скачка, когда он попал в колонию, чтобы узнать заказчиков громкого дела, капитан Завьялов наслаждался общением с хорошо образованным, неиспорченным, интеллигентным мальчиком.
Бауржан привез его в квартиру типичной высотки на окраине. С Олега мигом слетела расслабленность и беззаботность, когда он только увидел «друзей» Баура. Слишком хорошо он знал этих ребят и механизмы вербовки.
Арман сидел на диване, улыбался новым знакомым и мало разговаривал от стеснения, а Олег в это время с ужасом рассуждал.
«Уже и до сюда добрались! И ведь ничего им не предъявишь. Сидят молодые мужчины, общаются, обычная беседа хороших знакомых, а в ней методично и осторожно подменяются фундаментальные основы веры. Да, работы нашим митрополитам и муфтиям сейчас невпроворот. На какую же болевую точку они надавили этому умному и открытому парню, что он сейчас с восхищением смотрит на этих новых «друзей» и ловит их каждое слово?».
Минут через сорок Бауржан и Арман возвращались домой. Олег сослался на боли в животе и попросил друга показать обратную дорогу. Ребята извинились перед хозяевами и уехали. Теперь Олег успокоился. Задача была ясна. Нужно было выяснить слабость Баура и избавить его от влияния новых знакомых. Хоть и хорошая у них подготовка, а у него все равно лучше.
Трансформатор всегда очень странно ставил задачи. Вроде бы Олег вмешивался в жизнь всего одного человека: то спасал на демонстрации жизнь молодой девушке, то вывозил из забытой Богом деревни гения ракетостроения с его чертежами, теперь вот устраивал жизнь студенту. Но последствия касались жизни целой страны. Мирная акция протеста не переросла в побоище с жертвами в центре столицы. В условиях внешних угроз был оперативно налажен выпуск новых моделей вооружений. От сегодняшней миссии зависела жизнь и самого Бауржана, и жизни сотен мирных граждан. Пара тройка месяцев, и взрыв может раздастся где угодно.
Взаимосвязь всех этих процессов объясняли ему специалисты по социальному моделированию и историки, привлеченные к работе над новой разработкой. Но Олег все равно считал, что делает слишком мало для безопасности государства. Поэтому, если оставалось время, он всегда подкидывал информацию, которую узнавал, местным коллегам. Чтобы бандитам, идеологам, коррупционерам и фанатикам жизнь малиной не казалась. Это было уже не по инструкции, но согласовывать свои действия ему все равно было не с кем.
В секретном отделе Василий, худощавый высокий мужчина, сидя перед электронной картой страны, слушал молодого лейтенанта.
– Василий Анатольевич, прошу передать данные для командировки в деревню Успенка, что в двухстах километров от Омска. По отчетом аналитиков есть основания полагать, что возвращение инженера Хвостова в КБ не случайно. Если капитан Завьялов там был, то опрос свидетелей может дать новую информацию. Тем более пятьдесят жителей всего, я с каждым поговорю.
Василий кивнул, пролистал свой журнал наблюдений на пару недель назад, переписал какие-то цифры, координаты и передал листок лейтенанту.
Олег шел на аузашар2 к Бауржану. До сэлфи оставалось где-то полчаса. Когда он трансформируется, Арман очнется на празднике в кругу друзей, а куда попадет сам Олег неизвестно.
В итоге все оказалось с одной стороны – просто, с другой – труднее, чем он предполагал. Баур не был увлеченным фанатиком или скрытым боевиком, а всего лишь – влюбленным юношей, чьи родители не одобряли его дружбу с русской девушкой. Вот он и попал в сети «ловцов душ», которые знали ответы на все вопросы и обещали устроить ему счастливую жизнь. Объяснить, куда его толкают новые знакомые, и сбросить пелену с глаз Баура было просто.
А сложность была в том, что Олегу пришлось вмешиваться в семейный уклад и менять установки родителей Бауржана, чтобы они позволили молодым самим строить свою жизнь. Это была очень сложная психологическая работа, которую он не любил. Куда с большим удовольствием он бы вмазал этим «друзьям» и сдал их куда следует.
Капитан Завьялов улыбнулся, представив эту картину. У калитки дома, к которому он направлялся, Олег увидел счастливого друга с любимой девушкой. Бауржан бережно вел ее в дом знакомить с родителями. Олег еще раз нетерпеливо посмотрел на часы. Он ждал и верил, что через двадцать минут окажется наконец-то дома.
Полковник смотрел на генерала, перед которым лежал его отчет. Тот задумчиво постукивал пальцами по столу, отбивая «Прощание славянки».
– Я вижу, что работа продвигается, но очень медленно. Нам нужны доказательства эффективности «Трансформатора реальности» и перспективности идеи для дальнейшей разработки.
– Мы делаем все, чтобы вернуть его назад.
– Значит нужно делать больше! Хоть родственники наших сотрудников и не задают лишних вопросов, но убедить их в полугодовой командировке без возможности связаться будет очень сложно.
– Так точно, товарищ генерал! Разрешите идти?
– Иди, Николай Андреевич. И скажи своим ученым, чтобы визуализировали результаты его деятельности. Он там явно уже на внеочередное звание наработал.
Полковник медленно встал и вышел из кабинета. Ритм военного марша оборвался, генерал зашелестел страницами и еще раз перечитал досье на капитана Завьялова.
За неделю Олег привык к шуму токарного цеха. Пожалуй, эта миссия была одной из самых сложных. Сначала он думал, что дело только в бунте, который устроили рабочие-вахтовики, не получившие обещанных денег. А все было гораздо сложнее.
К каким последствиям привел бы брак на заклепках атомных подлодок даже страшно представить. Саботаж? Халатность? Диверсия? Олег добрых пять дней прорабатывал эти варианты, пытаясь найти зацепки. А когда понял истинную причину – его охватил ледяной ужас. Если уж на военном предприятии такое случается, то чему удивляться, что падают космические корабли, и экономика беспомощно барахтается, пытаясь вылезти из кризиса.
К Олегу, стоявшему в самом дальнем углу большого производственного цеха, подошел молодой холеный хлыщ с золотыми запонками на рубашке и серьгой в ухе. На фоне работяг, снующих туда-сюда по цеху, он выглядел морской жемчужиной в банке гвоздей. Они обменялись с Олегом несколькими фразами, скабрезно посмеялись над роликом в айподе хлыща. Затем собеседник пожал на прощанье руку и продолжил свой путь по цеху.
Капитан брезгливо провожал взглядом молодого человека. Непрофессионализм вот таких «элитарных» мальчиков с зарубежными дипломами, севших в кресло начальника для хорошей записи в трудовой и старта своей стремительной карьеры, чуть было не привел к сотням человеческих жертв и сломанных тюрьмой судеб настоящих специалистов.
Тяжелее всего Олегу было играть роль закадычного дружка из «золотой тусовки», и всю неделю ощущать на себе тяжелые и презрительные взгляды инженеров-мастеров, опытных расточников и совсем молоденьких слесарей-сборщиков, каждый из которых знал и любил свое дело.
Олег посмотрел на смартфон – до перемещения осталось всего пара минут. Он все еще сомневался, произойдет трансформация или нет. Вдруг все-таки дело не в мальчиках-мажорах, которые с завтрашнего дня уходят на повышение совсем в другую структуру.
«Наверное, их еще и наградят за доблестный труд. Ну, уж явно не этих работяг, которые тут впахивают по несколько месяцев без выходных, чтобы обеспечить достойную жизнь своим семьям», – горько усмехнулся Олег.
Как говорил подполковник на спец дисциплинах: «Мир несправедлив – запомните это! Не всегда мы можем наказать преступника, но мы можем сберечь жизнь гражданам страны. Делайте, что должны, а решения – пусть остаются на совести старших по званию». Молодыми курсантами они смеялись над этими словами, но за годы работы Олег не раз вспоминал фразу старого подполковника. Она помогала ему продолжать работать на благо страны и ее жителей, когда становилось совсем невмоготу от своих «секретных» знаний.
Капитан Завьялов еще раз бросил взгляд на экран смартфона и, зажмурившись, сделал снимок. Цех исчез, и трансформатор реальности потянул его за собой в неизвестность.
– Смотри-ка, лейтенант, каких успехов твои ровесники достигают! – Василий взял со стола газету и зачитал. – Сегодня в торжественной обстановке медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» второй степени за многолетний добросовестный труд и большой вклад в развитие военно-промышленного комплекса страны был награжден двадцатипятилетний сын…»
Лейтенант вскинулся и перебил:
– Ну, правильно, если бы я сыном олигарха был, то тоже сейчас не мотался бы по сибирским деревням. А уже…, – лейтенант почесал голову, придумывая вариант.
Василий расхохотался.
– Ты бы уже застрелился от такой жизни…Рассказывай, что разведал.
– Подробно все в отчете расписал. А если кратко, то капитан Завьялов был там. Деревенские пацаны рассказали, что у их егеря дяди Миши откуда-то смартфон взялся. Просили показать – не дал, и в лес с собой не взял. В-общем, странный был несколько дней, пока с чудиком-инженером в город не уехал. Вернулся назад один и без смартфона, но зато прежним.
Василий задумчиво кивнул. А лейтенант бросил взгляд на изредка мигающее табло с картой страны за спиной офицера.
– Василий Александрович, говорят, Вы синхронизировали сигналы и потенциальные результаты работы Трансформатора?
– Да, теперь автоматика сразу передает в лабораторию Петру Серафимовичу любую активность. Хоть что-то налаживаться стало. Только как его вызволить из этой другой реальности по-прежнему нет ответа.
Олег мчался в новой иномарке по центральным улицам города. Он мельком взглянул на потертый смартфон, стоявший в изящной подставке на панели приборов. До безграничной свободы и безоблачной спокойной жизни оставалось чуть более полусуток.
Олег решил, что больше не воспользуется трансформатором реальности почти сразу, как только очнулся в образе чиновника средней руки. Раскрыть коррупционную схему и сделать так, чтобы безопасности региона ничего не угрожало, с его опытом было проще простого. Он справился с задачей, для решения которой его забросил сюда трансформатор, за каких-то пару дней. На смартфоне тогда даже высветилась надпись об успешном завершении миссии. Видимо все-таки отдел что-то делал, чтобы починить устройство и вернуть его домой.
Но Олег уже не верил, что когда-нибудь вновь станет капитаном Завьяловым. Он прекрасно знал, что финансирование заканчивалось в этом месяце. Без видимых результатов разработку отдела признают неперспективной и проект закроют. А какие уж тут результаты, если Исполнитель так ни разу и не вернулся в управление после выполненного задания.
В кармане дорогого костюма нежно запел айфон последней модели. В динамике раздался голос его молодой секретарши, которая называлась здесь какой-то красивой должностью.
– Евгений Сергеевич, Вы, когда будете? Вы не забыли о совещании у министра?
– Нет, спасибо. Я помню, уже подъезжаю.
Олег отключился и бросил взгляд в зеркало. На него смотрел видный мужчина средних лет. Вполне подходящая внешность, подкачаться только чуть для полной гармонии. Это был идеальный мир, в котором он останется. Сейчас в министерство на полчасика, а потом уже и на обед можно ехать.
Евгений Сергеевич был одним из небольших начальников в разветвленной структуре местной власти. Его лицо не мелькало в телевизоре и было плохо известно федералам. Он мало за что отвечал, но многое решал. Поэтому денежные потоки лились рекой в скромный двухэтажный особняк недалеко от центра, где проживал завидный холостяк города. А вот сядут, если что, совсем другие. Идеальная должность!
Он уже привык к длинным рассуждениям и правильным словам, которые говорились в больших, хорошо обставленных кабинетах. Больше не удивлялся, когда за этими словами не
следовало никаких действий. Перестал психовать из-за равнодушия и непрофессионализма подчиненных. Научился цинично рассуждать об успехе жизни и небольшой группе людей, достойных уважения. Олег смотрел на эту социальную общность, о которой всегда знал, но никогда не был в ней, и пришел к удивительному выводу. Все эти коррупционеры считали себя «избранными», богатыми и успешными, а на самом деле ничем не отличались от химика-фрилансера, который в своей лаборатории создавал формулы для наркоторговцев.
Капитан Завьялов вспомнил, как в один из прыжков Трансформатор свел его с ним. Олег был одним из студентов этого талантливого аспиранта, которым гордился весь институт. Однажды в лаборатории молодой ученый предложил включиться в работу над заказами, на которые ему не хватало времени. Олег тогда спросил:
– А на кого мы будем работать?
Парень равнодушно пожал плечами:
– Да, какая разница? Тебе задание дали – ты сделал – деньги получил. Платят хорошо. Зачем заморачиваться.
Но химик лукавил. Он четко знал, для кого он составлял эти формулы. Но не хотел разделить с ними ответственность за то, что происходит в обществе. Не хотел признавать, что из-за него на улицах городов ежедневно рушат свои жизни тысячи молодых людей.
Когда Олег его спровоцировал, аспирант резко ответил:
– Ты понимаешь, они все равно найдут других, тех, кто согласится. Их ничто не остановит. Так лучше уж мы с тобой получим эти деньги. Любой бы согласился! Это наш шанс, который выпадает может быть раз в жизни. У меня две маленькие сестренки, которые растут, бабушка, которой нужны лекарства и давняя мечта – поехать жить в Америку. Поработав год, у меня появятся деньги, чтобы помогать семье и состояться в жизни самому. Ты из общаги сможешь переехать и нормально устроиться в городе. У тебя последний курс – о себе думать надо!
Вот и эти чиновники, берущие взятки, устраивающие договорные закупки и продающие информацию агентам других стран, убеждали себя, что не они причина бардака в обществе и низкого уровня жизни населения. Что общество бы не изменилось от их честности, только они бы жили хуже. Что любой на их месте поступил бы точно также, просто им повезло, а кому-то нет. Они не знали, что может быть еще другой выбор.
Конечно, Олегу была противна эта философия, он злился и не представлял, как сможет жить по этим нормам. Но потом он успокоился. Капитан увидел банковские счета Евгения Сергеевича, объемы средств в металлических счетах, акциях и различных сберегательных фондах. С такими деньгами он может совершенно спокойно жить до глубокой старости, не работая. Так что принципами жертвовать не придется. Как только представится удобный случай, он оставит государственную службу и уедет отсюда подальше. Туда, где никто не знает ни чиновника Евгения Сергеевича, ни капитана Олега Завьялова. И начнется, как пел Егор Летов, «долгая, счастливая жизнь».
Петр Серафимович, пожилой грузный профессор физики в очках с толстыми линзами, сидел напротив полковника и старался докладывать о результатах работы по-военному четко и спокойно. Но, рассказывая о возможных решениях для возвращения Олега Завьялова домой, увлекался, вскакивал, начинал бегать по кабинету, размахивать руками и что-то быстро рисовать на чистых листах бумаги.
Полковник внимательно слушал и структурировал информацию. Сейчас от решения командования зависела жизнь Олега и судьба их разработки. Его задача была правильно расставить акценты. Финансирование зарубали и у более понятных и реальных проектов. Это им в отделе и лаборатории был очевиден результат работы Трансформатора и «невидимых» подвигов капитана Завьялова. А вот посчитают ли их значимыми и нужными для страны в высоких кабинетах? Сейчас это зависело и от него лично и от работы всего отдела.
Петр Серафимович предлагал рискнуть – принудительно остановить Трансформатор. Это был шанс вернуть капитана домой, но были возможны еще два варианта: либо Завьялов навсегда останется в теле другого человека, либо умрет. И вот это Полковнику совсем не нравилось.
Если финансирование дальнейших разработок Трансформатора Реальности все-таки не подпишут, тогда и придется использовать эту последнюю возможность. А сейчас рано!
В кабинет вошел Василий, положил на стол документы. Профессор прервал свой рассказ, а Полковник махнул рукой на свободный стул, предлагая вошедшему сесть, и коротко спросил:
– Все готово?
– Да, Николай Андреевич, в папке заключение экспертов, на сервер выложил всю информацию о предотвращенных катастрофах, выявленных источниках потенциальной опасности, новых бандформирований и коррупционных сетях.
– Сам как оценишь?
– Товарищ полковник, сложно нам будет доказать эффективность трансформатора, тем более без Олега.
– Обоснуй.
– Базовая идея устройства – предотвращение развития ситуаций, потенциально угрожающих безопасности страны. Успех операции – не наступление какого-то события. Это недоказуемо. Знаниям у нас мало доверяют. Вы же знаете, я по службе с кем только не общаюсь. Так везде! Главврач рассказывал, что финансирование проще получить на лечение сотен больных, чем на профилактику тысяч. Даже завуч у дочки в школе объясняла, что грант проще выиграть на реабилитацию малолетних преступников и наркоманов, чем на создание условий для развития и поощрения обычных учащихся.
Полковник закивал:
– У меня товарищ в МЧС служит. Почти со всеми стихийными бедствиями та же ситуация. Пока гром не грянет…, – Полковник махнул рукой. – Вы идите уже, мне нужно еще подготовиться для беседы с генералом.
Василий и Петр Серафимович встали и направились к выходу. Полковник проводил их взглядом и сказал напоследок:
– Постарайтесь сделать максимум, чтобы все-таки выйти на связь с капитаном. Восстанавливаются же в последние дни функции трансформатора. Это бы нам очень помогло.
Профессор и Василий обернулись и почти синхронно кивнули, а после вышли из кабинета, оставив полковника одного.
В толпе заплаканных женщин и молодых девушек, напряженных мужчин и взволнованных юношей, одетых на скорую руку, сильно выделялся Евгений Сергеевич, чиновник средних лет в светлом отглаженном костюме и галстуке. Но никто не обращал на
него внимания, все взгляды и мысли сейчас были устремлены туда, за спины молодых десантников, стоящих в оцеплении. Туда, где массивная техника разбирала завалы рухнувшей казармы, сновали врачи, военные, кинологи, сотрудники МЧС.

Олег приехал сюда сразу, как только узнал об обрушении. Он стоял под темным ночным небом на холодном ветру и вместе с сотнями простых граждан ждал хоть какой-то информации. Он крепко сжимал в кармане Трансформатор реальности и думал о том, мог ли он предотвратить трагедию. Если бы он сделал сэлфи-скачок сразу, как только разобрался с этим коррупционным делом, могло ли устройство отправить его сюда, к военным? Может быть это не печальный итог плохого ремонта, халатности и проливных дождей, а результат диверсии, пропаганды, планомерных действий иностранных спецслужб? И тогда это он не спас жизни молодым парням, которые через несколько лет стали бы элитой российской армии. Вместо этого он всю неделю катался на машине, ел в дорогих ресторанах, проводил вечера в окружении красивых девушек и наслаждался неискренними комплиментами от подчиненных.
Именно здесь, в небольшом поселке на окраине города, он впервые задумался о правильности решения, которое принял еще десять дней назад. Олег представил, как будет убиваться его матушка, когда ей сообщат о героической гибели сына. Наверное, как та полная женщина, что пытается прорваться через военных и узнать хоть какие-то новости о погибших и выживших. Неизвестность она хуже всего…Добавится седых волос и у ребят из отдела, когда они поймут, что никогда не увидят друга.
На смену этим картинам приходили более радостные. Он создаст семью и обеспечит достойную жизнь своей жене и детишкам. С такими финансами перед ними откроются совсем другие возможности, о которых он в своем детстве даже не мог и мечтать.
За полгода путешествий с Трансформатором Олег очень устал. Он знал, что скоро не выдержит и провалит задание. Это лишь вопрос времени и сложности миссии. А еще он знал, что на самом деле может их разработка. Капитан Завьялов единственный имел четкое представление о возможностях, недостатках трансформатора реальности и его оптимальном использовании. То, чего не знали ни ребята из его отдела, ни команда ученых. Если аналогичное устройство появится у врагов, то обеспечить стабильность в стране и сохранить ее суверенность будет очень сложно. Научно-технический прогресс всегда очень сильно менял расстановку сил в мировой истории.
Олег смотрел на отъезжающие кареты скорой помощи и взволнованные лица людей вокруг и думал. На одной чаше весов была его собственная благополучная и спокойная жизнь, на другой – жизни вот таких простых россиян, которые даже не подозревали о его существовании. Незаметная служба Олега и его многочисленных коллег по всей стране круглосуточно стояла на страже свободы, здоровья и безопасности граждан.
Капитан Завьялов смотрел на Трансформатор реальности, опустив голову. Побежала последняя минута. Надо было принимать решение. Пальцы на гладком экране смартфона дрожали.
Прыгать – не прыгать…
В просторном кабинете за столом сидел пожилой мужчина в сером дорогом костюме. Склонившись над большой кипой бумаг, он внимательно вчитывался в толстые отчеты, делая какие-то пометки в блокноте. Проработав документ, он аккуратно откладывал его в сторону. За длинный день слева от него выросла целая башня из офисных папок.
Он устало закрыл последний том с выводами аналитиков и перечитал текст приказа, который составил еще утром до того, как ему принесли архив: «Продолжить разработку Трансформатора Реальности и обеспечить надлежащее финансирование проекта на ближайшие пять лет».
Мужчина взял со стола ручку, на правой руке мелькнули дорогие часы, и поставил под приказом свою подпись. А потом он проделал нечто странное для своего возраста и положения: достал из внутреннего кармана пиджака неказистый смартфон, откинулся в кресле и сделал сэлфи.

Поделиться 

Публикации на тему

Перейти к верхней панели