Ежемесячный журнал путешествий по Уралу, приключений, истории, краеведения и научной фантастики. Издается с 1935 года.

Станция номер 5, освободить площадку, прибыл корабль «Вечная надежда», повторяю…

– Как думаешь, кому на этот раз повезёт?

Вдоль высокого забора с сильно натянутой металлической сеткой выстроилась длинная очередь «бестелесных». По обычаю стоял сильный гам, все бурно обсуждали новоприбывший корабль. Время от времени вспыхивали разряды. Ячейки забора были заряжены электромагнитным полем, не позволяя лишнего стоящим в очереди блеклым, просвечивающимся насквозь, миражам людей.

– Я уже 5-й год жду, когда подойдет моя очередь. Мне каждый год обещают, что следующий корабль непременно будет…

– Не бурчи, ты слышал про стариков? – почти шепотом сказал Сейс.

– Не напоминай, когда думаю о них, становится не по себе.

– Это те которые прилетели сюда ещё до того как был изобретён двигатель Койдера и Митамаси? Я слышал, что некоторые здесь ждут своего тела уже больше сотни лет. – В разговор вклинился Нику – молодой «бестелесный», только что прибывший из солнечной системы.

– Тихо! Сейчас будут объявлять.

Держатели талонов, заканчивающиеся на В7, ФС134 и 17С121 пройдите в зал «Слияния», остальные свободны. Следующий корабль ожидается через 72 дня, 18 часов. Повторяю…

– Ты слышал? Сейс!? Наши талоны, они совпадают! – Возбуждённый Нику чуть ли не подпрыгивал на месте.

– Не понимаю, этот сосунок, он только прибыл, да я… уже 5 лет, почему они никак не могут наладить…

– Сейс, наши номера!

– Не мой талон, последние буквы ВС, не ФС, сегодня не мой день. А ты не стой тут, бегом в зал Слияния, а то уведут твое тело и будешь знать. – Сейс потупил глаза и стал разглядывать блестящий талон, переливающийся фиолетовым с пурпурным, который он сжимал своим прозрачным подобием руки.

– Сейс, прости.

– Иди же! Ну.

Толпа разочарованно рассеялась. Некоторые уже проклинали день, когда решились, еще на Земле, на разделение души от тела, чтобы таким образом быстрее прибыть на колонизированную планету. Бестелесную сущность пассажира отсылали на направленном потоке света, а тела добирались на кораблях через десяток лет, а старые модели и вовсе через сотни. Впервые разработавший эту технику, изобретатель ловушки для духа Сасами Митамиро, предположил, что уже добравшись, пусть и бестелесные, люди успеют обжиться к прибытию своих тел и привыкнуть к новому месту, не теряя при этом драгоценных лет своей жизни. Душа, как известно, не подвержена физическому старению. Но только жизнь без плоти многие годы, в ожидании нужного корабля, да ещё без возможности получить полноценное гражданство, имеет больше минусов, чем плюсов. Сейс, проживший в Коллонии Северного Союза СПД-06 20 лет в ожидании своего тела, уже в полной мере ощутил это, бродя вдоль тёмных железобетонных конструкций заводов и генераторов атмосферы. Всё смешалось в этом фантасмагоричном городе: бары, жилые дома, район бестелесных, уныло плывущих среди всеобъемлющей серости, и заводы – всё ютилось в одном уродливом соседстве друг с другом.

– Снова не повезло? Сколько ты уже здесь? Лет 40-50?

– Не перегибай палку, Корица, ты прекрасно знаешь сколько.

Корица залпом осушил стакан с брэнди и звонко поставил его на стойку бара.

– Повторите мне ещё одну! Сейс, тебе заказать? – с ухмылкой обратился к сидячему или скорее висящему над стулом хмурому образу, сквозь который можно было наблюдать, как молоденькая блондинка загоняла кием мяч в лунку.

– Ты знаешь, что я не могу пить. И куда ты постоянно смотришь? – Сейс обернулся и недовольно покачал головой – зачем ты вообще проводишь со мной время? У тебя есть тело, все возможности – иди и радуйся, зачем я тебе?

– Сквозь тебя удобно подглядывать за девицами.

– Я серьезно, Корица, будь у меня тело, я бы тебя стукнул.

– Ты мой единственный друг и кроме тебя никто не может меня понять – рукой, в которой был полный стакан, Корица описал в воздухе дугу, как бы указывая на посетителей бара, залпом осушил второй стакан и громко стукнул о стойку, но рука соскользнула и стакан разбился, разбрызгивая остатки брэнди по полу. Несколько посетителей обернулись, но почти тут же вернулись к своим делам. Блондинка презрительно оценила взглядом совсем опьяневшую небритую фигуру Корицы и, обернувшись к приятелям, с улыбкой принялась натирать кий мелом.

– Я заплачу – Корица, силясь сфокусироваться на своём кошельке начал отсчитывать купюры.

– Сколько можно напиваться? Это не жизнь, не для того мы столько лет вместе ждали тел, чтобы вот так их гробить. На твоем месте я бы…

– Но ты не на моем месте! Что ты вообще знаешь, у тебя одна забота – стоять и смотреть в небо в ожидании корабля, что ты знаешь о том, как заработать на жизнь, как наладить личную жизнь! Посмотри на меня, да кто будет вообще с таким как я водиться?

– У меня было тело, как и у тебя, до полёта, не забывай.

– До полёта, забудь что было до полёта!

Нахмурившись, Сейс встал и стремительно направился к выходу.

– Опять убегаешь? Иди сюда, я надеру твой бестелесный зад! – Корица изобразил боксерскую стойку и, споткнувшись о стул, едва не упал на пол. В зале послышался смешок. – В этот раз ты победил, но завтра… Сейс, я люблю тебя, ты же знаешь. Приходи завтра, я угощу тебя, ах, чёрт, ты же…

Сейс уже вышел на тёмную улицу и уже не слышал пьяного бормотания своего приятеля.

 

Станция номер 7, освободить площадку, прибыл корабль «Бархат неба»…

Возможно сегодня.

Вокруг космопорта выстроилась новая очередь, и гул сотен голосов снова окутал всю площадку, пока не утонул в шуме реактивных двигателей натужно снижающих скорость приближающегося корабля.

Сейс стоял, устремив лишённый надежды взгляд на оповещатель. Пурпурный талон переливался в свете ярких фонарей на высоких столбах и развевался на сильном ветру, который носил серый песок по всей территории, свободно продувая множество прозрачных тел насквозь.

Держатели талонов, заканчивающиеся на К7, ФПП1 пройдите в зал «Слияния», остальные свободны. Следующий корабль ожидается через 120 дней. Повторяю…

           Разочарованные охи и радостные выклики слились в единый гул. Сейс молча развернулся и побрёл прочь, скользя сквозь шумящую толпу и не обращая внимания на суетливые движения вокруг.

 

«На севере Эспорта продолжает усиливаться буря, ожидаемая скорость ветра 13-15 метров в секунду, рекомендуется гражданам воздержаться от дальних прогулок и полетов на ховеркарах. Теперь к другим новостям, на международном форуме посвящённом…»

-Ты пришёл в телек пялиться или отдохнуть?

Сейс перевел взгляд на Корицу и уставился ему в глаза.

– Тебе никогда не казалось, что тебя на самом деле нет? Словно тела никогда и не было – всё это злая шутка и вот-вот из-за угла выскочит радостная толпа телевизионщиков и ткнет пальцем в спрятанную камеру? Ну, до того как ты получил свое тело?

– Сейс, дружище, я до сих пор так себя ощущаю, хаха – Корица театрально вскинул брови и рассмеялся, поглаживая запотевший стакан. – Я вот что тебе скажу, отдал бы тебе свое тело, да вот неприятна мысль, что ты будешь трогать меня, где не надо, когда приспичит. А что, быть бестелесным не так уж и плохо. Это решает многие проблемы. Говорят, что если постараться, то можно научиться проходить сквозь эти ограждения электромагнитные. Я бы тогда забрался в то общежитие, ну, то самое, помнишь, откуда Соня…

Сэйс молча смотрел на своего товарища и пытался вспомнить свою прежнюю жизнь на Земле, отголоски студенчества и прежнюю работу. Странно, но как ни старайся припомнить профессию никак не удавалось. Это было даже менее реальным, чем сон.

– Ты меня слушаешь? Ты какой-то странный сегодня, я начинаю переживать.

Экстренный выпуск, корабль «Большая победа», перевозивший очередную партию тел поселенцев до объекта СПД-06 столкнулся с дрейфующими обломками метеорита. Причины несрабатывания системы навигации по-прежнему выясняются. К сожалению, вероятность обнаружить выживших, минимальная. Спасатели продолжают….

-Ты слышал это? Причины выясняются, наберут дилетантов на корабль, а потом выясняют причины. Людская безответственность и глупость – причина всех бед. Ну, еще и либералы с их программами. Сейс, ты меня слушаешь?

За окном завыл сильный ветер, залепив стекло влажным песком. Входная дверь резко распахнулась, и с улицы охнувших посетителей окатило дождем и песком. Бармен, борясь с ветром, с трудом закрыл дверь и запер на засов, затем ворча, пошёл за шваброй. Посетители начали обтряхивать одежду.

– Вот это погодка! Даже если бы тот корабль и прибыл, то уж точно его бы несло ветром в какую-нибудь скалу, вот уж точно – Корица, словно опомнившись, резко оглянулся на вход и, не отрывая взгляд, потянулся на полку к бутылке Джина. Наполнил себе стакан и поставил её на место, пока бармен не вернулся. – Самообслуживание, сказал Корица, подмигнув другу, который уже находился на полпути к выходу.

– Ты рехнулся? Давай отсидимся, такая буря!

– Я должен узнать, что это был за корабль, я нехорошо себя чувствую.

– Сейчас?

Сейс уже открыл засов и еле удержал дверь. Послышался крик вернувшегося бармена. Но его тут же заглушил сильный ветер. Сейс шагнул в плотную пелену из слипшегося песка, воды и сильного ветра, доносившего запах аммиака из долины. Было тяжело двигаться, каждую секунду сквозь призрачный, ставший еще более незаметным, образ Сейса пролетали килограммы мокрого песка. Знакомую улицу было видно с трудом. Сейс шёл к космодрому скорее по памяти, силясь разглядеть контуры того, что должно было быть зданиями. Иногда перед глазами показывался кусок здания или знака и тут же исчезал из поля зрения. Образы мелькали в такт мыслям Сейса. Впереди показалось красное свечение – вывеска космопорта. Пробивался тусклый свет от столбов вдоль магнитного забора. Затем и край самого здания. Сейс завернул за него, за стеной ветер дул не так сильно. Было видно занесённые песком входные двери в зал слияния, все окна были залеплены. Собравшись с духом, он попытался открыть двери, но тяжелый песок не позволил ему этого сделать.

 

– Выключишь свет, когда закончишь?

– Да, я не задержусь надолго, всего пара бланков. Что будем делать с оставшимися телами?

– Согласно процедуре, если в течение следующих трёх дней хозяин не заявится, то выставим на аукцион.

Тусклый свет от синих флуоресцентных лампочек в лабораторном корпусе зала слияния отражался в очках Квис и делал её и без того голубые глаза совсем нереалистично яркими. Спутавшиеся белокурые волосы неряшливо ложились на складки, накинутого на плечи белого халата и явно говорили о том, что Квис не слишком была озабочена своим внешним видом. Она развернулась в своём рабочем кресле и подняла уставшие глаза на свою собеседницу. Анна стояла в тени и уже натягивала пальто. Она была старше Квис, но короткая стрижка создавала иллюзию более юного возраста, совсем неподобающего для начальника отдела процедуры слияния.

– Всё думаю о том несчастье с кораблём? Страшно подумать, сколько людей будет обречено на жизнь без тела. – тихо проговорила Квис.

– Лучше подумай, что здесь будет твориться, когда начнётся аукцион. У нас всего два тела в запасе. Желающих приобрести будет слишком много.

– Не будь такой циничной. Можно вопрос?

– Да, валяй – Анна уже застегнула предпоследнюю пуговку и поправляла воротник, глядя в зеркало.

– Это правда, что ты прилетела сюда… ну, в теле, не отделяя дух?

-Да. – На мгновенье задумавшись она добавила – всегда казалось жутко остаться без тела. Я боялась что не смогу потом вернуться обратно, в себя. Спокойной ночи, Квис, не забудь про свет.

Двери бесшумно раздвинулись и пропустили стремительно удаляющуюся фигуру в чёрном пальто. И так же бесшумно и быстро закрылись обратно, поглотив звук цоканья шагов по металлическому полу. Лёгкий ветер от дверей и запах дорогих духов ударили в лицо Квис. Под аккомпанемент пустой безлюдной комнаты и гудение всё ещё включённого оборудования, она со вздохом развернулась и принялась набирать на компьютере последние строки отчёта: «… до настоящего момента никто из граждан не заявил свои права на тело под номером 13-F-150, прибывшее из системы Кастор. Владелец: Мерим Так, возраст: 37 лет, внешность: европеоидная, группа крови: 5я положительная. Срок удержания тела до выставления на аукцион: 3 дня.»

Ветер совсем не хотел утихать. Свет от прожекторов почти не был виден из-за налипшего слоя песка и грязи. Сейс сидел на ступенях у главного входа космопорта, раздумывая о том, чего он пытается добиться. С северной стороны здания вспыхнул свет от резервного прожектора, послышался низкий гул. Сейс резко поднял голову. Кто-то ещё работает в здании. Наверное, какой-нибудь сотрудник решил воспользоваться монорельсовым транспортом, чтобы добраться до городских квартир. Здесь должен быть где-то вход, подумал он.

Тяжёлые ворота медленно отползали в сторону, затягивая внутрь сильный поток ветра. По залепленному рельсу пробежали сотни маленьких щёточек, тщательно смахивающих пыль с холодной поверхности сверхпроводящего полотна. Послышался гул включённого магнита. Над входом загорелись тусклые красные лампочки, свет которых скорее был в памяти, чем перед глазами. Буря всё ещё не сбавляла обороты. Послышался скрипучий голос из динамиков, было сложно разобрать слова. Скорее всего, это было предупреждение немедленно убраться с путей. Послышался нарастающий звук приближающегося поезда. Сейс стоял у ворот и ждал. Затем из тоннеля вылетела компактная серо-зелёная капсула и со свистом пронеслась через ворота, исчезая в коричнево-серой стене пыли. Ворота начали неспешно задвигаться на место. В последний момент тусклый прозрачный образ промелькнул и скрылся в темноте тоннеля, дверь успешно захлопнулась и гул затих.

Квис потянулась и встала с кресла, попутно стягивая халат. По экрану монитора бегали буквы и цифры, завершающие программу и отсылающие все отчёты перед выключением питания. Девушка пересекла комнату и повесила халат на крючок. Набрала код на маленькой сенсорной панели возле двери и вышла в коридор.

Подойдя к автомату она задумалась о том, как сама была бестелесной и ждала вот так вот с замиранием сердца в очереди за телом, как каждый раз, когда не называли её номер охватывало отчаяние и ощущение всеобъемлющей безысходности. Перед глазами пробегали образы о том, как она сама устраивалась на работу в космопорт и страстно желала попасть в отдел слияния, чтобы помогать другим людям обретать себя и воссоединяться со своими телами. В прошлой жизни, на земле, она была химиком-лаборантом при научно исследовательском институте, работала над лекарством, которое поможет легче переносить клаустрофобию на корабле во время длительных перелётов. Тогда программа по переселению душ не получила хода. Здесь же она занимается химической разморозкой тел и восстановлением работоспособности после длительного анабиоза.

Квис заказала суб-кофе в автомате и подошла к обзорному монитору. Буря начинала стихать, но видимость всё ещё была слабой. Было уже слишком поздно. До рассвета оставалось всего несколько часов. Квис устало плюхнулась на диван, отхлебнула глоток и положила голову на спинку, поджав под себя ноги. Не хотелось никуда идти. Да и некуда. Атмосфера, царящая на работе подходила ей значительно больше, чем атмосфера вечера в полупустой комнате с покупной едой и старыми записями земных телешоу. Девушка закрыла глаза и глубоко вздохнула.

 

Мерное жужжание и с одинаковой периодичностью повторяющееся гудение наполняло всё пространство туннеля. Звуков бури не было слышно и в помине. Сложно было оценить, сколько времени Сейс бродил в темноте. Иногда казалось, что давно наступил день, и сотрудники уже трудятся на своих местах, суетятся, клацают в клавиши своих компьютеров и обмениваются данными, обсуждают новенькую с 5-го отдела или пьют кофе, ковыряясь в музыкальных записях своего карманного компьютера. Единственное, что говорило против этой мысли – это то, что не одно монорельсовое такси не проезжало за всё время пути. Затем показался свет. Сейс взобрался на перрон. Было тихо. На стенах висели трёхмерные картины известных нео-авангардистов. Между скамейками с мягкими красными сиденьями стоял автомат с суб-кофе и другими напитками. Призрак осторожно проскользнул мимо автомата и направился к ступеням, ведущим в само здание.

Холл был пуст, под потолком висели камеры наблюдения. Фиолетовые светильники торчали из пола и освещали большой чёрный логотип в центре зала, на котором был изображён двухголовый человек в позе лотоса, олицетворяющий единство тела и души и вместе с тем их независимость. Об этом можно было судить по четырём рукам, каждая из которых изображала свой жест. Над головой человека красовалось звёздное небо и огромное солнце, а посередине стилизованная надпись «Слияние Митамиро». По краям на второй ярус вели стеклянные лестницы, под которыми расположился небольшой внутренний сад с искусственным прудом и неработающими фонтанчиками.

Где-то должны быть данные о кораблях. Сейс покосился на камеру в зале – боже, что я делаю, подумал он. Затем вернулся на перрон и задумчиво уселся на скамейку, начав осматривать помещение. Его взгляд упал на решетку мусоропровода. Она была прочно запаяна, пролезть было невозможно.

Сейс задумчиво подошёл к люку и попытался просунуть руку. Но она уперлась в решетку. Ещё постоял и, набравшись уверенности, попытался снова, сосредоточив всё своё существо на одной единственной задачи – оказаться внутри этого мусоропровода чего бы ему этого не стоило.

Меня вообще здесь нет, я даже не совсем существую, вдруг подумалось ему.

Еще немного надавив, он почувствовал нечто странное, словно что-то бархатное протянули через все его внутренние органы и вынули наружу. И вот он уже карабкается вверх, взбираясь всё выше, движимый странной одержимостью. Сейчас оказался на уровне белой комнаты, по видимости буфета.

Квис открыла глаза и испугано вскрикнула. Некоторое время она ещё непонимающе оглядывалась и силилась понять, где находится. На полу валялся разлитый стакан с суб-кофе.

Уснула, раздосадовано подумала Квисс. Поправив очки, она вызвала по интеркому дрона-уборщика и подошла к монитору. Буря совсем утихла. Не осталось ничего от той ужасающей атмосферы бушующей чужой планеты. Это пугало её, сама планета пугала.

– Свет! Я снова не выключила свет в кабинете – спохватилась Квисс. Дождавшись дрона, она направилась к кабинету.

 

– Талоны 13-D, 16-F1100 – всё не то. Сейс просматривал записи с кораблей. – Никаких данных о моём теле. Ни одной записи, как такое возможно?

Затем его взгляд упал на монитор. Был виден странный зал, множество пустых криогенных капсул. Но что-то было не так. В одной из них было тело! Настоящее тело. Сейс возбуждённо огляделся вокруг. Не может быть. Неужели кто-то оставил здесь своё тело?

Сейс остановился и глубоко задумался. Он чувствовал странное волнение – чувство сильного сжатия и импульсов внутри всего существа. Решено. Сейс сверился с картой на стене и направился в зал «Колыбели».

Квисс задержалась у входа, задумчиво держа руку на выключателе. Затем подошла к монитору. Человек в криогенной камере мирно спал.

– Интересно, видит ли сны человек, у которого нет души?

 

Повинуясь импульсу, Квис запустила компьютер и открыла данные на Мерима Така. Что-то было не так. Медицинская карта отсутствовала. Но в его показаниях было что-то неправильное. Лёгкий ветер всколыхнул волосы Квис и что-то холодное, еле осязаемое вошло в её горло и перехватило дыхание.

– Не шевелись – прозвучал голос над ухом.

Квис не могла ответить, было трудно даже сделать вдох.

– Мне нужно тело с монитора, разбуди его.

Сейс слегка ослабил хватку, так чтобы дать девушке сказать слово, но всё ещё не позволяя пошевелиться.

– Я не могу просто взять и разбудить тело, это не такая простая процедура, она требует…

– Кажется, я недостаточно хорошо передал серьезность своих намерений, я уйду отсюда либо с этим телом, либо с твоей душой, причём выну я не столь осторожно, как господин Митамиро.

– Я понимаю, ты огорчён, но… – дыхание снова спёрло и несколько мучительных секунд, было невозможно дышать. Квис почти потеряла сознание, затем снова обрела возможность говорить.

– Идём.

Очки упали на пол и девушка, еле волоча ноги, поплелась по коридору с висящим за плечом призраком с почти горящими от возбуждения и одержимости нематериальными глазами.

– Это не так просто, тело должно прийти в себя после столь долгого анабиоза, препараты ускоряют процесс, но всё равно потребуется время.

– Не важно, главное мне оказаться внутри, дальше я справлюсь сам.

Крышка подалась вверх, выпуская синий туман изнутри капсулы. Тело пульсировало, словно оно целиком состояло из одного большого сердца. Затем над телом показался прозрачный экран и в плоть вонзилось множество длинных игл с трубками и проводами, ведущими к платформе с экраном.

– Встань туда – Квис показала рукой на платформу и принялась набирать код.

– Это не ловушка? Если ты что-то задумала – лучше откажись от идеи сразу, я уже не буду столь нежен.

– Просто встань на платформу и уже через несколько секунд ты окажешься внутри тела. Будет немного больно.

 

Сейс взобрался на платформу и приник к экрану.

– Как я пойму что… – в ту же секунду его охватил дикий холод и боль. Причём боль он ощущал со стороны. Это не его боль. Он смотрел со стороны на человека, который испытывает боль и чувствовал её, он закричал, но крик донёсся из тела напротив. Это было жутко и странно. Сейс вспомнил, как его доставали из тела, до этого момента у него отсутствовала память об этом. Сильнейшее ощущение полной деперсонализации, непонимание того что ты есть и куда тебя уносит. Он вспомнил, как он был потоком света, он был фотонами, он летел. Машина загудела. Экран начал затягивать в себя призрака. Сейс вжался в стекло и превратился в жидкую плазму, и его растягивало по экрану, засасывало в трубки и выплёвывало через иглы в тело. Он стал множеством частиц, он не осознавал себя чем-то цельным, затем он открыл глаза.

– У нас получилось?

Девушка сидела на стуле, опустив лицо на руки. По монитору ползли цифры, и в нижнем углу подсвечивалась зелёным надпись, сообщающая об успешной процедуре слияния. Далее выдавались личные рекомендации и инструкция по реабилитации, с номерами телефонов психологов и терапевтов. Послышался звук, похожий на шелест листьев – в зале открылась дверь и на пороге стоял изумлённый человек, одетый в белый халат поверх красного свитера с оленями.

– Квис, ты снова не ночевала дома?

Его взгляд упал на тело в капсуле, которое разглядывало себя и сгибало руки, на лице застыла улыбка, похожая на довольный оскал животного, добравшегося до своей добычи. Человек в дверях потянулся к седой бороде, но тут же осёкся. Выронив чашку с кофе он побежал назад.

– Я предупреждала, сейчас он включит тревогу – тебе не выбраться отсюда в теле.

– Это мы ещё посмотрим.

Сейс неловко выпрыгнул из капсулы и у него подкосились ноги, в глазах потемнело, а к горлу подкатила тошнота. Пересилив сильное головокружение он снова встал, придерживаясь за поручень. Сумев сфокусировать свой взгляд, он накинул на себя костюм для прошедших слияние, похожий на пижаму и резко направился к Квис, схватив её за руку, он резко потянул её к себе. Девушка могла бы легко освободиться от ослабевшего захвата только что пробудившегося, но вся её воля куда-то исчезла, она послушно пошла за ним на ватных от страха и усталости ногах. Она не хотела этого, не хотела лететь на эту планету, менять свой образ жизни, оставлять свою семью и лететь в зловещую неизвестность. Это было необходимостью, никто не спрашивал чего она желает, просто вырвали душу и отправили сюда. Настоящее чистилище. И сейчас она здесь, ведомая по мрачным коридорам её личной темницы каким-то безумцем. Мимо проносились знакомые кабинеты, где-то вдали послышалась тревога. Должно быть, Трэм добрался до тревожной кнопки, скоро всё заполнится охранными дронами и полицейскими. Завернули за угол. Всё казалось нереальным, незнакомым. Холодная рука прочно вцепилась в руку Квис и упорно тянула куда-то вперёд. Иногда Сейс спотыкался, иногда останавливался и дышал, держась за стену, но продолжал бежать вперёд. А Квис открывала перед ним все двери, отключая систему безопасности, где это было необходимо.

– Я хочу тебе сказать, это тело не совсем здорово, я думала о том, почему его владелец не пришёл, возможно…

Сейс не слышал ничего кроме своего тяжёлого дыхания и стука собственного сердца. Свернув ещё раз, они подошли к станции монорельсового такси, люди уже прибывали. Судя по спокойствию на лицах никто ещё не был в курсе происшествия. Сотрудники сонливо выходили из капсулы, о чём-то переговаривались, кто-то заказывал суб-кофе в автомате. Сейс стоял в тоннеле, аккуратно выглядывая из темноты.

– Мне нужно как-то отсюда выбраться.

Квис беспомощно присела на корточки, обхватив ноги руками. Она вспоминала свой дом и семью.

– Вставай, ты должна вытащить меня отсюда!

Квис продолжала сидеть и смотреть в пустоту. Сейс резким движением поднял её на ноги и встряхнул.

– Ты должна мне помочь, слышишь!?

Квис отвела взгляд в сторону и опустила глаза. Вдали послышался знакомый гул магнита и звук приближающейся капсулы. Раздался предупреждающий звук.

– Ответь мне!

Совсем одурев от злости и отчаяния, он тряс Квис словно она была новогодним шариком, точно ребёнок, ожидающий снежинок падающих на крышу игрушечного домика. Но девушка была безжизненной словно кукла. Послышался свист приближающегося транспорта. Затем Квис, словно очнувшись, подняла руки и постаралась оттолкнуть противника в сторону, но споткнулась и начала падать назад. В руках у Сейса остался только её халат. Его ослепил свет от зелёной капсулы и раздался глухой удар и хруст костей.

– Идиотка!

Придя в себя после яркого света, Сейс ещё некоторое время стоял неподвижно, всё ещё не веря в то, что произошло. Однако не было времени на самоистязание и раскаяние, надо было выбираться, пока не заявилась полиция. Он натянул халат на себя, спрятав бейджик в кармане, как мог пригладил волосы и напялил очки. Двери монорельсового такси открылись и Сейс скользнул вовнутрь. «Осторожно, двери закрываются, введите пункт назначения, Такси Слияние Экспресс желает вам приятной поездки».

 

Мерим Так поёжился и перевернулся набок. С трудом разлепив глаза, он посмотрел на время, было 5:30 утра. Он потёр виски и закрыл глаза. Головная боль снова не давала покоя. Прошло три месяца со дня слияния, но самочувствие становилось только хуже. Не сумев уснуть, Мерим поднялся с постели и побрёл на кухню. Проглотив пригоршню обезболивающих и запив водой из-под крана, он плюхнулся на стул и запустил ленту новостей на настольном терминале. Поверхность столешницы подсветилась, и по экрану поползли последние новости. Было доступно несколько видеорепортажей с места аварии. Толпа бестелесных столпилась на центральной площади и требовала ускорить процесс перевозки тел, ссылаясь на доступные более развитые технологии. В результате потасовки перевернулся автобус с пассажирами, под колёса которого бросились митингующие. Несколько рекламных блоков предлагало купить новый лосьон от радиации и шлем для бестелесных, создающий иллюзию наличия тела. По подписке, всего за 115 гил в месяц.

Мерим раздражённо закрыл терминал, заказал себе чай и сильно закашлявшись, откинулся назад. В глазах была сильная резь, и боль пульсировала в висках. Никаких интересных новостей. Расследование по исчезновению тела и убийству сотрудника компании «Слияние Митамиро» ещё не было закрыто, однако шуму много не поднимали. Не к чему было давать лишний повод для гнева и без того беспокойной толпе бестелесных. Однако систему безопасности космопорта значительно повысили.

Мерим Так, он же Сейс больше не появлялся на старой квартире. Он устроился не официально помощником инженера по электронике и переехал в новый район. Однако что-то было не так, что-то тревожило его тело и разъедало изнутри.

После работы Мерим прогуливался по старому району, где ещё вчера бушевала разъярённая толпа. Было уже достаточно темно, лёгкий ветер вздымал воротник его серого термо-пальто и лёгкий мороз кусал уши, заставляя вжиматься в себя всё сильнее с каждым новым порывом. Сильный приступ кашля снова обрушился на него, пришлось придержаться за фонарный столб. Боль теперь растекалась по всему телу, было тяжело глотать и дышать. Когда приступ прекратился, Мерим перешёл дорогу и зашёл в знакомый бар. Место из его прошлой жизни. Одной из них.

В заведении было по обычаю не слишком многолюдно, царила атмосфера меланхоличного запоя. Несколько пьянчуг за стойкой и группа молодых людей у единственного бильярдного стола. Ни одного бестелесного. Телевизор был включён, но звука не было. Мерим пересёк зал, заказав у стойки стакан светлого пива и сел за стол в углу, грузно усевшись на потёртую скамью. Во рту чувствовался вкус крови. Голова сильно кружилась, и было по-прежнему тяжело дышать. Сделав жадный глоток, Мерим покосился на одного пьяницу за стойкой. Это был немолодой мужчина лет 40-45 на вид, с двухнедельной щетиной в неопрятном коричневом пальто и растрёпанными засаленными чёрными волосами. Он сидел несколько в стороне от остальной компании и молча потягивал брэнди, грустно глядя перед собой.

Мерим сделал ещё один глоток и зашёлся сильным кашлем. Изо рта хлынула кровь. Он не мог остановиться, задыхаясь и захлёбываясь.

-К…Корица – Сейс сдавленно позвал друга. Потянувшись вперёд, он упал лицом вниз и, издав последний хрип, потерял сознание. Сквозь сон Сейс слышал крики и суету. Кто-то, кажется, вызывал скорую. Чья-то мужская рука трясла его за плечо.

– С вами всё в порядке?

Кажется, это был знакомый голос. Хотелось ответить, но тело больше не принадлежало ему, снова. Дальше было движение. Лёгкое и приятное движение, он словно парил где-то. БИП. Он снова видел, как летит на лучах, растекаясь и переливаясь в виде фотонов и частиц сознания. БИП. Как собирается и оказывается на этой мрачной планете. БИП. Он открыл глаза.

Больничная палата была освещена тусклым светом настольных ламп. По всему телу скользили тонкие лучи света с изумрудным отблеском, сканировавшие тело пациента. Когда работа была завершена, они внезапно исчезли, оставив после себя лишь цветные отблески перед глазами. Во рту торчала дыхательная трубка, уходящая глубоко в горло. Сильно затрудняющая возможность сглотнуть. Прибор возле кровати пищал, отсчитывая минуты жизни больного. Врачи иногда заходили, делали какие-то записи и затем снова, не произнося ни слова, уходили. Неизвестность пугала даже сильнее самого состояния.

Сейс закрыл глаза пытаясь вспомнить события последних месяцев. Попытался воспроизвести в мыслях лицо Квис перед тем как она упала. Мысли прервал скрип двери. Кто-то бесшумно прошмыгнул в помещение и остановился возле кровати. Сейс попытался разглядеть посетителя. Его образ расплывался перед глазами. Но дело было не только в болезни. Перед ним стоял бестелесный. Сейс прищурился, стало тошно. Лёгкая незримая рука мягким, но уверенным, словно отработанным годами, движением, привыкшим к изгибам этого тела скользнула вдоль руки. Немного задержавшись у постели, образ начал удаляться, а затем и вовсе растворился в дверях. Во рту остро ощущался вкус крови и рвоты. Булькающие звуки и истеричный писк приборов окутали Сейса и понесли прочь, и несли его до тех пор, пока звуки не пропали из его мира вовсе.

 

Анна сидела на диване в зале слияния и просматривала последний отсчёт о проведённом размораживании тел с корабля «Триумфальный поход» и завершении слияний. Она хмуро листала страницы документа и делала свои пометки, отправляя на обработку в главный офис. На столике рядом стоял стакан с суб-кофе и очки Квис, которые были найдены на полу в Колыбели. Анна не любила пить искусственный кофе, но ей был приятен его аромат – единственное, что было схожим с кофе настоящим, выращенным на земле, обжаренным, смолотым и с любовью сваренным на плите. В зал вошёл профессор, поздоровавшись, он с уставшим видом уселся на диван напротив.

– А, Тэрри, хорошо, что ты зашёл, я просматривала отчёт.

– Да?

– Здесь сказано, что на одно тело не было заявлено прав, но не указано имя владельца, только номер, я могу проверить в архивных данных корабля, но, может, ты знаешь. Это бы значительно сэкономило бы время.

– Ах, да, новенький прибывший, кажется, его зовут Сейс. Да, точно, по документам – Сейс Меверик, землянин, 35 лет. Прибыл в хорошем состоянии, даже криогенная заморозка не слишком повлияла на состояние тела, крепкий малый. Странно, что его не забрали.

– Спасибо. Тем хуже для него. Правила, есть правила, послезавтра объявляем аукцион, надо будет подготовить документы и уладить вопрос с юристами. Жаль нет Квис с нами, она всегда хорошо справлялась с такой работой.

– Да, она была хорошей девочкой, могла добиться многого. Кстати, ты слышала, того психа нашли, который угнал наше тело.

– Его опознали?

– Нет, но он долго не протянул, прошлый владелец тела был смертельно болен, Мерим Так, он уже мёртв.

После нескольких секунд молчания, Тэрри поднялся с места – я пойду, моя смена заканчивается, ты тоже не засиживайся.

– Спокойной ночи, Тэрри.

Погладив бороду, профессор направился к выходу. Анна отложила компьютер и, закрыв глаза, закинула голову назад. Из динамиков терминала донеслись звуки контрабаса и саксофона – играла старая композиция с земли, наполнившая комнату приятной атмосферой старого мира.

Поделиться 

Публикации на тему

Перейти к верхней панели